Номер части:
Журнал

КОНЦЕПТУАЛЬНАЯ МЕТАФОРА STRENGTH IS MONEY В СОВРЕМЕННОМ АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ



Науки и перечень статей вошедших в журнал:


DOI:
Дата публикации статьи в журнале:
Название журнала: Евразийский Союз Ученых, Выпуск: , Том: , Страницы в выпуске: -
Автор:
, ,
Автор:
, ,
Автор:
, ,
Анотация:
Ключевые слова:                     
Данные для цитирования: . КОНЦЕПТУАЛЬНАЯ МЕТАФОРА STRENGTH IS MONEY В СОВРЕМЕННОМ АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ // Евразийский Союз Ученых. Филологические науки. ; ():-.





В современной лингвистической литературе концепт представляется как многомерное, многокомпонентное образование, обладающее сложной организацией, которая, однако, не является жесткой структурой, подобной значению слова. Разрабатывая проблематику моделирования концепта, И.А. Стернин подчеркивает, что структура того или иного концепта может быть описана лишь после того, как выявлены образующие его содержание концептуальные признаки, которые он называет также микрокомпонентами концепта.  Микрокомпоненты, в свою очередь, объединяются в макрокомпоненты, которые определяются как образный компонент, энциклопедическое поле и интерпретационное поле [5, с. 100].

Рассмотрим содержательные особенности образного компонента концепта СИЛА в современном английском языке. Согласно концепции И.А. Стернина и З.Д. Поповой,  образный компонент содержит перцептивные и когнитивные (метафорические) образы.

Перцептивный образ отражает результаты восприятия референта концепта органами чувств – зрением, слухом, обонянием, осязанием, вкусом [5]. Содержание данного элемента структуры концепта определяется при помощи экспериментальных методик. Исследователями было установлено, что «те или иные образы обнаружены и для абстрактной лексики – они тоже имеют чувственный характер, но более субъективны, резче различаются у разных испытуемых» [4, с.75]. В настоящем исследовании экспериментальные методики не использовались.

Когнитивный образ формируется посредством метафорического осмысления соответствующего предмета или явления (то есть когнитивной, или концептуальной метафорой) [5]. Когнитивный образ представлен рядом метафорических моделей, получаемых в результате анализа сочетаемостных свойств лексем-репрезентантов концепта. Именно метафоры формируют тот чувственно-наглядный образ, который «приземляет» абстрактный концепт, наполняет его конкретным образным содержанием, позволяющим закрепить его в универсальном предметном коде. Иными словами, когнитивный образ отсылает абстрактный концепт к материальному миру [4, с. 76].

Следует отметить, что исследование метафоры стало одним из важнейших направлений современной когнитивной лингвистики, которая в изучении рассматриваемого феномена полностью отказалась от традиционного (идущего еще от Аристотеля) взгляда на метафору как на «сокращенное сравнение», один из способов «украшения» речи, или от присущей структурализму ориентации на изучение «собственно языковых» закономерностей метафоризации. Современная когнитивистика рассматривает метафору как основную ментальную операцию, как способ познания, структурирования и объяснения мира [7, с.23].

Как известно, в основе большинства современных работ по теории и практике изучения концептуальной метафоры лежит классическое исследование Дж.Лакоффа и М.Джонсона «Метафоры, которыми мы живем». Под концептуальной метафорой ученые понимают схему, унифицированную когнитивную структуру, соединяющую ментальные репрезентации с чувственной и опытной основой, в формировании которой существенную роль играют предшествующий опыт человека и культурная среда, в которой он живет. Осмысление нашего опыта в терминах объектов и веществ позволяет нам вычленять некоторые части нашего опыта и трактовать их как дискретные сущности или вещества некоторого единого типа. Мы можем ссылаться на них, объединять их в категории, классифицировать их и определять их количество, тем самым мы можем рассуждать о них [2, с.406].

При анализе речевых контекстов нами был использован прием моделирования образного компонента концепта СИЛА, основанный на изучении сочетаемости  субстантива, называющего  рассматриваемый концепт, и его синонимов с конкретными предикатами. Данный прием концептуального анализа представлен в работах G. Lakoff (1993, 1995, 2004), Л.О. Чернейко (1995, 1997), М.В. Пименовой (2004, 2007, 2009), А.П. Чудинова (2001, 2003) и многих других западных и отечественных лингвистов.

Как правило, концептуальные метафоры (далее КМ) упорядочиваются исследователями в более крупные разряды в зависимости от категориального статуса концепта, выступающего в качестве сферы-источника при метафорическом отображении на сферу-мишень. Ученые выделяют антропоморфную, зооморфную, натуроморфную, фитоморфную/растительную, предметную/вещную/артефактную метафорические модели концептуализации абстрактных областей знаний. Подобную дифференциацию концептуальных метафор используют многие современные лингвисты, исследующие действие этого когнитивного механизма, например М.Н. Лапшина (1998), А.П. Чудинов (2001, 2004), М.В. Пименова (2004, 2007, 2008, 2009), Л.А. Шестак (2003) и другие.

В свете дальнейшего описания важно также уточнить, что метафоры функционируют на разных уровнях конкретности: некоторые на высшем, более общем уровне, а другие на более конкретном, причем между ними существуют иерархические отношения: метафоры более «низкого» уровня наследуют свойства метафор более «высокого» уровня. Метафоры более низкого уровня представляют контекст для метафор более высокого уровня, делая некоторые их аспекты более конкретными (например,  КАРЬЕРА – ЭТО ПУТЕШЕСТВИЕ и ЛЮБОВЬ – ЭТО ПУТЕШЕСТВИЕ  являются конкретными вариантами общей, более универсальной метафоры СОБЫТИЕ – ЭТО ПЕРЕМЕНА МЕСТОНАХОЖДЕНИЯ [6, с. 352-354]. Н.Д. Арутюнова определяет метафоры более высокого уровня как ключевые, или базисные [1, с.14]. Ключевые метафоры задают аналогии и ассоциации между разными системами понятий и порождают более частные метафоры, что и будет показано нами далее.

Разные виды концептуальной метафоры имеют различные частотные показатели  степени продуктивности. Мерой продуктивности является, во-первых, количество конвенциональных языковых выражений, кодирующих данную концептуальную метафору, а во-вторых, количество содержательных характеристик, перенесенных из области-источника на область-мишень [3, с. 496-497].

 Результаты контекстуального анализа позволили установить, что предметная метафорическая модель объективации концепта СИЛА является одной из наиболее продуктивных в современном английском языке.

В большом количестве контекстов актуализируется представление носителей языка о силе как о ресурсе, принадлежащем субъекту и имеющем для него определенную материальную ценность. Осмысление данного фрагмента действительности осуществляется  в рамках метафор STRENGTH  IS MONEY, STRENGTH IS A LIMITED RESOURCE, STRENGTH IS A VALUABLE THING.

Необходимо отметить, что указанные метафоры образуют единую систему, основанную на категориальном вложении понятий, поскольку деньги входят в понятие ограниченных ресурсов, а ограниченные ресурсы — в понятие ценных вещей [8, с.392-394]. Эти отношения характеризуют и импликации метафор: STRENGTH IS MONEY имплицирует метафору STRENGTH IS A LIMITED RESOURCE, а STRENGTH IS A LIMITED RESOURCE имплицирует метафору STRENGTH IS A VALUABLE THING.

Вслед за Дж. Лакоффом и М. Джонсоном, мы применяем практику использования наиболее специфичной (узкой) метафоры –  STRENGTH IS MONEY –  для характеристики всей системы выделенных выше метафор.

Находящаяся в фокусе нашего внимания КМ STRENGTH IS MONEY вариативна и многоаспектна и может выводиться из:

  • сочетаний с глаголами to possess, to have, to give, to get, обозначающими наличие либо определенные действия человека со своей собственностью:

(1) I grant an ugly woman is a blot on the fair face of creation; but as to the gentlemen, let them be solicitous to possess only strength and valour (J.Austen. Pride and Prejudice).

(2) The wish to have some strength and some vigour returned to me as soon as I was amongst my fellow‑beings (J.Austen. Pride and Prejudice).

(3) I humbly entreat my Redeemer to give me strength to lead henceforth a purer life than I have done hitherto! (J.Austen. Pride and Prejudice).

 (4) For our lives get their power from focusing or feeding on Jesus Christ (I. Gregory. Gods and Fighting Men).

  • сочетаний с глаголами to waste, to spend, to squander, to lose, to exhaust, to run out of, указывающих на возможность истощения ресурса вследствие определенных обстоятельств:

(5) He was still the same gentle, attached, affectionate creature that he had been when pain and suffering had wasted his strength (Ch. Dickens. Oliver Twist or the parish boy’s progress).

(6) «How some men waste their energies!» (H. MacGrath. Arms and the Woman).

(7) You squander half your force with women (D.H. Lawrence. Lady Chatterley’s Lover).

(8)  A disabled pensioner who has lost the strength in his arms has been told he will have to wait three years for an electric wheelchair (“The Harrow Times”).

(9) The effect of such grief is that his strength was exhausted  (I. Gregory. Gods and Fighting Men).

(10) Dear me, I seem to have run out of power! (T. Pratchett.  Lords and Ladies).

  • сочетаний с глаголами to need, to lack, to want, выражающими потребность человека обладать неким ресурсом или ценной вещью:

(11) Serious sailors need the arm strength to manoeuvre sails in the wind (British National Corpus).

(12) Paul Jewell’s Derby County lack fortitude, resilience and stamina – qualities Savage has in abundance (“The Sunday Times”).

  • сочетаний с глаголами to lend и to invest:

(13) Any woman can have a confident and attractive aura if she is prepared to invest some time, energy and a little money into evolving her own personal style (British National Corpus).

(14) And indignation lent me additional strength (H. MacGrath. Arms and the Woman).

Придать, «одолжить» человеку сил способны разнообразные факторы, в том числе эмоции, причем как положительные, так и отрицательные (indignation).

  • сочетаний с глаголами to find, to gather, to  recover, to regain, to draw, указывающими на возможность восстановления ресурса:

(15) How lucky I was that he had found the strength not to leave me! (British National Corpus).

(16) My bodily health improved; I gathered flesh and strength (J.Austen. Pride and Prejudice).

(17) For those who draw strength from the idea of God it doesn’t matter…(“The Times”).

(18) She kept Jamie in bed for four more days, feeding him, changing his bandages and helping him regain his strength (S.  Sheldon. Master of the Game).

(19) It allowed hunger strikers to be temporarily released to recover their strength (“The Sunday Times”).

Несмотря на то, что сила позиционируется как ресурс, способный восстанавливаться, его необходимо экономить, что подтверждается сочетаниями с глаголами to husband, to save и to conserve:

(20) They swung on at their best pace, and for the most part in silence, husbanding strength and breath (I. Gregory. Gods and Fighting Men).

(21) The charity made sure, when funds allowed, that he got the medication he needed and guided him on a diet to conserve his strength (“The Guardian”).

(22) Save your energy for the most important things (H. MacGrath. Arms and the Woman).

Приведенные выше примеры доказывают, что наличие у человека такого ресурса, который ассоциируется с сущностью, репрезентированной концептом СИЛА, оценивается носителями английского языка положительно. Напротив, его отсутствие – отрицательно, поскольку очевидно, что силы необходимы для любых действий и усилий –  физических, умственных и волевых, для всякого душевного движения.

Подчеркнем, что важным условием развития метафорической модели является детальная структурированность исходной понятийной сферы и «общеизвестность» этой структуры, принадлежность исходной сферы к ближайшему кругу интересов человека. Именно это обеспечивает сохранение высокой частотности соответствующих образов и продуктивность модели – появление все новых и новых нетривиальных метафорических смыслов, как это и происходит в рамках КМ STRENGTH IS MONEY.

Список литературы:

  1. Арутюнова, Н.Д. Метафора и дискурс // Теория метафоры. – М.: Прогресс,    – С. 5-32.
  2. Лакофф, Дж., Джонсон М. Метафоры, которыми мы живем// Теория метафоры: Сборник. – М.: Прогресс, 1990. – С.387- 415.
  3. Лакофф, Джордж. Женщины, огонь и опасные вещи: Что категории языка говорят нам о мышлении / пер. с англ. И. Б. Шатуновского. М.: Языки славянской культуры, 2004. 792 с.
  4. Попова, З.Д. Семантико-когнитивный анализ языка. – Воронеж: Изд-во «Истоки», 2007. – 226 с.
  5. Стернин, И.А. Макроструктура концепта // Труды по когнитивной лингвистике. – Кемерово: КемГУ, 2008. – С.100-106.
  6. Ченки, А. Семантика в когнитивной лингвистике // Фундаментальные направления в современной американской лингвистике. Сб. обзоров / под ред. А.А. Кибрика, И.М. Кобозевой и И.А. Секириной. – М.: Изд-во МГУ, 1997.– 455 с.
  7. Чудинов, А.П. Россия в метафорическом зеркале: когнитивное исследование политической метафоры. – Екатеринбург, 2001.– 238 с.
  8. Lakoff, G. Metaphors We Live By. – Chicago: The University of Chicago Press, 1980. – 242 p.[schema type=»book» name=»КОНЦЕПТУАЛЬНАЯ МЕТАФОРА STRENGTH IS MONEY В СОВРЕМЕННОМ АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ» author=»Шеховцева Татьяна Михайловна» publisher=»БАСАРАНОВИЧ ЕКАТЕРИНА» pubdate=»2017-04-18″ edition=»ЕВРАЗИЙСКИЙ СОЮЗ УЧЕНЫХ_ 30.04.2015_04(13)» ebook=»yes» ]
Список литературы:


Записи созданы 6776

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх