Номер части:
Журнал

ДУХОВНЫЙ ФАКТОР НАРОДНОЙ ПОБЕДЫ



Науки и перечень статей вошедших в журнал:


DOI:
Дата публикации статьи в журнале:
Название журнала: Евразийский Союз Ученых, Выпуск: , Том: , Страницы в выпуске: -
Автор:
, ,
Автор:
, ,
Автор:
, ,
Анотация:
Ключевые слова:                     
Данные для цитирования: . ДУХОВНЫЙ ФАКТОР НАРОДНОЙ ПОБЕДЫ // Евразийский Союз Ученых. Исторические науки. ; ():-.





Серьезный вклад в приближение Победы советского народа в Великой Отечественной войне внесла и Русская Православная Церковь. С началом Великой Отечественной войны духовная связь народа со своими патриотами-предками стала наиболее очевидной. Немало способствовали этому процессу патриотические воззвания православного духовенства, возрождение духовного подвижничества. В обществе начал происходить процесс возрождения национального самосознания народа, испокон веков твёрдо убеждённого в том, что защищать Родину от врагов есть не только гражданский, но и высший христианский долг.

Современный период даёт возможность пересмотреть многие устоявшиеся стереотипы, заново осмыслить наиболее важные события отечественной истории, в том числе и проблему государственно-церковных отношений времён Великой Отечественной войны.

Опыт Великой Отечественной войны свидетельствует, что объединение усилий руководства советского государства, Русской Православной Церкви, армии и народа по достижению Победы проходило по нескольким направлениям:

  1. Усиление патриотической деятельности Церкви и на этой основе улучшение взаимоотношений между государством и религиозными организациями, священнослужителями.

 Совершая агрессию против СССР, нацисты рассчитывали использовать в том числе и религиозный фактор для раскола советского общества, разобщения народа. Гитлеровское окружение считало, что притеснение верующих и репрессии против Церкви озлобят паству против советской власти, и немецкие войска будут иметь многих своих сторонников среди советских людей, особенно среди священников. Но расчеты гитлеровцев не оправдались.

Уже в первый день войны местоблюститель патриаршего престола митрополит Сергий обратился с посланием к верующим, благословляя их на борьбу против гитлеровской агрессии.

В годы войны митрополит Сергий более 20 раз обращался с посланиями к верующим и всякий раз призывал русское воинство бить врага. Это видно, к примеру, из послания, сделанного им 24 ноября 1941 года, в период ожесточенных боев в Подмосковье. В послании говорилось: «Гитлеровский молох продолжает вещать миру, будто бы он поднял меч «на защиту религии» и «спасения» якобы поруганной веры. Но всему миру ведомо, что это исчадие ада старается лживой личиной благочестия только прикрывать свои злодеяния… Теперь патриотизм поднялся грозной волной для врагов, и уже близок час, когда она смоет с лица Земли коричневую нечисть. Могучее русское воинство только теперь начинает расправлять свои богатырские плечи, готовясь нанести сокрушительный удар вероломному врагу» [1, C.204].

С патриотическими посланиями к пастве обращались также и ближайшие сподвижники местоблюстителя – митрополит Ленинградский и Новгородский Алексий (Симанский) и митрополит Киевский и Галицкий Николая (Ярушевич).

Так, митрополит Алексий все страшные дни блокады оставался со своей паствой в голодном и холодном вымирающем городе на Неве, в котором действовало 5 православных церквей.

Своими проповедями и посланиями он вселял в души ленинградцев мужество и надежду, призывал верующих самоотверженно помогать воинам честной работой в тылу.

В годы войны церковь развернула широкую благотворительную деятельность: осуществляла сбор денежных средств и ценностей на оружие и боевую технику, на подарки бойцам, на содержание раненых в госпиталях и сирот в детских домах.

30 декабря 1942 года митрополит Сергий обратился к верующим с призывом собрать средства на сооружение танковой колонны имени Дмитрия Донского. В ответ на призыв первого иерарха только в Московском Богоявленском соборе духовенством и мирянами было собрано более 400 тысяч рублей. Вся церковная Москва собрала свыше 2 миллионов рублей, в блокадном Ленинграде православные собрали 1 миллион рублей, в Куйбышеве было пожертвовано 650 тысяч рублей [2, C.43].

Взносы православных верующих и священнослужителей за годы войны составили более 300 миллионов рублей, 8 миллионов рублей из этой суммы пошли на колонну танков имени Дмитрия Донского (40 танков Т-34). Торжественная передача боевых машин состоялась 7 марта 1944 года под Тулой, которые получили 38-й и 516-й отдельные танковые полки. Танкисты этих полков вели бои за освобождение Белоруссии и Польши, боевые машины с надписями на башнях «Дмитрий Донской» видели на улицах освобожденных от немцев Праги и Вены.

Патриотическая деятельность Церкви выражалась в публичном осуждении той части духовенства, которая сотрудничала с оккупантами. Осуждению и отлучению от Церкви была подвергнута, в частности, значительная группа духовенства Украины, Белоруссии и отдельных областей России. Однако лишь небольшое количество верующих и тем более русских священников сотрудничали с оккупантами. Коллаборационистам не удалось взять под контроль религиозную жизнь на оккупированной территории страны, протестные действия наблюдались во многих местах. Особенно острые конфликты между верующими и священнослужителями – сторонниками поддержки оккупантов, стали возникать после пасхального 1943 года послания митрополита Алексия, призвавшего духовенство и мирян участвовать в партизанской борьбе.

  1. Другим важным направлением совместной деятельности власти и Церкви по объединению усилий в достижении Победы являлась либерализация государственно–религиозной политики. Активная патриотическая деятельность подавляющей части духовенства и верующих Православной церкви послужила одной из причин начала значительных изменений её взаимоотношений с государством. За 2 года войны, несмотря на отсутствие необходимого аппарата управления, печатного органа и юридического статуса, Церковь сумела упрочить своё влияние в стране.

Исключительно важное значение для дальнейших взаимоотношений и взаимодействия государства и Церкви имело приглашение в Кремль для встречи со Сталиным трех митрополитов 4 сентября 1943 года. В ходе беседы были решены вопросы, которые стояли перед русской Церковью в течение десятилетий: о созыве собора епископов и избрании Патриарха, об открытии богословских курсов при епархиях, об издании «Журнала Московской Патриархии», об открытии церквей, о снятии ограничений на передвижения для священнослужителей, отсидевших в лагерях и др.

Уже через 4 дня после этой исторической встречи – 8 сентября 1943 года на соборе, в котором участвовало 19 епископов, был избран Святейший Патриарх Сергий. Но, к сожалению, он возглавлял РПЦ недолго, т.к. 15 мая 1944 года скончался.

В начале февраля 1945 года в Москве состоялся поместный собор РПЦ, который избрал Патриархом Московским и всея Руси митрополита Ленинградского Алексия. Принятое собором «Положение об управлении Русской Православной Церковью» свидетельствовало о новых шагах властей навстречу верующим. Весь 1945 год прошёл под знаком дальнейшей либерализации государственно-религиозной политики. Так, 10 апреля состоялась встреча Патриарха Алексия со Сталиным. На встрече обсуждались вопросы, связанные с патриотической деятельностью Церкви на завершающем этапе Великой  Отечественной войны, расширением сети духовных учебных заведений и церковно-издательской деятельности.

В годы войны влияние Церкви на население страны значительно возросло, условия её существования несколько нормализовались, улучшилось отношение к духовенству, возрождалась жизнь в монастырях. К октябрю 1994 года возобновили богослужения около 200 храмов, из запасников музеев в храмы передавались иконы, культовая атрибутика, изъятая в 20-е – 30-е годы.

Однако деятельность Церкви по-прежнему находилась под контролем государственных органов. 14 сентября 1943 года был создан Совет по делам Русской Православной Церкви. его председателем Наркомата государственной безопасности Г.Г. Карпов.

В задачу Совета входило осуществление связи между Правительством СССР и Патриархом Московским и всея Руси по вопросам, которые требовали разрешения или содействия властных структур. На этот орган возлагалась функция наблюдения за своевременным проведением в жизнь законов и постановления Правительства СССР, относящихся к РПЦ на всей территории страны. Он имел институт уполномоченных, которые не должны были вмешиваться во внутреннюю жизнь Церкви, что на практике не всегда соблюдалось.

Конкретными причинами коренного изменения характера государственно-церковных отношений в условиях войны явились: патриотическая позиция Русской Православной Церкви, других религиозных организаций страны; церковная политика гитлеровского руководства на оккупированных советских территориях, направленная на использование церкви против Советского государства; стремление использовать возможности союзников по антигитлеровской коалиции для оказания материальной и военной помощи СССР.

С началом войны начинается новая политика государства в отношении религии, церкви и верующих. Сущность её можно определить как нормализацию отношений с церковью, т. е. создание таких отношений, которые способствовали возрождению церкви, религиозной церковной деятельности, направленной как на удовлетворение духовных потребностей верующих, так и на патриотическое служение делу общей борьбы с немецко-фашистскими захватчиками.

В политике нормализации государственно-церковных отношений в военные годы следует выделить три этапа:

Первый этап: 22 июня 1941 года – начало ноября 1942 года. Этот этап характеризуется тем, что государство постепенно формировало у населения, воинов новое восприятие церкви, которая однозначно заняла патриотическую позицию по отношению к Отечеству. Государство осуществляло свои отношения с церковью фактически, не придавая им юридического характера.

Закончился первый этап 2 ноября 1942 года. В этот день вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР, которым создавалась Государственная комиссия по расследованию фашистских злодеяний. Членом этой Государственной комиссии был назначен митрополит Николай. Следовательно, 2 ноября можно считать днем официального начала процесса нормализации государственно-церковных отношений.

Таким образом, первый этап в деле нормализации отношений между Советским государством и Русской православной церковью можно назвать подготовительным.

Второй этап: 2 ноября 1942 года – 1943 год. Этот период состоит из двух этапов. Первый этап – с конца 1942 года до сентября 1943 года можно назвать этапом становления взаимоотношений между Советским государством и Русской православной церковью. Начинается процесс сотрудничества государства и церкви в деле борьбы с немецко-фашистскими захватчиками. Второй этап с 4 сентября 1943 года до конца 1943 года можно назвать этапом создания новой политико-правовой основы отношений между Советским государством и РПЦ.

Сущность второго этапа можно определить как коренное изменение отношений между Советским государством и Русской православной церковью, т. е. государством были созданы такие политико-правовые основы взаимного сотрудничества, которые означали невозможность возврата к довоенным методам борьбы с церковью, необратимость укрепления взаимоотношений в деле общей борьбы против общего врага – германского фашизма.

Третий этап: Начало 1944 года – 9 мая 1945 года. Этот период характеризуется дальнейшим расширением и углублением взаимного сотрудничества между государством и РПЦ, установлением конструктивных отношений государства со всеми основными религиозными организациями страны, а также проявлением некоторых негативных тенденций в государственно-церковных отношениях. Следовательно, третий этап можно назвать этапом интенсификации всей политики нормализации отношений между Советским государством и церковью, направленной на максимальное использование государством нравственно-патриотического потенциала церкви для достижения победы над немецко-фашистскими захватчиками.

Тем не менее, в отношениях государства и церкви имели место негативные тенденции. Они допускались как представителями высшего эшелона государственной власти, так и на местах, а также в действующей армии и запасных воинских формированиях.

Как известно, история даёт нам уроки. Уроком Отечественной войны 1941-1945 гг. было, в частности, живое проявление общечеловеческого стремления к освобождению, противостояние фашизму. Общий интерес всех народов и государств, которые оказались в одинаковом положении перед лицом фашистской угрозы, превысил социально-политические и иные различия между ними, обеспечил основу для создания антифашистской коалиции. Урок войны – в стремлении искать пути диалога, новые отношения с многочисленными общественными силами, представляющими мировую культуру.

Вся деятельность Русской Православной Церкви в годы войны была проявлением высокого патриотизма, способствовавшего консолидации сил страны в отпоре врагу. Уже 22 июня 1941 года митрополит Сергий (Страгородский) в послании к верующим писал: «Фашистские разбойники напали на нашу Родину. Попирая всяческие договоры и обещания, они внезапно обрушились на нас, и вот кровь граждан уже орошает родную землю… Наши предки не падали духом и при худшем положении потому, что помнили не о личных опасениях, а о священном долге перед Родиной и верой, и выходили победителями. Не посрамим же и мы, православные, родные им по плоти и по вере» [3, C.15]. Это послание было распространено по всем приходам страны. С подобными посланиями вскоре выступили и остальные иерархи церкви.

Большое значение имела проповедь митрополита Алексия (Симанского) в Богоявленском кафедральном соборе г.Москвы, в которой он, вспомнив победы времен Димитрия Донского, св. Александра Невского Отечественной войны 1812 года, обосновал патриотизм глубокой верой в помощь Божью правому делу.

Составлялись послания и для населения, которые оказались на оккупированной фашистами территории. Так, в одном из таких посланий в январе 1942 года митрополит Сергий призывал людей помогать партизанскому движению.

Большую богослужебную активность проявлял митрополит Ленинградский и Ладожский Алексий (Симанский) в дни блокады. Он постоянно, даже в самую страшную блокадную зиму 1941/1942 гг., совершал богослужения не только в Никольском кафедральном соборе, но и в остальных храмах города. Такие богослужения проходили при переполненных храмах, давая прихожанам утешение и духовную поддержку.

Известно, в частности, о том, что в самый разгар судьбоносной для страны Сталинградской битвы в ноябре 1942 года митрополитом Николаем (Ярушевичем) под Сталинградом, на берегу Волги, был отслужен молебен перед образом Казанской Божьей Матери, а митрополит Сергий, в то время находившийся в Ульяновске, 19 января 1943 года возглавил крестный ход на иордань, во время которого он молился о победе русского воинства в Сталинградском сражении.

Подобная бескомпромиссная поддержка церкви имела громадное значение для миллионов православных христиан, сражавшихся на фронтах, в партизанских отрядах или трудившихся в тылу. Она поддерживала веру в окончательную победу над врагом, формировала высокие патриотические чувства.

Патриотизм церкви выражался не только в словах, но и конкретных делах. Это и сборы по церквам денежных средств в фонд обороны страны, это и тёплые вещи, отправленные на фронт. На средства верующих и церкви были построены в 1943 году танковая колонна имени Дмитрия Донского и эскадрилья Александра Невского.

О поддержке справедливой освободительной войны народов Союза ССР заявили руководители практически всех религиозных центров организаций, обращаясь к верующим с патриотическими посланиями и обращениями, они призвали их достойно выполнить свой религиозный и гражданский долг, оказать всевозможную помощь нуждам фронта и тыла.

Церковные организации обеспечили в годы войны всестороннюю помощь Армии со стороны верующих. В 1941 году с патриотическими посланиями к верующим обратились глава Русской Православной Церкви митрополит Сергий, Центральное мусульманское управление СССР, Московская иудейская община и другие. Только Русская Православная Церковь за годы войны 23 раза обратилась к своей пастве с подобными посланиями [4, C. 648].

На их основе была развернута широкая работа по сбору средств на строительство боевой техники, подарков для фронтовиков и т.д. Особенно много средств собрали церковные общины Москвы, Ленинграда, Горького, Куйбышева и других городов. Уже к концу 1944 г. сумма взносов от РПЦ составила 150 млн. руб. – огромную по своему времени сумму [5, C.99]. Патриархи Московский и всея Руси Сергий (1943-1944 гг.) и Алексий (с 1945 г.) проводили большую патриотическую работу, и примером любви к Родине, мужества увлекали людей на борьбу за победу над агрессором. В письме к председателю СНК СССР И.В. Сталину Алексий доводил до сведения, что в основе его деятельности будут лежать следующие принципы: следование церковным канонам и установкам, с одной стороны, и неизменная верность Родине и Советскому правительству, — с другой [6].

Большинство лидеров религиозных организаций в СССР заняли позицию осуждения тех служителей культа, которые осознанно перешли на сторону врага, добровольно стали орудием идеологической пропаганды, помогая насаждать «новый порядок» на оккупированной советской территории.

Таким образом, патриотическая позиция духовенства и верующих вступала в противоречия со стереотипом их социально-политических воззрений, который насаждался официальной пропагандой в общественном сознании накануне войны. В массах верующих зрела убеждённость в том, что государство должно пойти на нормализацию отношений с религиозными организациями. И действительно, спустя несколько месяцев после начала войны, правительство сделало первые шаги в этом направлении: разрешались общецерковные сборы средств, снимались ограничения на внекультовую деятельность, не чинились препятствия массовым богослужениям и церемониям, открывались, хотя без юридического оформления, молитвенные здания, расширялась издательская деятельность церквей, признавались де-факто религиозные центры, разрешалось устанавливать связи с зарубежными религиозными организациями и т.д.

В начале 1942 г. общая политическая обстановка в стране, широкая патриотическая деятельность религиозных организаций, а также причины внешние: стремление сузить возможности немецкой пропаганды по использованию религиозных проблем, желание снять в общественных кругах стран-союзниц предубеждение в отношении церковного курса советского правительства и, наконец, намерение сплотить все антифашистские силы, включая и религиозные организации, — предопределили шаги И.В. Сталина по дальнейшей нормализации государственно-церковных отношений.

В 1943 году Совнарком принял постановление об образовании Совета по делам Русской православной церкви. На него возлагалась задача «осуществления связи между Правительством СССР и патриархом Московским и всея Руси по вопросам Русской православной церкви, требующим разрешения Правительства СССР».

Стоит заметить, что И.В. Сталин первые несколько лет лично рассматривал церковные проблемы, требовал предоставления регулярной информации о ситуации православной и иных церквах. Все принципиальные решения по «церковной политике» принимались исключительно с его личной санкции. Такая ситуация вытекала из намерений Сталина использовать церковные институты для решения чисто прагматических политико-идеологических задач внутри страны и на внешнеполитической арене. В дальнейшем все вопросы практической деятельности Совета обсуждались на встречах Карпова с Молотовым, носивших достаточно регулярный характер.

Подчинив церковь, Сталин мог использовать в изменившейся обстановке её сохранившийся потенциал – структуру, идеологически и организационно объединяющую миллионы советских граждан и пользующуюся немалым влиянием в зарубежных странах, входящих в сферу интересов СССР.

С другой стороны, коренное изменение церковной политики было связано со стихийным, массовым открытием церквей на оккупированной гитлеровцами территории РСФСР. Антирелигиозная пропаганда во время войны полностью прекратилась. Патриарший местоблюститель митрополит Сергий, ставший в 1943 г. патриархом, распространял патриотические воззвания, предназначенные для публичного оглашения в церквях.

Одной из наиболее важных для Совета проблем стал вопрос об открытии православных церквей, как во внутренних районах страны, так и на территориях, освобождаемых от оккупантов. В соответствии с утвержденным в ноябре 1943 г. постановлением СНК СССР «О порядке открытия церквей» решения об открытии церквей принимал Совнарком по спискам, представленным Советом по делам Русской православной церкви. Председателю Совета по делам Русской православной церкви Г.Г. Карпову отводилась роль посредника между правительством и церковью. У Карпова сложились деловые и доверительные отношения с патриархом Сергием.. В этом его поддерживал Молотов, подсказавший, в частности, идею «отмечать» дни рождений и юбилейные даты патриарха и других церковных деятелей. Ровные и даже дружеские отношения связывали Карпова с митрополитом Ленинградским Алексием (Симанским), впоследствии избранным по Поместном соборе 1945 года патриархом Московским и всея Руси [7, C.93-97].

По данным Чрезвычайной государственной комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков на временно оккупированной территории были сожжены или полностью уничтожены, разграблены или осквернены 1670 церквей, 237 костелов, 69 часовен 59 синагог и 258 других зданий религиозных организаций [8, C.447]. Среди них бесценные памятники истории, культуры и архитектуры, относящиеся в XI-XVII вв. в Новгороде, Чернигове, Смоленске, Полоцке, Пскове. Только в Московской области были уничтожены 50 церквей. В груды развалин превращены церкви и монастыри Петергофа и Пушкина в Ленинградской области, древние монастыри в Новгородской области, Ново-Иерусалимский монастырь в Истре.

Как свидетельствуют архивные материалы по учёту ущерба, нанесённого оккупантами в период Великой Отечественной войны по Московской области, за время оккупации с 26 ноября по 16 декабря 1941 г. немецко-фашистские захватчики уничтожили музейные фонды, вывезли ценные вещи и мебель, сжигали книги, картины и т.п. Перед отступлением 10 декабря 1941 года немцы взорвали Ново-Иерусалимский собор, башни крепостной стены и сожгли здание музея и пристройки монастыря. Общий размер ущерба в рублях составляет 22677996 [9].

Действия нацистов перед отступлением из оккупированных областей – разграбление храмов, их массовое сжигание, депортация и убийства священнослужителей говорили об их враждебности православию. Свидетельств намеренного разрушения ими церквей очень много. Только в Ленинградской области нацисты уничтожили 44 храма, в Московской – около 50 и т.д. [10, C.494].

При отступлении оккупанты вывозили из молитвенных зданий тысячами предметы культовой утвари, иконы, картины, книги, изделия из драгоценных металлов и пр. (3а исключением единичных случаев, возвращение похищенного так и не состоялось). Немало культовых зданий было превращено в тюрьмы и места пыток, в конюшни и скотобойни.

С момента избрания митрополита Сергия патриархом и создания Совета по делам Русской православной церкви патриотическая деятельность церкви приобрела особо масштабный и организованный характер. Возросли сборы и отчисления в Фонд обороны страны и другие патриотические фонды, активизировались на местах епископы и местные общины. На общецерковные средства была построена танковая колонна им. Дмитрия Донского, которую весной 1944 г. от лица церкви передал Красной Армии митрополит Николай (Ярушевич). Всего на танковую колонну было собранно духовенством и верующими свыше 8 млн. рублей, большое количество золотых и серебряных вещей.

Продолжался сбор средств на авиаэскадрилью им. Александра Невского. Вопрос о расширении патриотической деятельности церкви обсуждался и на Поместном соборе 1945 года. Общая сумма денежных средств, собранная православными верующими за годы войны, составила более 800 млн. руб.

Бурное развитие церковной жизни на оккупированной территории РСФСР началось стихийно и сразу приняло массовый характер. Политика германского руководства сводилась к раздроблению Церкви, использованию её для помощи немецкой администрации, ликвидации православия после окончания войны и созданию новой религии, призванной воспитывать послушных подданных рейха. Но Русская Православная Церковь как организация оказалась более сильной, чем полагали немецкие власти.

Храмы, открывшиеся на оккупированной территории, превратились в центры русского национального самосознания, проявления патриотических чувств. Вокруг них сплотилась значительная часть населения. Всего за три года оккупации в условиях голода, разрухи, отсутствия материальных возможностей было восстановлено более 40% от дореволюционного количества церквей [10, C.496].

Существуют разные цифры отрытых на оккупированной территории православных храмов. Современные историки, как правило, говорят о 7547, ссылаясь на отчёт Совета по делам Русской Православной церкви о состоянии церкви на 1 января 1948г. Но к тому времени было уже закрыто в связи с нехваткой духовенства, изъятием у религиозных общин занятых ими общественных зданий, не менее 850 храмов в РСФСР, 600 на Украине, 300 в Белоруссии. В другом отчёте Совета по делам Русской Православной Церкви указывалось, что на 1 января 1947г. в России осталось действующими только 1300 церквей, открытых в период оккупации [11]. Таким образом, общее количество равнялось как минимум, 9400. Эта цифра примерно соответствует встречавшемуся в советской литературе упоминанию о 10 тысячах храмах [12, C.118]. Кроме того, было воссоздано почти 60 монастырей: 45 – на Украине, 6 – в Белоруссии и 6-7 – в РСФСР. Очевидно, что при соответствующих условиях подобный религиозный подсчёт произведён не по всей России.

По мере продвижения Красной Армии на запад православные общины в освобожденных районах включались в общецерковную патриотическую деятельность, помогая Родине продуктами питания, деньгами, ценностями, своим трудом. Тогда же становятся известными все новые факты патриотических поступков духовенства и верующих на оккупированных ранее территориях. О них сообщалось в поступавших в Московскую патриархию в письмах или в докладах священнослужителей, посылавшихся на освобожденную территорию для организации церковной жизни. Все это объясняет, почему по инициативе Совета к награждению орденами и медалями стали предоставляться священнослужители и активные миряне. Первое большое награждение состоялось еще осенью 1943 г., когда отмечена была деятельность ленинградского духовенства в дни блокады города. Спустя год медалями «За оборону Москвы» награждены были представители московского и тульского духовенства.

В годы войны Совет поддерживал многие ходатайства религиозных центров и верующих, связанные с «религиозным возрождением», будь то организация паломничества за рубеж, образование религиозных центров, возвращение «святых мавзолеев», открытие культовых зданий, проведение съездов и соборов, открытие монастырей или духовных учебных заведений. Совет оказывал содействие представителям религиозных организаций в их обустройстве на освобождаемых советских территориях.

Церковь свою духовную деятельность связывала и с восстановлением нормальной жизни на освобожденных территориях от немецко-фашистских оккупантов. Здесь она проявила свое служение народу, принимала участие в ликвидации колоссальных разрушений, совершенных фашистскими захватчиками, утешала всех, кто нуждался в духовной силе Церкви, мобилизовывала все православные ресурсы для достижения окончательного разгрома фашизма. В этих целях в проповедях опровергались идейные основы фашистской идеологии, ее антихристианский дух, раскрывалась антигуманистическая сущность геббельсовской пропаганды, ее измышления о непригодности христианства для цивилизации.

Московская Патриархия проявляла особую заботу об устроении церковной жизни в освобожденных от врага епархиях. Она посылала туда в этих целях с особыми полномочиями иерархов или заслуженных протоиереев. Они, как подвижники, были очагами притяжения верующих масс, искавших духовного возрождения и находивших духовную поддержку в непосредственном общении с живыми носителями духовности.

В своих проповедях и молитвах Церковь напутствовала воинов: «Пусть наших доблестных и победоносных вождей и воинов, освобождающих вашу родную землю, осеняет в их победном шествии на 3апад, на полное разрушение лукавых козней врага, на разгром фашизма эта молитва и это благословение церкви» [13, C.291]. 3а каждой церковной службой возносились моления о власти, чтобы Господь «даровал нашим правителям мудрость устроению государственных дел и прежде всего к скорейшему изгнанию врага из пределов нашей страны, чтобы и мы, советские граждане, могли возвратиться к мирному труду на общее благо».

На освобожденных территориях особое внимание уделялось разоблачению нацистской политики. С помощью митингов, собраний, средств массовой информации, литературы и искусства обнародовались материалы о провокационных действиях гитлеровцев в отношении ислама, православия, других конфессий. Таким образом, патриотическая деятельность многих конфессий, верующих укрепляла национальное самосознание народа, его дух, традиции и культуру; способствовала воспитанию патриотизма, трудолюбия, высокой нравственности, терпения, милосердия и других необходимых воюющему народу качеств, обеспечивших победу над фашистскими агрессорами. Жизнь научила понимать, что только в единстве, всем миром можно выстоять, победить агрессора и сохраниться.

Можно выделить несколько направлений патриотической деятельности руководства Московской Патриархии. Это обращения к верующим, партизанам, населению оккупированных областей; сотрудничество с Всеславянским комитетом и ЧГК; послания за рубеж с целью поддержать антигитлеровскую коалицию; призывы к солдатам вражеской армии прекратить кровопролитие; разработка сущности патриотического служения Отечеству; разоблачение фашистской идеологии; проповедническая деятельность; организация сборов денежных средств на нужды обороны.

Об эффективности работы православных архипастырей свидетельствуют многочисленные положительные отклики на их деятельность в СССР и за его пределами, патриотическая деятельность в православных епархиях, монастырях и приходах, а также сборы денежных средств в Фонд обороны, превысившие к концу войны 300 миллионов рублей. Отметим, что в действительности сумма внесённых пожертвований от верующих была намного больше, так как они производились на предприятиях, в колхозах, совхозах, в медицинских, образовательных и других учреждениях, где люди старались не афишировать свою веру.

В 1942 году от Куйбышевского кафедрального собора и верующих области поступило пожертвований на нужды обороны более чем на 1,5 млн. рублей. Собранные средства поступали в различные фонды: на оборону Родины, в Фонд Главного командования, на танковую колонну имени Дмитрия Донского, инвалидам Отечественной войны, семьям военнопленных, на подарки бойцам Красной Армии, на эвакуацию детей.

Во многих регионах страны православные епархии, монастыри и приходы брали шефство и помогали в организации госпиталей, детских домов и садов.

В Калужской области местный епископ Питирим (Свиридов) обратился в апреле 1943 года к командованию госпиталя с предложением принять над ним шефство. Командование госпиталя приняло предложение. Осуществляя это шефство, церковный совет собрал среди верующих 50000 рублей и приобрёл на них 500 подарков, которые были розданы раненым председателем церковного совета, посетившим с этой целью госпиталь. Силами церковного хора в госпитале устраивались концерты с программой русских народных песен и песен советских композиторов.

Но не только в материальном выражении проявлялась помощь верующих фронту. Архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий), будучи по своей светской специальности хирургом, имевшим степень доктора медицинских наук и звание профессора медицины, спас сотни раненых бойцов Красной Армии.

Лечение раненых преосвященный Лука совмещал с архиерейским служением – в 1943 году он был назначен управляющим Красноярской епархией, а в феврале 1944 года переведен правящим архиереем в Тамбовскую епархию. На новом месте своего служения владыка сразу же начал ремонтировать городской собор, вести службы. На попечении находилось 150 госпиталей, и в каждом – до 1000 коек. Кроме того, архиерей консультировал хирургические отделения городской больницы, проводил личный прием больных в поликлинике, выступал на научных конференциях.

Священный Синод при местоблюстителе патриаршего престола митрополите Сергии приравнял лечение владыкой Лукой раненых к доблестному архиерейскому служению и возвел его в сан архиепископа. По окончании войны высокопреосвященный Лука получил от патриарха Алексия право ношения на клобуке креста, а от Советского правительства медаль: «За доблестный труд в Великой Отечественной войне» [14, C.47-92].

Не менее героическими были и подвиги священнослужителей, призванных в Красную Армию. Среди них находились танкисты, пехотинцы, артиллеристы, награждённые боевыми орденами и медалями, отмеченные благодарностями командования.

Духовенство и верующие повсеместно участвовали во всенародном подвиге по защите Отечества. Это участие выражалось не столько в сборах денежных средств на нужды фронта (300 миллионов рублей, собранных Русской Православной Церковью, не делали погоды на общем фоне), сколько в обеспечении консолидации нашего общества в критическое для страны время.

Патриотическую деятельность Русской Православной Церкви не правильно было бы оценивать исходя из собранных ей пожертвований в Фонд обороны страны. Важно учитывать то, что духовенство и верующие давали последние копейки, а если требовалось, то и саму жизнь на алтарь Победы.

В годы войны вся Церковь, её иерархи, клирики, монашествующие и миряне проявляли удивительные образцы высоты и твёрдости духа, нравственной чистоты и стойкости, силы христианского терпения, особенно те, кто был направлен на фронт из тюрем, лагерей и ссылок.

Высокий долг и священная обязанность сегодняшнего поколения россиян – помнить о великих подвигах наших предков, всех, кто отдал свои жизни и здоровье за ближних и за Отечество своё в годы минувшей войны, и памятью этой свидетельствовать грядущим поколениям.

Цели, которые ставила перед собой Православная Церковь в мирных условиях, по значимости были не меньше, чем в годы войны. Предстояло поднять из руин села, города, храмы; молясь о павших, не оставить без внимания здравствующих, протянуть руку помощи калекам и сиротам.

Общеизвестное милосердие Церкви проявилось в сборе средств, направляемых на помощь детям и сиротам воинов. Уже через месяц после окончания войны Сталин телеграфировал на имя патриарха: Благодарю Вас за заботу о детях и семьях бойцов Красной Армии».

Когда корреспондент «Известий» попросил патриарха Алексия ответа на вопрос: «Чем занималась Церковь во время войны?» – он ответил: «Церковь прежде всего молилась». [15, C.26]

За заслуги в организации патриотической работы в годы Великой Отечественной войны и за деятельность в борьбе за мир патриарх Московский и всея Руси Алексий был награжден четырьмя орденами Трудового Красного Знамени и многочисленными медалями СССР, в том числе медалью «За оборону Ленинграда». Его слова, сказанные незадолго до окончания войны, звучат сегодня как завещание Русской Православной Церкви: «Дай Бог, чтобы и на будущее время не оскудела ревность и щедрость русских православных верующих людей и чтобы это посильное участие наше в деле стояния за Родину и борьбе за ее честь и свободу привлекли благословение Божие на великий подвиг» [16, C.55].

Руководству Московской Патриархии удалось с началом Великой Отечественной войны организовать патриотическую деятельность духовенства и верующих, мобилизовать духовные и материальные ресурсы Русской Православной Церкви на разгром врага. Иерархи Церкви призывали паству к защите Отечества на фронтах и трудовым подвигам в тылу посредством патриотических обращений.

Непреходящее значение проповедей, посланий и воззваний патриарха Сергия, митрополитов Алексия и Николая состоит прежде всего в том, что они призывали паству всецело отдавать себя общему делу, стоять до последней капли крови за веру, национальную и культурную самобытность. Архиереи выражали непоколебимую уверенность в торжестве русского оружия над фашизмом. В патриотических речах и обращениях православных архипастырей к верующим проявлялась и их собственная любовь к Отечеству.

Многие клирики Русской Православной Церкви в годы войны получили государственные награды. Судьбы сотен священников были отмечены тогда геройскими поступками. Но среди священнослужителей есть имена, которые навсегда останутся безвестными. В их забвении немалую роль сыграло время волюнтаризма и застоя. Надеемся, что совместными трудами историков, краеведов, журналистов со временем удастся восстановить имена всех служителей Церкви, мирян, всех тех, кто отдал свою жизнь на алтарь Победы. Чистый свет этого подвига не погаснет в грядущих веках.

На оккупированных территориях священнослужители зачастую выступали связующим звеном между местным населением и партизанами, многие из них призывали народ и сами вступали в ряды народных мстителей, снабжали их продуктами, медикаментами, оружием, одеждой, ходили в разведку, участвовали в боевых операциях, доставляли в партизанские отряды разведданные. Пастыри Церкви распространяли патриотические листовки, советские газеты, помогали в лечении тяжелораненых партизан и бойцов Красной Армии, создавали отряды самообороны от фашистов и националистов.

Материальная помощь, воспитание мужества, самопожертвования и веры в победу у верующих, шефство и помощь в организации госпиталей, детских домов и садов, уход за больными и ранеными, утешение людей и помощь им в преодолении страданий от потерь войны, консолидация верующих, направленная на достижение единства тыла, — вот далеко не полный перечень мероприятий, проведенных духовенством и мирянами Русской Православной Церкви за годы Великой Отечественной войны.

Таким образом, одним из важнейших факторов победы СССР в войне было сплочение и совместное действие всех конструктивных, патриотических сил, независимо от политических, национальных, конфессиональных и других различий – ради спасения единого Отечества. В этой связи серьёзный научный интерес представляет вопрос о роли и месте религии и церкви в чрезвычайных условиях войны.

Много споров в настоящее время вызывают проблемы духовной жизни, роли идеологии в связи с Великой Отечественной войной. Духовная культура включает в себя науку, искусство, систему народного образования и культурно-просветительские работы, религию, определяющие в итоге мировоззрение народов.

Необходимо отметить, что повышение роли духовной жизни, перестройка её в соответствии с требованиями военного времени, не могли иметь форму политического принуждения, как это иногда упрощённо трактуется. Это явление было более многомерным – оно утверждалось как борьба за патриотическое мироощущение, за сплочение народа перед лицом угрозы порабощения. И хотя в чрезвычайных условиях войны духовная жизнь, культура, наука и даже религия были в максимальной степени политизированы, это не изменило их сущности и значения.

Патриотизм стал самым глубоким и сильным источником Победы. Народ выстоял, сохранил государственную независимость, свою культуру. Признавая многомерность и широту поднятой в исследовании проблемы, автор сосредоточил внимание на тех сферах духовной жизни, субъектах, методах её организации, которые непосредственно служили объединению и мобилизации всех народных сил на отпор фашистским агрессорам, на реализацию восстановительного процесса в освобождённых районах в годы Великой Отечественной войны.

 

Список литературы:

  1. Тюрин Ю.П. Копьё и крест. М., Патриот, 1992.
  2. Новая и новейшая история, 1995, №2.
  3. Правда о религии в России. – М.: Московская патриархия, 1942.
  4. Великая Отечественная война 1941-1945 // Энциклопедия. – М., 1985.
  5. Куроедов В.А. Религия и церковь в Советском государстве. – М., 1982.
  6. Известия. – 1944. – 21 мая.
  7. Переписка патриарха Алексия I с Г.Г. Карповым // Источник. Документы русской истории. – Вестник Архива Президента Российской Федерации. – 1998. – № 2.
  8. Сборник сообщений Чрезвычайной государственной комиссии о злодеяниях немецко-фашистских захватчиков. – М., 1946.
  9. Центральный Государственный архив Московской области (ЦГАМО). – Ф. 4341. – Оп. 6. – Д. 429. – Лл. 1-2.
  10. Шкаровский М.В. Нацистская Германия и Православная Церковь (Нацистская политика в отношении Православной Церкви и религиозное возрождение на оккупированной территории СССР). – М.: Изд-во Крутицкого Патриаршего Подворья, 2002.
  11. Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ) – Ф.17. – Оп.125. – Д.407. – Л.5; Оп.132. – Д.7. – Л.2.
  12. Титов В.Н. Православие. – М., 1977.
  13. Патриарх Сергий и его духовное наследие. – М., 1947.
  14. Поповский М. Жизнь и житие Войно-Ясенецкогоб архиепископа и хирурга //1980.-№4
  15. Костин Б. За други своя // Журнал Московской Патриархии. – 1993. — №12.
  16. Княшевский П. Верой и правдой // Журнал Московской Патриархии. – 1990. – №5.[schema type=»book» name=»ДУХОВНЫЙ ФАКТОР НАРОДНОЙ ПОБЕДЫ» description=»В статье рассматриваются основные направления деятельности Русской Православной Церкви в годы Великой Отечественной войны. Автор анализирует конкретные причины изменения характера государственно-церковных отношений в условиях войны: патриотическую позицию Русской Православной Церкви, других религиозных организации й страны; церковную политику гитлеровского руководства на оккупированных советских территориях, направленную на использование церкви против Советского государства; стремление использовать возможности союзников по антигитлеровской коалиции для оказания материальной и военной помощи СССР.» author=»Македонская Вера Александровна» publisher=»БАСАРАНОВИЧ ЕКАТЕРИНА» pubdate=»2017-03-14″ edition=»ЕВРАЗИЙСКИЙ СОЮЗ УЧЕНЫХ_30.05.2015_05(14)» ebook=»yes» ]
Список литературы:


Записи созданы 6778

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх