Номер части:
Журнал

АЛЬТЕРНАТИВНЫЕ ОЦЕНКИ ПРОМЕЖУТОЧНЫХ ИТЕРАЦИЙ ЗАЩИТЫ ДИССЕРТАЦИИ О ПОРТОВЫХ СБОРАХ (36-43)



Науки и перечень статей вошедших в журнал:
Авторы: Leontiev R.G.
DOI:


АЛЬТЕРНАТИВНЫЕ ОЦЕНКИ ПРОМЕЖУТОЧНЫХ ИТЕРАЦИЙ ЗАЩИТЫ ДИССЕРТАЦИИ О ПОРТОВЫХ СБОРАХ

ALTERNATIVE ESTIMATES OF INTERMEDIATE ITERATION PROTECTION OF DISSERTATION ON PORT DUES

Леонтьев Рудольф Георгиевич

д-р экон. наук, профессор, почетный работник высшего профессионального образования РФ, главный научный сотрудник ВЦ ДВО РАН, г. Хабаровск, Российская Федерация;

Leontyev R.G.

Computer center of the Far East office Russian Academy of Sciences

Khabarovsk, Russia

Ключевые слова:

Диссертация о портах, диссертационный совет, заключение по апелляции, диссертация о портовых сборах, начальные итерации защиты, альтернативные оценки, государственная научная аттестация, требования нормативно-правовых актов.

Key words:

Thesis on ports, dissertation council, conclusion on appeal, dissertation on port dues, initial defense iterations, alternative assessments, state scientific certification, requirements of regulatory legal acts.

Аннотация:

В статье проведен анализ фрагментов заключения диссертационного совета морского вуза по апелляции, поданной на его решение по кандидатской диссертации о портовых сборах. Данный анализ позволил выявить несоответствие не только описанных в этом заключении и в апелляции сравнительных оценок промежуточных итераций защиты диссертации о портовых сборах, но и содержания указанных фрагментов требованиям федеральных нормативно-правовых актов, регулирующих процедуры и оформление документации государственной научной аттестации.

Annotation:

The article analyzes the fragments of the conclusion of the dissertation council of the marine university on appeal, filed for its decision on the master’s thesis on port charges. This analysis revealed a discrepancy not only of the comparative assessments of the intermediate iterations of thesis defense on port charges, described in this conclusion and in the appeal, but also the content of these fragments to the requirements of federal regulatory and legal acts governing the procedure and documentation of state scientific certification.

Когда говоришь – думай!

Китайская пословица

Для сегодняшней российской практики достаточно иллюстративным примером неадекватного и неправомерного предварительного рассмотрения диссертации, то есть осуществленного с нарушениями требований указанных выше федеральных документов государственной научной аттестации, могут служить соответствующие итерации, произведенные диссертационным советом Д 223.009.01, созданным на базе ФГБОУ ВО «ГУМРФ имени адмирала С.О. Макарова», с диссертацией «Методы экономического обоснования ставок портовых сборов и оценки конкурентоспособности морских портов», недавно защищенной Бодровцевой Н.Ю. (научный руководитель – профессор Пантина Т.А.) по тематике экономики отечественного морского транспорта.

Однако согласно пункту 54 (абзац 1) «Положения о присуждении ученых степеней», утвержденного постановлением Правительства РФ от 24 сентября 2013 года № 842 (далее «Положение о присуждении ученых степеней»), 8 ноября 2018 года в адрес Министерства науки и высшего образования РФ была направлена апелляция гражданина РФ Леонтьева Р.Г. на необоснованное и неправомерное решение совета по защите диссертаций на соискание ученой степени кандидата наук, на соискание ученой степени доктора наук (далее диссертационный совет) Д 223.009.01 на базе ФГБОУ ВО «ГУМРФ имени адмирала С.О. Макарова» по вопросу присуждения ученой степени кандидата экономических наук Бодровцевой Н.Ю., принятого 27 сентября 2018 года.

В соответствии с требованиями раздела V«Положения о присуждении ученых степеней» данная апелляция содержала сведения [1-6] об обжалуемом указанном выше решении диссертационного совета Д 223.009.01 на базе ФГБОУ ВО «ГУМРФ имени адмирала С.О. Макарова» от 27 сентября 2018 года в части нарушения порядка представления к защите и защиты диссертации Бодровцевой Н.Ю. «Методы экономического обоснования ставок портовых сборов и оценки конкурентоспособности морских портов», в отношении которой вынесено это решение, с указанием пунктов «Положения о присуждении ученых степеней», «Положения о совете по защите диссертаций на соискание ученой степени кандидата наук, на соискание ученой степени доктора наук», утвержденного приказом Мииобрнауки России от 10 ноября 2017 года № 1093 (далее «Положение о совете по защите…»), «Порядка размещения в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» информации, необходимой для обеспечения порядка присуждения ученых степеней»,утвержденного приказом Минобрнауки России от 16 апреля 2014 года № 326 (в ред. Приказа Минобрнауки России от 27.11.2017 № 1147) (далее «Порядок размещения в… сети «Интернет» информации…»),и других нормативно-правовых актов, регулирующих государственную научную аттестацию. Документы, используемые для выявления нарушений в работе диссертационного совета Д 223.009.01, были представлены на официальном сайте «ГУМРФ.

Позже 30 января 2019 года в адрес автора указанной апелляции поступило письмо председателя диссертационного совета Д 223.009.01 ПантинойТ.А. от 23 января 2019 года № 003-11/06-ДС, к которому была приложена направленная в соответствии с пунктом 66 (абзац 3) «Положения о совете по защите…» копия «заключения о результатах рассмотрения Вашей апелляции на решение совета по вопросу присуждения ученой степени кандидата экономических наук Бодровцевой Н.Ю.» (на 39 стр.).

В настоящей работе были подвергнуты анализу следующие фрагменты 82-84 данного заключения диссертационного совета Д 223.009.01 на базе ФГБОУ ВО «ГУМРФ имени адмирала С.О. Макарова» (далее соответственно «заключение» и «диссовет»), посвященные альтернативным сравнительным оценкам промежуточных итераций защиты диссертации Бодровцевой Н.Ю.

Фрагмент 82. Данный фрагмент «заключения диссовета» Д 223.009.01 представлен следующим образом.

«3.5. Порядок защиты диссертации Бодровцевой Н.Ю. и заключение диссертационного совета полностью соответствуют требованиям пунктов 22 и 32 Положения о присуждении ученых степеней, утв. постановлением Правительства Российской Федерации от 24 сентября 2013 г. № 842 (в редакции от 28.08.2017 № 1024), а также пункта 10 Порядка размещения в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» информации, необходимой для обеспечения порядка присуждения ученых степеней (Приказ Минобрнауки России от 16.04.2014 № 326, ред. от 27.11.17).

Замечания Леонтьева Р.Г., приведенные в данном пункте, повторяют ранее высказанные им в разделе 2: замечания 2.38-2.52. Ответы на замечания были даны ранее (стр. 24-31)».

Анализ содержания данного фрагмента позволяет выявить и специфические именно для него констатации и негативные обстоятельства.

1. Прежде чем начать анализировать данный фрагмент «заключения диссовета», необходимо напомнить, в чем на самом деле состоит «нарушение 3.5 из апелляции Леонтьева Р.Г.»:

а) данное нарушение произошло по пункту 32 «Положения о присуждении ученых степеней» (абзац 2), согласно которому «в заключении обосновывается назначение оппонентов и ведущей организации», по пункту 24 «Положения о присуждении ученых степеней» (абзац 1), в соответствии с которым «диссертационный совет назначает по диссертации организацию…, широко известную своими достижениями в соответствующей отрасли науки…», и по пункту 10 «Порядка размещения в… сети «Интернет» информации…» (абзац 3), согласно которому «на сайте организации… размещаются следующие сведения о ведущей организации: … список основных публикаций работников ведущей организации в соответствующей отрасли науки в рецензируемых научных изданиях за последние 5 лет»;

б) вместе с тем на стр. 26 заключения диссертационного совета Д 223.009.01 на базе ГУРМФ (Пантина Т.А., Королева Е.А. и др.) по диссертации Бодровцевой Н.Ю. (см. на сайте ГУРМФ), подписанного 27 сентября 2018 года, представлено его утверждение, что, якобы, «выбор официальных оппонентов и ведущей организации обосновывается их компетентностью, глубоким знанием предмета исследования, проведения ими научных исследований по вопросам, рассматриваемым соискателем в диссертационной работе, достаточным наличием опубликованных научных трудов»;

в) однако анализ содержания этого утверждения диссертационного совета Д 223.009.01, относительно ведущей организации АО «ЦНИИМФ» позволил выявить целый ряд следующих неприемлемых для государственной научной аттестации негативных обстоятельств:

— во-первых, содержание данного утверждения вызывает множество непонятных вопросов (см. нарушение 3.3);

— во-вторых, диссертационный совет должен обосновывать назначение ведущей организации не по выдуманными им параметрам, а в соответствии с требованиями пунктов упомянутых здесь выше документов Правительства РФ и Минобрнауки России по государственной научной аттестации;

— в-третьих, кроме того, как уже было отмечено в настоящей апелляции выше (см. нарушение 2.53), в размещенных 11 сентября 2018 года на официальном сайте ФГБОУ ВО «ГУМРФ имени адмирала С.О. Макарова» сведениях о ведущей организации, представленных АО «ЦНИИМФ» (см. приложение 5 к настоящей апелляции), необоснованно и неправомерно приведен, якобы, «список основных публикаций работников ведущей организации по теме диссертации в рецензируемых научных изданиях за последние 5 лет (не более 15 публикаций)», в котором из обозначенных 13 работ АО «ЦНИИМФ» ни одна (?!) не опубликована в рецензируемых научных изданиях, 3 работы в виде полемических заметок напечатаны в газете «Морские вести России» и априори не являются научными публикациями, 4 информационные работы напечатаны в 2011-2012 годы, то есть не соответствуют статусу «публикаций за последние 5 лет».

— в-четвертых, поэтому следует констатировать, что руководство АО «ЦНИИМФ (Буянов С.И.) по незнанию или с умыслом представило в диссертационный совет Д 223.009.01 при ГУМРФ недостоверные (ложные) сведения о своем частном акционерном обществе и, как следствие, юридически ничтожное свое согласие на назначение АО ведущей организацией по диссертации Бодровцевой Н.Ю. А диссертационный совет Д 223.009.01 (Пантина Т.А., Королева Е.А. и др.) при ГУМРФ даже не удосужился проверить достоверность этих ложных «сведений» и потому в очередной раз проявил свою безответственность в деле соблюдения порядка представления к защите диссертации Бодровцевой Н.Ю. (пункт 6 «Положения о присуждении ученых степеней»). Все это повторно доказало, что назначение АО «ЦНИИМФ» в качестве ведущей организации п диссертации Бодровцевой Н.Ю. оказалось незаконным;

в) в результате приведенное на стр. 26 заключения диссертационного совета Д 223.009.01 на базе ГУРМФ (Пантина Т.А., Королева Е.А. и др.) по диссертации Бодровцевой Н.Ю. (см. на сайте ГУРМФ), подписанного 27 сентября 2018 года, обоснование выбора АО «ЦНИИМФ» в качестве ведущей организацией представляется де факто недостоверным и де юре ничтожным. Налицо – грубейшее нарушение диссертационным советом Д 223.009.01 (Пантина Т.А., Королева Е.А. и др.) требований пунктов 24 (абзац 1) и 32 (абзац 2) «Положения о присуждении ученых степеней» ипункта 10 (абзац 3) «Порядка размещения в… сети «Интернет» информации…».

2. Относительно высказанных в данном фрагменте «заключения» комментариев «диссовета» о «нарушении 3.5, представленного в апелляции Леонтьева Р.Г.», следует обнародовать следующие обстоятельства:

а) в первом абзаце данного фрагмента своего «заключения» «диссовет», нарушая научную этику, как говорится, «пустился во все тяжкие» и весьма опрометчиво и абсолютно сделал абсолютно голословное заявление.Голословное – поскольку в данном фрагменте «диссовет» не смог доказательноопровергнуть приведенный в «апелляции Леонтьева Р.Г.» факт неправомерного изложения на стр. 26 своего заключения от 27 сентября 2018 года по диссертации Бодровцевой Н.Ю. (см. на сайте ГУРМФ) касающихся и ведущей организации АО «ЦНИИМФ» ложных сведений о том, что, якобы, «выбор официальных оппонентов и ведущей организации обосновывается их компетентностью, глубоким знанием предмета исследования, проведения ими научных исследований по вопросам, рассматриваемым соискателем в диссертационной работе, достаточным наличием опубликованных научных трудов». Соответственно в данном фрагменте «диссоветом» не опровергнутыфакты неправомерного принятия им своего «заключения по диссертации Бодровцевой Н.Ю.», содержащего неприемлемые ложные сведения, и неправомерного размещения его на официальном сайте ГУМРФ, также неправомерного направления этого же «заключения по диссертации» в Минобрнауки России в качестве официального документа государственной научной аттестации. Налицо – авантюрная и недостоверная информация от «диссовета»;

б) изложенные во втором абзаце данного фрагмента «заключения» комментарии диссовета» представляютсялибо подтасовкой толкования фактов, либо преднамеренной ложью, либо нормативно-правовой нелепицей, по следующим причинам:

— во-первых, на основе всех описаний «нарушений 2.38 – 2.53» из «апелляции Леонтьева Р.Г.», приведенных также и в настоящей работе выше при анализе фрагментов 50-65 «заключения диссовета», был сформулирован всего лишь обобщающий вывод о том, что из обозначенных 13 работ АО «ЦНИИМФ» ни одна (?!) не опубликована в рецензируемых научных изданиях, 3 работы в виде полемических заметок напечатаны в газете «Морские вести России» и априори не являются научными публикациями, 4 информационные работы напечатаны в 2011-2012 годы, то есть не соответствуют статусу «публикаций за последние 5 лет».И больше ничего…;

— во-вторых, тогда как более обширная суть «нарушения 3.5 из апелляции Леонтьева Р.Г.», также приведенная здесь выше при анализе данного фрагмента 80 «заключения диссовета», состоит в неправомерном изложении на стр. 26 заключения от 27 сентября 2018 года по диссертации Бодровцевой Н.Ю. касающихся и ведущей организации АО «ЦНИИМФ» ложных сведений о том, что, якобы, «выбор официальных оппонентов и ведущей организации обосновывается их компетентностью, глубоким знанием предмета исследования, проведения ими научных исследований по вопросам, рассматриваемым соискателем в диссертационной работе, достаточным наличием опубликованных научных трудов»;

— в-третьих, при сравнении первого пункта со вторым можно констатировать, что обобщенный содержательный аспект «нарушений 2.38 – 2.53» из «апелляции Леонтьева Р.Г.» является лишь одной (последней) из нескольких составных частей целостной сущности «нарушения 3.5» той же «апелляции»;

— в-четвертых, поэтому, исходя из содержания предыдущего третьего подпункта, изложенное в первом предложении второго абзаца данного фрагмента «заключения» утверждение «диссовета» о том, что де «замечания Леонтьева Р.Г., приведенные в данном пункте, повторяют ранее высказанные им в разделе 2: замечания 2.38-2.52», представляется ничем иным, как преднамеренной ложью и нелепой подтасовкой толкования фактов;

— в-пятых, относительно же изложенного в первом предложении второго абзаца данного фрагмента «заключения» утверждение «диссовета» о том, что де «ответы на замечания (2.38-2.52) были даны ранее (стр. 24-31)», остается лишь констатировать следующее: содержательные аспекты всех абзацев указанных путанных «ответов» представляютсялибо подтасовкой толкования фактов, либо преднамеренной ложью, либо нормативно-правовой нелепицей. Данная констатация подтверждается вполне убедительными доказательствами, приведенными в настоящей работе выше при анализе фрагментов 50-65 того же «заключения диссовета»;

— в-шестых, более того в описании «нарушения 3.4 из апелляции Леонтьева Р.Г.» выше изложены убедительные доказательства того, что приведенное на стр. 26 заключения диссертационного совета Д 223.009.01 на базе ГУРМФ (Пантина Т.А., Королева Е.А. и др.) по диссертации Бодровцевой Н.Ю. от 27 сентября 2018 года (см. на сайте ГУРМФ) утверждение о «выборе официальных оппонентов и ведущей организации», который, якобы,«обосновывается», относительно именно АО «ЦНИИМФ» представляется де факто недостоверным и де юре ничтожным;

— в-седьмых, в результате налицо – нелепая и неправомерная ссылка на авантюрную и крайне недостоверную информацию от «диссовета».

Таким образом налицо – противоправная попытка членов «диссовета» Д 223.009.01 (в том числе Лазарева А.Н., Лукинского В.В. и Григоряна М.Г.), как говорят в народе, «навести тень на плетень» и посредством этого скрыть от членов экспертного совета и других читателей «заключения по апелляции Леонтьева Р.Г.»факт грубейшего нарушениядиссертационным советом Д 223.009.01 (Пантина Т.А. и Королева Е.А.) и ГУМРФ в целом (ректор Барышников С.О.) требований пунктов 24 (абзац 1) и 32 (абзац 2) «Положения о присуждении ученых степеней» ипункта 10 (абзац 3) «Порядка размещения в… сети «Интернет» информации…», а также де фактонедостоверная и де юре ничтожная информация, представленная в данном фрагменте 82 заключения «диссовета» Д 223.009. 01 на базе ГУМРФ.

Фрагмент 83. Данный фрагмент «заключения диссовета» Д 223.009.01 представлен следующим образом.

«3.6. Заключение диссертационного совета по, диссертации Бодровцевой Н.Ю. полностью соответствуют требованиям пункта 40 (приложения 4) Положения о совете по защите диссертаций на соискание, ученой степени кандидата наук, на соискание ученой степени доктора наук.

В соответствии с Приложением 4 к Положению о совете по защите диссертаций на соискание ученой степени кандидата наук, на соискание ученой степени доктора наук диссертационный совет в установленные сроки подготовил заключение диссертационного совета. Содержание заключения соответствуют указанным пунктам Положения, объем заключения в части решения диссертационного совета соответствует рекомендуемому — до 5 стр.

Увеличение объема заключения диссертационного совета в целом вызвано соблюдением требования «обязательного отражения» критических замечаний, содержащихся в отзывах. Поскольку на автореферат Бодровцевой Н.Ю. поступили 7 отрицательных отзывов, общий объем которых составил 19 стр., в том числе Леонтьева. Р.Г., при этом текст всех отзывов, в основном, состоял из замечаний, диссертационный совет принял решение отразить в заключении все замечания в авторской редакции».

Анализ содержания данного фрагмента позволяет выявить и специфические именно для него констатации и негативные обстоятельства:

а) прежде чем начать анализировать данный фрагмент «заключения диссовета», необходимо напомнить, в чем на самом деле состоит «нарушение 3.6 из апелляции Леонтьева Р.Г.»:

— во-первых, данное нарушение произошло по пункту 40 «Положения о совете по защитам диссертаций…» (абзац 1), в соответствии с которым «… готовится заключение диссертационного совета по диссертации в соответствии с Положением о присуждении ученых степеней (приложение № 4 к настоящему положению)». Согласно примечанию 4 к указанному «приложению № 4» «рекомендуемый объем (заключении диссертационного совета) не более 5 стр.»;

— во-вторых, однако заключение диссертационного совета Д 223.009.01 на базе ГУРМФ (Пантина Т.А., Королева Е.А. и др.) по диссертации Бодровцевой Н.Ю. (см. на сайте ГУРМФ), подписанное 27 сентября 2018 года, представлено на 31 стр., то есть оно в 6 (?!) раз превышает рекомендуемый Минобрнауки России объем. Причем такое беспрецедентное превышение «рекомендуемого объема» произошло, в частности, из-за неправомерного включения указанным диссертационным советом в этот документ персональной государственной научной аттестации Бодровцевой Н.Ю. непредусмотренных установленным порядком собственных предвзято-тенденциозных рассуждений (см. ниже нарушения 3.7 и 3.8);

— в-третьих, налицо – нарушение диссертационным советом Д 223.009.01 (Пантина Т.А., Королева Е.А. и др.) требований пункта 40 (абзац 1)приложения № 4 «Положения о совете по защитам диссертаций…»;

б) относительно высказанных в данном фрагменте «заключения» комментариев «диссовета» о «нарушении 3.6, представленного в апелляции Леонтьева Р.Г.», следует обнародовать следующие обстоятельства:

— в первом абзаце данного фрагмента своего «заключения» «диссовет», нарушая научную этику, как говорится, «пустился во все тяжкие» и весьма опрометчиво сделал голословное и безответственно-обманное заявление.Голословное лишь потому, что в данном фрагменте «диссовет» не смог доказательноопровергнуть приведенный в «апелляции Леонтьева Р.Г.» факт неправомерного шестикратного превышения рекомендуемого Минобрнауки России объема (не более 5 стр.) при изложении на 31 (!?) страницесвоего заключения от 27 сентября 2018 года по диссертации Бодровцевой Н.Ю. (см. на сайте ГУРМФ). Безответственно-обманное потому, что «диссовет», прекрасно зная о недопустимом превышении рекомендуемого объема при изложении своего указанного «заключения», цинично заявил о его, якобы, «полном соответствии требованиям пункта 40 (приложения 4) «Положения о совете по защитам…». Соответственно в данном фрагменте «диссоветом» не опровергнутыфакты неправомерного принятия им своего «заключения по диссертации» как содержащего ложные сведения, противоречащие требованиям пункта 40 (абзац 1) «Положения о совете по защитам диссертаций…», и неправомерного размещения его на официальном сайте ГУМРФ, также неправомерного направления этого же «заключения» в Минобрнауки России в качестве официального документа государственной научной аттестации. Налицо – авантюрная и крайне недостоверная информация от «диссовета»;

— изложенное в первом предложении второго абзаца данного фрагмента «заключения диссовета» сообщение представляется нормативно-правовой нелепицей, поскольку «установленные сроки подготовки заключение диссертационного совета» на самом деле определяются требованиями пункта 40 (абзац 3) «Положения о совете по защитам диссертаций…», а не, как это неграмотно утверждает «диссовет», «в соответствии с Приложением 4 к Положению о совете по защите…». Налицо – безграмотная и недостоверная информация от «диссовета»;

— изложенное во втором предложении второго абзаца данного фрагмента «заключения диссовета» сообщение представляется либо подтасовкой толкования фактов, либо преднамеренной ложью, либо нормативно-правовой нелепицей, по следующим причинам: 1) на самом деле в данном фрагменте «заключения» «диссовет» упомянул всего лишь один пункт 40 «Положения о совете по защитам диссертаций…», а не несколько «указанных пунктов Положения», о которых он сообщил в данном втором предложении; 2) на самом деле содержание «заключения диссертационного совета по диссертации» должно соответствовать требованиям пункта 32 (абзац 2) «Положения о присуждении ученых степеней» и пункту 40 (абзац 3) «Положения о совете по защитам диссертаций…», а вовсе не (как это нелепо утверждает «диссовет») «указанным пунктам Положения»; 3) данными установленными правительством РФ требованиями в содержании «заключения диссертационного совета по диссертации» не предусматривается какая-то «часть решения диссертационного совета», о котором говорит «диссовет»; 4) на самом деле «объем заключения в части решения диссертационного совета» от 27 сентября 2018 года по диссертации Бодровцевой Н.Ю. (см. на сайте ГУРМФ) составляет лишь две строчки предпоследнего абзаца его последней страницы, тогда как остальное содержание данного «заключения» занимает 31 стр., то есть оно явно не «соответствует рекомендуемому – до 5 стр.». Налицо – безграмотная и недостоверная информация от «диссовета»;

— изложенные в третьем абзаце данного фрагмента «заключения диссовета» сведения представляются либо подтасовкой толкования фактов, либо преднамеренной ложью, либо нормативно-правовой нелепицей, по следующим причинам: 1) даже без отражения всех «критических замечаний» объем заключения диссертационного совета» от 27 сентября 2018 года по диссертации Бодровцевой Н.Ю. (см. на сайте ГУРМФ) составляет 11 стр., то есть превышает в 2 (два) с лишним раза (!?) рекомендуемый Минобрнауки России объем (не более 5 стр.); 2) вместе с тем без отражения только «критических замечаний» из отрицательных отзывов объем заключения диссертационного совета» от 27 сентября 2018 года по диссертации Бодровцевой Н.Ю. составляет 16 стр., то есть превышает в 3 (три) с лишним раза (!?) рекомендуемый Минобрнауки России объем (не более 5 стр.); 3) поэтому неправомерное двукратное превышение объема заключения диссертационного совета» от 27 сентября 2018 года по диссертации Бодровцевой Н.Ю. (вопреки утверждению «лиссовета») «вызвано» отнюдь не только «соблюдением требования «обязательного отражения» критических замечаний». Налицо – вызывающе лукаво-циничная и недостоверная информация от «диссовета»;

в) таким образом налицо – противоправная попытка членов «диссовета» Д 223.009.01 (в том числе Лазарева А.Н., Лукинского В.В. и Григоряна М.Г.), как говорят в народе, «навести тень на плетень» и посредством этого скрыть от членов экспертного совета и других читателей «заключения по апелляции Леонтьева Р.Г.»факт грубейшего нарушениядиссертационным советом Д 223.009.01 (Пантина Т.А. и Королева Е.А.) и ГУМРФ в целом (ректор Барышников С.О.) требований пункта 40 «Положения о совете по защитам диссертаций…» (приложение № 4), а также де фактонедостоверная и де юре ничтожная информация, представленная в данном фрагменте 83 заключения «диссовета» Д 223.009. 01 на базе ГУМРФ.

Фрагмент 84. Данный фрагмент «заключения диссовета» Д 223.009.01 представлен следующим образом.

«3.7. Заключение диссертационного совета по диссертации Бодровцевой Н.Ю. полностью соответствуют требованиям пункта 32 Положения о присуждении ученых степеней и пункта 40 (приложения 4) Положения о совете по защите диссертаций на соискание ученой степени кандидата наук, на соискание ученой степени доктора наук.

В соответствии с требованиям пункта 32 Положения о присуждении ученых степеней в заключении диссертационного совета отражены «наиболее существенные научные результаты, полученные лично соискателем ученой степени, оценка их достоверности и новизны, их значение для теории и практики, рекомендации об использовании результатов диссертационного исследования», а также указано, «в соответствии с какими требованиями пункта 9 настоящего Положения оценивалась диссертация», обосновано «назначение оппонентов и ведущей организации».

Поскольку на автореферат Бодровцевой Н.Ю. поступили 7 отрицательных отзывов, при этом текст всех отзывов, в основном, состоял из замечаний, диссертационный совет принял решение отразить в заключении все замечания в авторской редакции. Чтобы сократить общий объем заключения, при повторении замечаний по существу (а иногда и по форме) были сделаны ссылки на предыдущие замечания. Такая форма изложения не противоречит требованиям приложения 4 Положения о совете по защите диссертаций на соискание ученой степени кандидата наук, на соискание ученой степени доктора наук, которое содержит рекомендуемую форму заключения, что дает право диссертационному совету принимать решение о внесении необходимых дополнений (уточнений)».

Анализ содержания данного фрагмента позволяет выявить и специфические именно для него констатации и негативные обстоятельства:

а) прежде чем начать анализировать данный фрагмент «заключения диссовета», необходимо напомнить, в чем на самом деле состоит «нарушение 3.7 из апелляции Леонтьева Р.Г.»:

— во-первых, данное нарушение произошло по пункту 32 «Положения о присуждении ученых степеней» (абзац 2), согласно которому «… диссертационный совет принимает… заключение… по диссертации, в котором отражаются наиболее существенные научные результаты, полученные лично соискателем…, оценка их достоверности и новизны, их значение для теории и практики, рекомендации об использовании результатов диссертационного совета, а также указывается, в соответствии с какими требованиями пункта 9 настоящего Положения оценивалась диссертация», и согласно которому «в заключении обосновывается назначение оппонентов и ведущей организации». И ничего больше в такого рода «заключениях» Правительство РФ не устанавливает «отражать», «указывать» и «обосновывать»;

— во-вторых, данное нарушение произошло также по пункту 40 «Положения о совете по защитам диссертаций…» (абзац 1), в соответствии с которым «… готовится заключение диссертационного совета по диссертации в соответствии с Положением о присуждении ученых степеней (приложение № 4 к настоящему положению)». Согласно указанному «приложению № 4» в «заключении диссертационного совета» «приводится краткий обзор отзывов, с обязательным отражением содержащихся в них критических замечаний»;

— в-третьих, вместе с тем известно, что «обзор» — это сжатое сообщение о том, что объединено общей темой (предметом, основным содержанием). То есть согласно установленным Правительством РФ и Минобрнауки России требованиям в «заключении диссертационного совета по диссертации» относительно «отзывов на диссертацию и автореферат» ничего (кроме краткого обзора их содержания) не должно отражаться;

— в-четвертых, однако на стр. 8-26 заключения диссертационного совета Д 223.009.01 на базе ГУРМФ (Пантина Т.А., Королева Е.А. и др.) по диссертации Бодровцевой Н.Ю. (см. на сайте ГУРМФ), подписанного 27 сентября 2018 года, его авторами после каждого из 44 замечаний из 7 отрицательных отзывов (Дзюбы А.В., Подобы В.А., Леонтьева Р.Г., Никитина Е.К., Омарова Э.А., Лобова И.Г. и Гребенкиной О.А.) вопреки установленным Правительством РФ и Минобрнауки России требованиям неправомерно были представлены не входящие в содержание данных отзывов неприемлемые и непонятные комментарии: либо «на данное замечание соискателем дан исчерпывающий ответ» (31 случай), либо «замечание повторяет замечание (аналогично замечанию)» (11 случаев) и либо «предположение голословно» (2 случая). Причем после каждого замечания из 8 положительных отзывов подобные «комментарии», непонятно почему, отсутствовали (подробнее об этом см. ниже);

— в-пятых, в результате налицо – грубейшее нарушение диссертационным советом Д 223.009.01 (Пантина Т.А., Королева Е.А. и др.) требований пункта 32 (абзац 2) «Положения о присуждении ученых степеней» ипункта 40 (приложения № 4) «Положения о совете по защитам диссертаций…»;

б) относительно высказанных в данном фрагменте «заключения» комментариев «диссовета» о «нарушении 3.7, представленного в апелляции Леонтьева Р.Г.», следует обнародовать следующие обстоятельства:

— в первом абзаце данного фрагмента своего «заключения» «диссовет», нарушая научную этику, как говорится, «пустился во все тяжкие» и весьма опрометчиво сделал голословное и безответственно-обманное заявление.Голословное лишь потому, что в данном фрагменте «диссовет» не смог доказательноопровергнуть приведенный в «апелляции Леонтьева Р.Г.» факт неправомерного включения в итак уже превышающий установленный объем заключение диссертационного совета от 27 сентября 2018 года по диссертации Бодровцевой Н.Ю.(см. на сайте ГУРМФ) не предусмотренных правительством РФ текстов 31 оценки ответов соискателя на критические замечания и 13 оценок самих критических замечаний,изложенных в 7 отрицательных отзывах на автореферат. Безответственно-обманное потому, что «диссовет», прекрасно зная о неправомерном включении текстов своих оценочных комментариев в указанное «заключение», цинично заявил о его, якобы, «полном соответствии» требованиям пункта 32 (абзац 2) «Положения о присуждении ученых степеней» ипункта 40 (приложения № 4) «Положения о совете по защитам диссертаций…». Соответственно в данном фрагменте «диссоветом» не опровергнутыфакты неправомерного принятия им своего «заключения по диссертации» как содержащего неположенные сведения, противоречащие требованиям пункта 40 (абзац 1) «Положения о совете по защитам диссертаций…», и неправомерного размещения его на официальном сайте ГУМРФ, также неправомерного направления этого же «заключения» в Минобрнауки России в качестве официального документа государственной научной аттестации. Налицо – циничная и недостоверная информация от «диссовета»;

— во втором абзаце данного фрагмента своего «заключения» «диссовет» явно излишне привел известное всем содержание требований пункта 32 (абзац 2) «Положения о присуждении ученых степеней», которое к тому же было изложено в описании «нарушения 3.7 из апелляции Леонтьева Р.Г.». Вместе с тем ни в «апелляции», ни в настоящей работе именно здесь (при анализе данного фрагмента «заключения») не высказываются претензии по непосредственному нарушению этих «требований». Налицо – явно излишняя и преднамеренно запутывающая читателей информация от «диссовета»;

— изложенное в первом предложении третьего абзаца данного фрагмента «заключения диссовета» сообщение представляется нелепой подтасовкой толкования фактов,поскольку, с одной стороны, «принятое диссертационном советом решение отразить в заключении все замечания в авторской редакции» по своей сути не имеет никакого отношения к необходимости неправомерного включения в заключение диссертационного совета от 27 сентября 2018 года по диссертации Бодровцевой Н.Ю. не предусмотренных правительством РФ текстов 31 оценки ответов соискателя на критические замечания и 13 оценок самих критических замечаний,изложенных в 7 отрицательных отзывах на автореферат. А с другой стороны, включение данных «непредусмотренных текстов» в итак уже в разы превышающий (из-за указанного «решения») установленный объем заключение диссертационного совета от 27 сентября 2018 года по диссертации Бодровцевой Н.Ю. вообще противоречит нормальной логике. Налицо – недостоверная информация от «диссовета»;

— изложенное во втором предложении второго абзаца данного фрагмента «заключения диссовета» сообщение представляется либо подтасовкой толкования фактов, либо преднамеренной ложью, либо нормативно-правовой нелепицей, по следующим причинам: 1) подавляющее число (31 из 44) случаев неправомерного включения текстов в заключение диссертационного совета по диссертации Бодровцевой Н.Ю. связано с изложением в них непредусмотренных правительством РФ оценок «диссоветом» ответов соискателя на критические замечания из отрицательных отзывов; 2) то есть подавляющее число указанных «текстов» не имеет никакого отношения к упомянутым во втором предложении данного фрагмента «ссылкам на предыдущие замечания»; 3) 2 случая неправомерного включения текстов связаны с изложением в них также непредусмотренных правительством РФ оценок содержания критических замечаний из отрицательных отзывов; 4) поэтому эти два случая также не имеет никакого отношения к упомянутым во втором предложении данного фрагмента «ссылкам на предыдущие замечания»; 5) что касается 11 упомянутых во втором предложении данного фрагмента «ссылок на предыдущие замечания», то они отнюдь не привели к заявленному «диссоветом» «сокращению общего объема заключения», так как на самом деле в заключении диссертационного совета по диссертации Бодровцевой Н.Ю. абсолютно все «критические замечания» (даже «при повторении замечаний по существу, а иногда и по форме») были полностью воспроизведены «в авторской редакции». Налицо – циничная, безответственная и недостоверная информация от «диссовета»;

— изложенное в третьем предложении второго абзаца данного фрагмента «заключения диссовета» сообщение представляется либо подтасовкой толкования фактов, либо преднамеренной ложью, либо нормативно-правовой нелепицей, по следующим причинам: 1) на самом деле во втором предложении второго абзаца данного фрагмента «заключения диссовета» (из-за исключительного ложного содержания этого предложения) вообще не представлена никакая хоть как-то приемлемая «такая форма изложения», которая, якобы, «не противоречит требованиям приложения 4 Положения о совете по защите диссертаций…»; 2) наоборот как раз такая недостоверная «форма изложения», приведенная во втором предложении второго абзаца данного фрагмента «заключения диссовета» на самом деле полностью противоречиттребованиям не только пункта 40 (приложения № 4) «Положения о совете по защитам диссертаций…», но и пункта 32 (абзац 2) «Положения о присуждении ученых степеней»;3) несоблюдение «рекомендуемой (Минобрнаки России – Р.Л.) форме заключения» на самом деле как раз «противоречит» соответствующему рекомендованному требованию пункта 40 (приложения № 4) «Положения о совете по защитам диссертаций…», и поэтому чревато возможностью возврата указанного «заключения» в диссертационный совет на доработку; 4) более того такое несоблюдение рекомендаций Минобрнауки России делает весьма призрачным и подверженным негативным последствиям рекламируемое «диссоветом» сомнительное «право диссертационному совету принимать решение о внесении необходимых дополнений (уточнений)», приводящее к тому же к неприемлемому превышению установленного объема «заключения диссертационного совета по диссертации». Налицо – циничная, безответственная и недостоверная информация от «диссовета»;

в) таким образом налицо – противоправная попытка членов «диссовета» Д 223.009.01 (в том числе Лазарева А.Н., Лукинского В.В. и Григоряна М.Г.), как говорят в народе, «навести тень на плетень» и посредством этого скрыть от членов экспертного совета и других читателей «заключения по апелляции Леонтьева Р.Г.»факт грубейшего нарушениядиссертационным советом Д 223.009.01 (Пантина Т.А. и Королева Е.А.) и ГУМРФ в целом (ректор Барышников С.О.) требований пункта 32 (абзац 2) «Положения о присуждении ученых степеней» ипункта 40 «Положения о совете по защитам диссертаций…» (приложение № 4) и , а также де фактонедостоверная и де юре ничтожная информация, представленная в данном фрагменте 84 заключения «диссовета» Д 223.009. 01 на базе ГУМРФ.

Таким образом осуществленный в настоящей работе анализ посвященных альтернативным сравнительным оценкам промежуточных итераций защиты диссертации о портах фрагментов 82-84 заключения диссертационного совета Д 223.009.01 на базе ФГБОУ ВО «ГУМРФ имени адмирала С.О. Макарова», принятого по апелляции на решение совета по вопросу присуждения ученой степени кандидата экономических наук Бодровцевой Н.Ю. от 27 декабря 2018 года, показал, что практически все их (фрагментов) содержание пронизано случаями преднамеренного обмана, умышленной подтасовки толкования и нелепого искажения сути фактов (явлений и событий). Поэтому эти фрагменты данного заключения в целом представляют собой ничто иное, как де факто недостоверную и де юреничтожную информацию.

Список библиографических источников

1. Леонтьев Р.Г. Информатика и итерации начального рассмотрения работы о портовых сборах в конкурентной среде // Международный Научный Институт «Educatio». – 2018. — № 1 (31). – С. 66-72.

2. Леонтьев Р.Г. Обликовая модель основного верификатора роли портовых сборов в конкурентной среде // Colloquium-journal (Warsaw, Poland). – 2018. — № 11 (22) part. 3. – V. 4-10.

3. Леонтьев Р.Г. Персонифицированная модель второго верификатора роли портовых сборов в конкурентной среде // Евразийский союз ученых (ЕСУ). – 2018. — № 11 (56). Ч. 6. – С. 48-53.

4. Леонтьев Р.Г. Идентификационная модель организации-верификатора роли портовых сборов в конкурентной среде // Spirit — time (Berlin, Germany). – 2018. — № 11. VOL. 1. – P. 14-21.

5. Леонтьев Р.Г. IT-технологии и итерации представления к защите диссертации о портовых сборах в конкурентной среде // Colloquium-journal (Warsaw, Poland). – 2018. — № 11 (22) part. 3. – V. 10-16.

6. Леонтьев Р.Г. Цифровые системы и итерации защиты диссертации о портовых сборах в конкурентной среде // Национальная ассоциация ученых (НАУ). – 2018. — № 14 (41). – С. 16-23.

7. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. – М.: ООО «ИТИ Технология», 2003. – 944 с.

Записи созданы 1584

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх