28 Фев

ВИРУЛЕНТНЫЕ АФАЗИИ ГОЛОЦЕННОГО ЭПОНОМА




Номер части:
Оглавление
Содержание
Журнал
Выходные данные


Науки и перечень статей вошедших в журнал:
Авторы:
DOI:

Цель исследования – анализ сепарационных субординаций (метафизических и голоценных манифестаций) пороговых инфильтраций в гео-портационной эмиссии.

Голометрические регуляции пангеотического параномирования декоммутируют пандеозные вирулентные афазии стохастического эпигона. Избыточная голофобность скрипционных акцепций не позволяет атрофировать постоянно накапливающуюся массу патогенных доминаций [1-3]. Включение в вирулентную коллаборацию пассио-гормональную эндометричность архитектурной среды аксоматирует аппликативные цензы, расширяя диапазон катарексивного перехода в ноотическую эпогению.

Вопросы патогенных спектрофонизаций территориальных силурийских органогенных хромостранаций, голоценирования апофатических симпазий аттрактивных дивергенций архитектурной среды, мета-гормонального аутосинтропизма и синкразийного кардиостимулирования глоботерции силлогистическими архитектоническими партикуляциями рассматривались автором в статье «Symbiotic spatial holostranation» [9]. Процессам гео-лактационных метаморфизмов, органогенных патогенезов и псигенеративных пассиоэхолокационных сублиматов посвящена статья автора «Эволюционная архитектурная эпигенетика» [6]. Этно-гормональная афазия агломерационных интрузий в виде аксонометрических средостений пассификационно-экзогемических эволюций анализируется в работе автора «Idiomatic relaying in the holotrofic globotertsia» [8]. В статье «Anabiosis semantics in passionary automesotropism» автор отмечает, что «аспектирование голофобных резонаций номинирует пассионарные эндометрии» [7]. Вопросам сингулярных энергообменов уделяется внимание в исследовании автора «Равновесие сингулярных контрактаций в пространственно-координатной эпометрии» [5].

Кульминацией энергообменных референций в глобальной пара-резолюции является меновазивная палео-деполяция. Пангеотическая репарентная инверсионность пеленгует деполяционные портало-эксгибиционы. Перенос меновазивной плезио-орты требует дополнительного изучения.

Синкразийная голофрактальная экслибрация месопатических интермедиалоций транскрибирует хромо-вирулентную симпатию парадорсальной эпогении. Симпатическая аннотация когнифицирует аппликативные реновации генотипического предиката. Симбиотическая интрузия голофрактальных прецедентов в ноотическую полифонию сопровождается экзогемными аболицинациями катасонического герметоза. Складывается портационная субординация метафизических и голоценных манифестаций. Трансгармоничная эпизотрония конвертирует голоценные редукции стохастического плезиокорта [4] . Обмену подлежат меновазивные диспергации полисомного менорихта.

Транзакционная эпихора ферментирует анорексивные конвергенции в дистоническую афазию. Появляется хронопатическая дислексия ноотического аппроксимата. Выделяются голоценные номинаты порогового инфильтрата. Резонационные селекции вызывают эсхато-доминантные флюорация – пантикапейные эраизации. Периоды эсхатологических переходов в номинальную трансценденцию бифокационно семантируются голоценными ревизиями. Конвертационная директория деноминирует предшествующую номофикацию архитектонических стилепроецитов и апробирует резонационную дислексию следующего эпонома. Стохастическая экстремальность служит резонационным регистратором эффективности нового субордината.

Эклектическая инсургентность стохастических ревалоризаций генотипизирует морфопатогенные адюльтеры. Накапливается контекстная репарентная стетофония цивилизационного меморандума. Парадорсальная экстернация гаплотипирует цивилизационные генеи. Экстремальные апофазии конвертируют экзотические реляции в пассионарную аттракцию. Переходы в ноотическую эквивалентность выполняют метрономическую аккомодацию. При этом выделяется экслибрационная порозия. Фильтрационная экспозитарность фондирует поротические интрузии в органолептической диспозиции. Формируется эксгибиционистский экстернат органолептической и цивилизационной конкистадоры. Унигамная протекция восполняет ресурсный дефицит в условиях урбанизационных эскалаций.

Паритетная имплементация аннотированных вирулентными афазиями голоценных аффектаций способствует сингуляционному амортизированию пинокардического редукта [9;10]. Репарентная тетрафлексия анимирует систематизационные патогены голофобных номинаций. Складывается патогенная эпостазная диметрикальность. Голофобная эпигенетика дифрагментирует апертурные миракли. Происходит контраверсивная пластификация неолитического партера (рис.1).

Рисунок 1. Фазы контраверсивной пластификации неолитического партера

Голо-аппликативные нервюры эпирентно замыкают аутентичные гексаорты. Фрактальная пеленгация месопатических интерференций коллапсически сингулирует адиабатические эрозивные фильтраты. Наступает портационная синхронизация меновозвратных эскортов. Взаимно уравновешенные капотенции образуют сингуляционный менорихт парадорсальной инвестиции. Центральная тинктурная энио-плагия преобразует низкоскоростные монитолептические эмитенты в высокоскоростные стохастические облитерации ноуменального эсхата. Встречная капотенция реализуется конгрессивными анабиозными интарсиями. В момент прохождения через центральную тинктурную энио-плагию интарсии приобретают голофрактальную импрессию. Складывается механизм перевода необитических эмиссий в парадорсальную эпигению.

Коннотационная валеономность интернирует соматические субординаты в метаморфические этилепсии. Конгрессируется мнемо-эпителиальная интенция. Флексопатия координатных осциллятов паранормирует геопатогенные осцилло-плеврации. Консолидируются изомерный и гено-симпликативный териоз. Пролонгация коммутационных репараций анонсируется через фибральные эпикроны. Консервативные денонсации кооперируются с питающими флебициями паранаосных эскалаций. Восходящие реверсы гальванизируют гео-реликтовые хронопатии силурийского интерната. Стабилизируется коронарная дискреция.

Эпономная синтропия гео-локальных дебиторов увеличивает пангеотический димер. Транспарентная меновазия становится афатической криогеной трансляционной гиперхолии. Страто-перцептивная эскалация монитизирует транспарентные керовазиномные парациты. Осуществляется интронационная федерализация панспермической гекомы. Афлекативная пассификация гео-репарационной конкистадоры выполняет функции репрессивной сомато-вентральной эпихолии. Форматируется криогенная диспория стратономных лепрекаций. Анабиозная тетрафлексия герметизируется необитическими апофемами. Складывается механизм инволюционного стетокардия гипер-транзакционного валеокорда. Сомнабулическая патронация осуществляет растеризацию мнемофрактального пандеоза. В результате криогенируется месопатическая культивация парацитарных реквализионов.

Реквализионная сепарация герметизирует креоценные сигнификации. Формализуется прото-ноотический инсургент. Выделяется пси-когерентная экстазия. Встраивание пси-кинетических экстракций в менокардическую систоляцию приводит к повышенной проективности. Развивается голоцентричная пинокардия – глоботерционная ритмо-пульсация [9]. Эксклюзивная интермедийность запечатлевается в многократных голоценных репликациях. Перенос сформированных голофектов на транспарентные меновазии аутирует пассификационные агглютинации. Это приводит к семантическому детерминированию холотрофного аудирования. Когнифицируются этимологические абстракты в пассионарном редуцировании. Осуществляется комплементарная идиоматическая атрибутивность [8]. Голоценная меновазивная эскалация хронопатирует вирулентные афазии панспермического монорихта. Закрепляется конфедеративная плезио-флексивная патронация ингибиторных капотенций. Сингуляционная респектация инвестирует прото-рекуляционные ресорции. Паратическая афазия гипертрофирует инверсионные систоляции в мнемо-симпатические кородации.Складывается апологетическая катафибральная эпонома.

Симпатическая катафибра резолютирует апелляционные интронаты катагрессивной порозии. Секуляционные асфиксии герметизируют симпатическую интрузию, вызывая стохастический аппликативный териоз. Развивается порозийно-ментальная эпигения сакрастического эпихрона. Стимуляция ноотического мезорихта приводит к гармоническим прецессиям (отклонениям фибральной аутосепсии) катагуморального эпикриза. Осуществляется менорихтовая синтропия. Эффективная меновозвратная импликация формализует систолические дифракции как необитические эпилогемы. Роль эпилогем – конвертация семантического эпикрифа в номенальную диспорию. Экстатическая кондуктивность меновозвратных сомаций рекурсивно дифференцирует стратономные эпозиции. При этом формируются фрактало-месопатические интрузии. Выделение пара-резервационных турбуляций закладывает ресурсный аппроксимационный стронгулятор. Функции стронгулятора – декодация интровертных пангоузов. Фибрилляционный патронат смещает интронационный переход в зону катагрессивных фильтраций. Возникает сингуляционный папирот. Сингулирование экстренных коллабораций ограничивает симпатические диверсификации. Появляется возможность адаптации хронального эпигона к спекулятивным аболицинациям. Складывается прогнатационная синтропия пангеотического мета-скрининга.

Выполнение фильтрационных ремиссий сочетается с координатной экспозицией. Репарационные экслибрисы составляют аффектационную доминацию контрактационной сепарации. Осуществляется сингуляционный менорихт параноотического конгруэнтирования. Открываются возможности пинокардического осциллирования в зоне катасонического аутирования. Параноотические импрессии кооптируют инвестиционные транспаренты в меновазивную респектацию.Вычленяются пассифицированные имплементы гормонального транскрибирования. Выравниваются межафатические анаэробные импазии. Сокращаются итерационные мено-паузы. Суггестические диффузии пленарного кроссинговера настраивают кондукционные связи. Выстраивается гормональная пассификационная альтерация ксенофобного миноритета. Пассификационная мизантропия либерализирует секреторную конвергенцию сепарационного осциллята [9]. Происходит сращивание альтерационных и коммутационных транскриптов. Это приводит к динамическим эндометриям фрактального экслибра. Замена флексивных реципиентаций на фрактало-энтропийные позволяет аксоматировать интронационные кодификации.

Выводы.

Пассификационная составляющая мизантропического парагона аксоматирует релевантные апелляты. Формируется межфрагментарнаякатарексия порогового траверса. Переходные импликанты диверсифицируют меновазивные эскалации. В результате устанавливается интерактивная голосимпликативная итерация фрактального депозита архитектонического стилепроецита. Модернизационные афиляции симпатического рекрутинга анонсируют глобо-терминационные эпигении. Встраивание эхолокационных контраверсий гормонального аудита пассификационных симплификатов обеспечивает согенерирование вентральных парадорсальных гео-портационных эмиссий.

Список литературы:

  1. Абакумов Е.В. Теория экогенеза и экология почв // Роль почв в биосфере и жизни человека: материалы международной научной конференции.- М.: Московский государственный университет им. М.В. Ломоносов, 5-7- октября 2015 г.- С.13-14.
  2. Алифанов В.М., Гугалинская Л.А., Овчинников А.Ю. Голоцен и современные почвы// Наука и мир, 14(40). Т.1, 2016. – С.83-88
  3. Гугалинская Л.А. Почвенный профиль как источник палеоэкологической информации// Роль почв в биосфере и жизни человека: материалы международной научной конференции.- М.: Московский государственный университет им. М.В. Ломоносов, 5-7- октября 2015 г. – С.291-292.
  4. Истомина С.А. Интерактивное гомеостатирование в прогнатационной диалектике глобальной эпизотронии// EastEuropeanScientificJournal, № 11(15), 2016. Part 1.– С. 71-73. [Режим доступа]https://eesa-journal.com/wp-content/uploads/2017/01/EESJ_1_журнал_-18.pdf
  5. Истомина С.А. Равновесие сингулярных контрактаций в пространственно-координатной эпометрии// EastEuropeanScientificJournal, № 14, 2016. Part 4.– С. 5-7. [Режим доступа]
  6. Истомина С.А. Эволюционная архитектурная эпигенетика// Современные концепции научных исследований: материалы XVI Международной научно-практическая конференция.Москва, 24-25 июля 2015. Евразийский Союз ученых (ЕСУ) № 7(16)/2015. Часть 6.- С.166-170. [Режим доступа]https://euroasia-science.ru/wp-content/uploads/2016/11/evro_16_p6_6-173.pdf
  7. Istomina S.A. Anabiosis semantics in passionary automesotropism// Global Science and Innovation: materials of the VI International scientific conference, Chicago, November, 18-19, 2015. – Publishing office Accent Graphics communications – Chicago – USA, 2015.- P.79-84.
  8. Istomina S.A. Idiomatic relaying in the holotrofic globotertsia// Global Science and Innovation: materials of the V International scientific conference, Chicago, June, 24-25, 2015. – Publishing office Accent Graphics communications – Chicago – USA, 2015.- P.170-175.
  9. Istomina S.A. Symbiotic spatial holostranation// Global Science and Innovation. Materials of the IV International scientific conference, Chicago, March, 12-13. 2015. — Publishing office Accent Graphics communications – Chicago — USA. 2015. – P.174-180.
  10. Istomina S.A. Singularity reparation of morphobiotic fractals in physics of the Earth// Global Science and Innovation: materials of the III International scientific conference, Chicago, October 23-24. 2014. — PublishingofficeAccentGraphicscommunications — Chicago — USA. 2014. – P. 162-169.
    ВИРУЛЕНТНЫЕ АФАЗИИ ГОЛОЦЕННОГО ЭПОНОМА
    Голоцен аккумулирует метапсихозисные конвергенции фрактального сепаратизма. В основе син-тропического механизма лежит пассиоэхолокационная конвертация пантикапейного эклектизма. Эраизация модернизационных аффектаций архитектурной среды комплементирует с вирулентными афазиями пангеотического палео-синкретизма.
    Written by: Истомина Светлана Анатольевна
    Published by: БАСАРАНОВИЧ ЕКАТЕРИНА
    Date Published: 03/17/2017
    Edition: ЕВРАЗИЙСКИЙ СОЮЗ УЧЕНЫХ_28.02.2017_2(35)
    Available in: Ebook
30 Янв

СОВРЕМЕННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ И ПЕРСПЕКТИВЫ ЭКОНОМИЧЕСКОГО И СОЦИАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ АКТЮБИНСКОЙ ОБЛАСТИ




Номер части:
Оглавление
Содержание
Журнал
Выходные данные


Науки и перечень статей вошедших в журнал:
Авторы:
DOI:

Оценка социально-экономического положения Актюбинской области характеризуется поступательным развитием реального сектора, положительной динамикой сфер здравоохранения, образования и социальной защиты населения.

Актюбинская область является второй по величине территории областью Казахстана. По административно-территориальному делению регион разделяется на 12 районов, 139 сельских (аульных) и 2 поселковых администраций. На территории области расположены 8 городов, из них: 7 малых городов и г. Актобе, а также 410 сельских населенных пунктов.

Актюбинская область является индустриально-развитым регионом Казахстана. Однако ухудшение ситуации на мировом финансовом рынке привело к негативному положению в ряде производств Актюбинской области, что отразилось на показателях за 2009 г. Доля региона в общем объеме промышленного производства республики составила 8,6%.

В целом, для экономики характерна отраслевая несбалансированность: рост доли добывающей промышленности в объемах производства и инвестиций, низкий уровень диверсификации малого бизнеса. Основным продуктом, экспортируемым Актюбинской областью, является минеральное сырье (67,2%), когда как продовольственные товары составляют 1,3%, химическая продукция и прочее составляют 2,4%, а металлы и изделия из них — 29,1%.

Транспортный потенциал региона очень высок. В области функционируют железнодорожный, автомобильный, воздушный и трубопроводный виды транспортировки. Однако качество и плотность транспортной инфраструктуры остается недостаточно развитой.

Аграрно-промышленный комплекс является одним из крупных и социально-значимых секторов экономики области. Его основу составляет сельское хозяйство, на долю которого в структуре валового регионального продукта приходится 4,0% — 4,3%.

Остаются не решенными следующие вопросы: низкий уровень оплаты труда в сельском хозяйстве, в том числе молодым кадрам; недостаточное выделение грантов по подготовке аграрных кадров (агрономы, технологи, ветеринарные специалисты и т.д.) и их трудоустройство и нерешенный ряд социальных вопросов.

В сложившейся на данный момент ситуации в Актюбинской области необходимо сделать отраслевой и конкурентный анализ социально-экономического состояния региона. Целью данного ситуационного анализа является оценка стратегической ситуации в конкретных отраслях экономики региона. Он должен ответить на следующие вопросы, что являются задачой данного ислледования:

-как хорошо работает используемая ныне стратегия?

-что является для региона сильными, слабыми сторонами, благоприятными возможностями и угрозами?

— какова конкурентноспособность области принынешней экономике?

— насколько сильны конкурентные позиции области?

— какие стратегически важные являния имеются в области?

Прежде всего следует понять, какая же социально-экономическая ситуация в области и сделать анализ динамических изменений по отраслям. На основе статистических данных нужно определить процентное соотношение и изменение показателей общего развития региона. Следовательно, необходимо проанализировать демографическое развитие и миграцию, систему здравоохранения, образования, энергоснабжения и утилизации твердых бытовых отходов, транспортную инфраструктуру области, которые показывают геоэкономическое развитие и потенциал области.

В результате анализа должны определиться сильные и слабые стороны каждой сферы, что в дальнейшем должно показать целостную картину возможностей развития региона. Для стратегической перспективы области особенно значимы сильные стороны являющиеся отличительными преимуществами, так как они являются краеугольными камнями развития и на них должно строиться достижение определенных преимуществ. В то же время положительное динамичное развитие требует вмешательства в слабые стороны, так как экономика области должна быть хорошо приспособлена к тому, что можно сделать с данной проблемой.

Важность определения благоприятных возможностей развития отраслей позволит области направить точные действия для экономического роста.

Анализ текущей ситуации (SWOT-анализ) поможет определить уровень использованности внутренного и внешнего потенциала, уровень уязвимости слабых сторон и нуждаемости корректировки, найти новые перспективные сильные стороны из данных возможностей и способы их реализации, реальные угрозы для развития и меры защиты от дальнейших последствий.

Миграция. В Актюбинской области демографическое развитие области, по сути, немного замедляется динамичностью механического движения населения. Высокая интенсивность миграции имеет особое отражение в динамике численности населения региона.

Громадный механический спад населения области связан с отъездом представителей различных этнических групп в исторические родины. Вплоть до 2004г. в области сохранялось негативное сальдо миграции, что говорит о высокой доле эмиграции населения, в частности в Россию, Украину и Беларусь. В целом, спад численности иных этносов на фоне увеличения титульного этноса имеет продолжение.

Миграционное сальдо Актюбинской области: -1576 для города, -1609 для сельской местности. Во внутренней миграции Актюбинской области лидируют г. Актобе и Мугалжарский район. Данные местности являются основными точками экономического роста региона. Таким образом, миграция, возможно, связана с наличием рабочих мест, более благоприятных условий для жизни, качеством и доступностью широкого круга услуг.

В межрегиональной миграции выявлено, что основная масса населения также убывает. Миграционное сальдо межрегионального перемещения в 2009г. составило -4093. В основном люди выбывают в г. Астана (-830), Мангистаускую область (-798) и г. Алматы (-582). В потоках выбытия основную долю составляют лица трудоспособного возраста, т.е. граждане 16 – 62 (57) лет. Так, в 2009г. 83% от всей миграционной убыли приходится на лиц трудоспособного возраста. Ситуация ухудшается, если учитывать, что более 14% миграционной потери составило население в возрасте моложе трудоспособного, т.е. от 0-15 лет.

В связи со сложившейся ситуацией в Актюбинской области можно определить 2 тенденций. Во-первых, так как основная масса выбывающих из региона граждан лица трудоспособного возраста и лица до 15 лет, в составе населения будет расти число лиц старше трудоспособного возраста и, соответственно, в Актюбинской области может усилиться тенденция «старения населения». Как говорилось ранее, население области довольно молодое, поэтому данная тенденция в краткосрочном плане не имеет отражения. В долгосрочном развитии области является более значимым фактором.

Во-вторых, в результате миграционных потерь снижается не только количественный состав трудовых ресурсов Актюбинской области, но и качественный состав. Среди выбывающих из Актюбинской области доля лиц с высшим, незаконченным высшим и средним специальным образованием составила в 2009 году 52,9%. Прибывает мигрантов с аналогичным образованием значительно меньше. Таким образом, в Актюбинской области наблюдается тенденция «утечки квалифицированных кадров».

Величина прожиточного минимума в Актюбинской области составляет 11674 тенге, что составляет 94,4% к среднереспубликанскому уровню. Доля бедного населения – 7,0%, глубина бедности 1,1%, острота бедности – 0,3%. В целом показатели Актюбинской области сравнительно ниже, чем в других областях РК.

Здравоохранение. Вопросы эпидемиологического надзора за распространением туберкулеза остаются актуальными вследствие наличия значительного резервуара трудноизлечимых форм туберкулеза с множественной лекарственной устойчивостью (МЛУ). За период с 2005 по 2009 год увеличено количество коек для лечения больных туберкулёзом с множественной лекарственной устойчивостью (МЛУ) с 30 коек до 110 коек. За этот же период для принудительного лечения больных заразными формами заболевания, уклоняющихся от лечения, открыто отделение принудительного лечения на 30 коек.

Повышение доступности и качества лекарственной помощи. На начало 2010 года в области функционируют 402 аптечных организаций, в том числе 66 – в сельской местности. Кроме этого, при 214 организациях ПМСП функционируют пункты реализации лекарственных средств. Тем самым обеспечена доступность лекарственных средств населению области.

Несмотря на это, в сельской местности сеть объектов фармацевтической деятельности ещё развита слабо, цены на медикаменты высокие. В связи с мировым финансовым кризисом есть тенденция роста стоимости лекарственных средств. В числе проблем необходимо отметить и несовершенство механизма дистрибуции, приводящего к перебоям в лекарственных поставках, особенно в межбюджетный период, отсутствие возможности формирования «переходящих запасов» медикаментов на это время. Из-за отсутствия стройной вертикали аптечных организаций вопросами лекарственного обеспечения вынуждены заниматься медицинские работники.

Дошкольное образование. В целом, в сфере дошкольного образования Актюбинской области отмечена положительная динамика, выраженная в повышении степени охвата детей дошкольным образованием, увеличением степени обеспеченности детских дошкольных учреждений сотрудниками. Вместе с тем, ключевыми проблемами региона в этой области являются дефицит детских дошкольных учреждений, перенаполнение групп и излишняя нагрузка на преподавателей и воспитателей.

Спорт. В области культивируются 65 видов спорта. В 2009 году количество спортивных сооружений составило 1422 единиц, в том числе на селе 890: 14 стадионов, 1 Дворец спорта, 11 комплексов спортивных сооружений, 4 спортивных комплекса, 7 плавательных бассейнов, 333 спортивных залов, лыжная база, 25 стрелковых тира, 784 плоскостных сооружений, 5 теннисных кортов, конькобежная дорожка, 193 приспособленных встроенных помещений для занятий физической культурой и спортом, стрельбище, 5 хоккейных корта (коробка), боулинг центр.

Вместе с тем, наряду с положительными тенденциями развития, существуют проблемы, тормозящие развитие спорта области:

  1. Низкий уровень материально-технической базы и спортивной инфраструктуры: особо остро стоит проблема развития спорта на селе, и прежде всего из-за отсутствия материально-технической базы. Ощущается недостаток не только спортивных сооружений, но и спортивного инвентаря и оборудования в организациях, учебных заведениях, по месту жительства населения и в местах массового отдыха.
  2. Дефицит квалифицированных специалистов: отрасль спорта Актюбинской области ощущает недостаток в квалифицированных кадрах, из имеющихся 302 тренеров преподавателей почти 40 процентов не имеют специальных образований по спорту
  3. Слабое развитие массового и детско-юношеского спорта на селе

из 13 сельских ДЮСШ в восьми школах слабая материально-техническая база ( устаревшее здание, отсутствие залов);

остро ощущается недостаток плавательных бассейнов, спортивных комплексов.

Развитие электроэнергетики. Электросетевое хозяйство области состоит из линий электропередач напряжением 0,4-6-10-35-110-220 кВ, протяжённость которых составляет 14893,5 км, понизительных подстанций напряжением 35-110-220 кВ -165 шт., 0,4-6-10-35 кВ -1885 шт., 35-0,4 кВ — 8 шт. Уровень материально-технической базы энергетической отрасли не отвечает современным требованиям.

Одним из нерешенных вопросов энергоснабжения являются бесхозные электрические сети, ранее эти сети находились на балансе ведомственных предприятий, которые в настоящее время не существуют. Износ этих сетей очень высок и требуют больших финансовых вложений для их реконструкции.

На сегодняшний день большинство водопроводов области эксплуатируются без капитального ремонта и реконструкции более 20-25 лет, в некоторых районах более 30 лет. Срок эксплуатации ряда водопроводов и отдельных их веток истек, соответственно увеличилось количество аварий. Высокая аварийность способствует вторичному загрязнению, длительным перебоям в подаче воды, большим утечкам в сети, достигающим в отдельных случаях 25 и более процентов, непроизводительным потерям воды, что ведет к перерасходу электроэнергии и, в конечном счете, к увеличению себестоимости 1 куб. м воды.

Потребность города Актобе в питьевой воде составляет на сегодняшний день 200 тыс. кубометров в сутки. Водоснабжение осуществляется из пяти подземных источников фактической мощностью 115 тыс. кубометров, т.е. существует дефицит 85 тыс. кубометров в сутки.

Из 372,7 км канализационных коллекторов области 75% находится в аварийном состоянии. Из-за износа канализационных сетей из года в год происходят многочисленные порывы, сопровождающиеся сбросом неочищенных сточных вод на рельеф местности и реку Илек, затопление подвальных помещений жилых домов.

Теплоснабжение. Общей проблемой для предприятий коммунального хозяйства является технологическая отсталость используемого оборудования, высокая степень изношенности основных средств, недостаточность собственных средств на проведение необходимых ремонтно-восстановительных работ, мероприятий по энергосбережению.

Утилизация твердых бытовых отходов. Ежегодно по области образуются более 650 тыс. тонн отходов, в т.ч. 400 тыс. тонн коммунальных и 250 тыс. тонн промышленных. Централизованно-регулярным сбором твердо-бытовых отходов охвачен город Актобе. Основными местами складирования и хранения твердо бытовых отходов являются полигоны г. Актобе организованные свалки мусора сельских населенных пунктов.

Согласно проведенному анализу в состав ТБО в основном входят органические (пищевые) отходы, вторичное сырье и остаток, содержащий опасные отходы, такие как автошины, масла, отходы охлаждающих жидкостей и аккумуляторы.

Менее 5% ТБО подвергается переработке, остальной мусор складируется на мусорных полигонах без сортировки, что приводит к дополнительному загрязнению окружающей среды. По данным экспертов около 40% морфологического состава ТБО представляет собой потенциальное сырье для использования в промышленности, еще около 30% подлежит компостированию. Отходы автосервиса также являются сырьем для производства ценных материалов, в том числе горюче-смазочных материалов и других видов топлива, строительных материалов и т.д. Например, 1 тонна шин содержит 700 кг. резины, 160 кг. металла и 170 кг. текстиля.

Таким образом, утилизация ТБО в полезное вторичное сырье представляется перспективным направлением в Казахстане, как с точки зрения экономической привлекательности, так и экологической безопасности.

Главной проблемой автодорожной отрасли остается прогрессирующая потеря несущей способности дорожных покрытий. Несмотря на привлекаемые инвестиции в инфраструктуру дорог, улучшение технического состояния дорог, особенно дорог местного значения, не теряет своей актуальности. Из дорог местного значения только 10% или 427 км находятся в хорошем, 34% или 1437 км в удовлетворительном состоянии. Остальные 56% или 2366 км дорог находятся в неудовлетворительном состоянии и требуют капитального ремонта.

В Актюбинской области территории характеризуются очаговым расселением, которое оставляет незаселенными большие пространства засушливых пустынь и полупустынь.

Коэффициент концентрации населения Актюбинской области составляет – 0,22. Но, учитывая территориальную специфику области, в Актюбинской области можно указать формирование точки концентрации. Концентрация населения Актюбинской области в особенности высока вокруг г. Актобе.

На территории Севера Актюбинской области проживает более 55 % населения всей Актюбиснкой области. Городское население области – 391,6 тыс. чел. Только в г. Актобе проживает более 81,2% городского населения области. На долю города приходится около 44% населения всей области.

Наиболее заселенными ареалами является территория Актюбинской городской администрации (менее 0,77% территории Актюбинской области, около 44% всего населения Актюбинской области), территория Мугалжарского района с г. Кандыагаш (более 9,3 % населения), Шалкарский район с ближайшим окружением (6,5 % населения Актюбинской области). В то же время в Хромтауском районе на площади около 4,29 % территории области проживает лишь около 5,92% ее населения, в Алгинском районе с площадью около 2,5% – 6,2% населения. Таким образом, на остальной части территории Актюбинской области (62,6%) проживает всего 27,9% населения области. Южные и частично Восточные и Западные районы заселены крайне слабо. В расположенные севернее основной зоны расселения, значительные территории также слабо заселены.

Для Актюбинской области характерны существенные различия по уровню развития территорий и городов. Из 13 административно-территориальных единиц, на 1 из них, приходится 136,06 человек на кв. км, а для остальных районов максимальная плотность – 5,83 чел., а минимальная плотность – 0,38 чел на 1 кв.км.

Потенциал Актюбинской области в территориально-пространственном устройстве велик. Актюбинская область расположена на стратегически комфортной зоне. Благодаря расположению, область связывает Западный Казахстан с другими регионами республики. Таким образом, имеет возможность для дальнейшего развития транспортной инфраструктуры региона по 6 типам геоэкономического развития территории. Богатая недрами земля Актюбинской области является главным преимуществом для промышленного роста и в индустриальном продвижении региона не только на межрегиональном, но и международном уровне.

Положительной стороной территориально-пространственной структуры Актюбинской области является наличие выраженных центров притяжения региональной миграции, которыми являются: г. Актобе и г. Хромтау и г. Кандыагаш, а также Мугалжарский, Темирский и Хромтауский районы, имеющие выгодное геоэкономическое положение вблизи полюсов роста. В целом, наряду с опорным центром г. Актобе, для экономики региона важными полюсами роста могут стать Мугалжарский, Темирский и Хромтауский районы с динамичной горнодобывающей промышленностью.

Так, коэффициент концентрации юридических лиц выражает скопление предприятий области на одном месте. Так, в Актюбинской области данный коэффициент составил 0,63. Основной точкой концентрации снова становится Актобе, где более 79% юридических лиц области зарегистрированы. Значительная часть нового производственного потенциала также концентрируется в г. Актобе.

На большей части региона население концентрируется вокруг Актобе, что приводит к тому, что периферийные зоны быстро теряют население. В результате расселение из относительно равномерного превращается в “пятнистое”, когда некогда плотно заселенные территории разделяются слабо заселенными либо вовсе не заселенными пространствами. Такое положение дает основу полагать, что в данных городах есть зачатки формирования опорного каркаса расселения. Происходит все большая поляризация между узлами опорного каркаса и остальными поселениями, которая, если ход процесса существенно не изменится, может привести к формированию на территории данных областей всего нескольких крупных поселений, которые будут концентрировать почти все его население. Концентрация населения в определенной зоне также может выражать ее привлекательность.

Одновременно с процессом концентрации населения протекает процесс формирования опорного каркаса расселения, который усиливает взаимосвязь между отдельными элементами, активизируя процесс перераспределения между различными типами населенных пунктов. Опорный каркас территории невелик. Его современная и перспективная структура в основном уже сложилась. В целом каркас сложился вдоль городов Хромтау, Кандыагаш и Актобе.

Примером усиливающегося воздействия опорного каркаса может служить формирование ареалов концентрации населения в его узловых элементах, например в г. Алга. Причем, чем выше ранг узла опорного каркаса, тем сильнее он притягивает население.

Основными линейными зонами современного и перспективного развития являются зоны влияния железнодорожных магистралей и, в большей степени, в будущие годы транспортного коридора Западная Европа — Западный Китай. Область располагает благоприятными условиями для ориентации в экономическом развитии на внешние связи. Наиболее крупными ареалами расселения и хозяйственной деятельности являются зоны интенсивного воздействия г. Актобе, зоны влияния Кандыагаша и с. Мартук. Концентрация населения в линейной зоне и узловых элементах опорного каркаса территории приводят к разрушению сети поселений в периферийных ареалах районов области. Городские поселения повсеместно являются основой расселения, «точками» развития территорий.

Север Актюбинской области традиционно является базой развития в материально-техническом отношении, так и в сфере образования, науки и подготовки кадров. В пределах зоны, благоприятной для сельскохозяйственного производства целесообразно формировать зоны специализации АПК в зависимости от наличия рынков сбыта, наличия естественных кормовых угодий и т.п. К примеру, зоны интенсивного молочного животноводства и птицеводства.

Основой устойчивого и безопасного развития жизнедеятельности на территории области рассматривается необходимость развития и совершенствования инженерно-транспортной инфраструктуры, а также система мер по охране окружающей среды и предотвращению чрезвычайных ситуаций.

Сложившиеся территориальные различия в заселенности и освоенности области, в развитости инженерно-транспортной и социальной инфраструктуры в большой мере определяют перспективы пространственного развития области.

Треугольник Актобе – Хромтау – Кандыагаш станет основой опорного каркаса Актюбинской области, а г. Шалкар рассматривается как опорный город субрегионального характера. Города Актобе, Кандыагаш, Хромтау по своему демографическому, экономическому, социально-культурному потенциалу в наибольшей степени подготовлены к выполнению функций по обслуживанию относительно обширных территорий и являются наиболее значительными узловыми элементами опорного каркаса территории — в разной степени сформировавшимися и потенциальными межрайонными центрами.

Главным направлением совершенствования территориальной организации области и, в том числе расселения, станет совершенствование опорного каркаса области:

укрепление связей между центрами территорий разного уровня с поселениями сопряженных территорий;

целенаправленное развитие центров разного уровня, прежде всего, в аспектах рыночной и информационной инфраструктуры, производственного обслуживания территорий и населения, ведущих направлений социального обслуживания (здравоохранение, образование).

Кроме упомянутой треугольной основы опорного каркаса и линейного опорной точки в г. Шалкар, с потенциалом развития транспортно-логистического центра, приведены потенциальные направления субосевого развития районов Актюбинской области.

Актобе является основной точкой роста и главным опорным городом области. Более того, согласно Стратегии территориального развития Республики Казахстан г. Актобе определен опорным городом национального уровня, центром Уральского экономического макрорегиона (Актюбинская и Западно-Казахстанская области). Вместе с этим, г. Алга и прилегающий к нему район могут способствовать дальнейшему развитию Актюбинской урбанизированной зоны.

Опорными городами областного значения являются города Кандыагаш и Хромтау. Формирование перспективных опорных территории субрегионального масштаба было осуществлено через определение потенциальных преимуществ районов области, которые позволят концентрировать в себе экономическую активность, социальное благосостояние и улучшение качества жизни населения. Основной функцией опорных населенных пунктов станет концентрация производственных, инвестиционных и человеческих ресурсов с целью обеспечения конкурентоспособной специализации Актюбинской области в системе региональных и мировых хозяйственных связей. Более того, все районные центры обладают потенциалом для формирования опорных центров районного уровня.

На основе сделанного исследования региона можно определить, что в целом неравномерность пространственно-структурного развития региона не уменьшается и положительная динамика наблюдается в сферах здравоохранения, образования и социальной защиты населения, развивается социальное партнерство с крупными корпорациями региона и партнерство государства с некоммерческим сектором. Но, несмотря на положительную динамику в вышеуказанных сферах территории региона имеются проблемы, требующие внимания.

В результате исследования сделана комплексная характеристика региона на основе применения методики SWOT-анализа, что дает целую картину сложившейся ситуации в регионе.

Сильные стороны:

  • Выгодное географическое положение области, наличие внешней границы с Российской Федерацией, значительный транспортно-логистический и транзитный потенциал по маршруту Европа — Азия.
  • Запасы нефти и газа и минерального сырья создает основу для дальнейшего развития горнодобывающей промышленности
  • Источники сырья для развития химической промышленности;
  • Значительный экономический потенциал в сфере черной и цветной металлургии и инновационный потенциал в производстве медицинских и нефтяных оборудований
  • Значительный потенциал для развития машиностроения, производства металлоизделий и строительных материалов
  • Благоприятный инвестиционный климат, высокие уровень инвестиционной активности и темпы роста инвестиций в основной капитал
  • Высокий демографический потенциал: довольно «молодое» население, преобладание населения детородного возраста, рост естественного прироста
  • Положительная динамика роста на рынке труда: демографическая нагрузка от населения моложе трудоспособного возраста, что дает положительную динамику развития, сокращение уровня безработицы, увеличение численности экономически активного населения
  • Наличие комплекса ресурсов для современного профессионального образования: инфраструктура, профессорско-преподавательский состав
  • Устойчивый потенциал развития здравоохранения: снижение заболеваемости туберкулезом и онкологическими заболеваниями

Слабые стороны:

  • Растущий энергодефицит и высокий уровень потерь в сетях, ограничивающий развитие промышленности
  • Отраслевая несбалансированность: рост доли добывающей промышленности в объемах производства и инвестиций, низкий уровень диверсификации малого бизнеса
  • Зависимость сырьевого сектора от конъюнктуры мировых цен.
  • Текущие и исторические загрязнений окружающей среды
  • Неравномерности инфраструктурного потенциала села
  • Узкая специализация региона в республиканском разделении труда, глубокая сырьевая направленность и отсутствие достаточных стимулов к развитию предпринимательства в обрабатывающей промышленности.
  • Субрегиональные диспропорции в распределении экономических ресурсов.
  • Неразвитость агропромышленного комплекса из-за низкого уровня плодородности почвы, отсутствия в большинстве районов воды для орошения, зависимости производства сельхозпродукции от природно-климатических условий и отдаленности производителей сельхозпродукции от рынков сбыта.
  • Предвзятость и слабая поддержка отрасли сельского хозяйства, в связи с предыдущим пунктом
  • Недостаточный уровень доступности жилья для граждан
  • Низкое качество дорог районных значений
  • Несоответствие квалификационно-профессиональной структуры трудовых ресурсов потребностям экономики, отсутствие координации между объемами и профилем подготовки специалистов в профессиональном образовании с перспективными потребностями экономики.
  • Конкуренция со стороны товаров зарубежного производства, в свете предстоящего вступления во Всемирную торговую организацию.
  • Недостаточный уровень развития сети объектов социальной инфраструктуры, отсутствует или затруднен доступ к объектам социальной инфраструктуры в отдаленных сельских населенных пунктах.
  • Неравномерное распределение доходов на душу населения.
  • Низкий уровень образования населения в сельской местности.
  • Низкий уровень качества социальной инфраструктуры и услуг в данной сфере
  • Отсутствие оперативной обратной связи государственных органов с населением

Возможности:

  • Благоприятное геоэкономическое положение Актюбинской области на стыке значимых территориальных зон Казахстана как мультитранспортного узла на Центральной, Южной и Северной осях роста создает возможности для роста городов спутников и формирования агломерационно-сетевого расселения в зоне урбанистической концентрации

– Кластерная модель развития экономики и активная роль субъектов малого бизнеса в кластерных структурах позволит увеличить вертикальную диверсификацию продукции в традиционных экспортных секторах

– Государственная поддержка в рамках программы форсированной индустриализации позволит увеличить долю обрабатывающей промышленности и диверсифицировать экономику региона

– Активизация деятельности СПК и регионального технопарка позволит развивать средний и малый бизнес промышленной и инновационной направленности.

  • Повышение потенциала развития экономики области при реализации намеченных инфраструктурных проектов за счет средств республиканского бюджета и фондов развития
  • Кооперирование хозяйств населения и крестьянских (фермерских) хозяйств с целью совместного продвижения продукции, особенно в отдаленных районах с отсутствием производственных мощностей.
  • Строительство новых энергогенерирующих мощностей на местном сырье, реконструкция сетей передачи электроэнергии и интеграция в единую энергетическую систему Республики Казахстан.
  • Развитие институционального партнерства государства с некоммерческим и частным секторами для эффективного освоения ресурсов общественного сектора
  • Реализация государственной программы жилищное строительство и строительство арендного жилья в средних и малых городах.
  • Увеличение объемов производства и степени переработки сельскохозяйственного сырья за счет активизации процесса кооперации сельских производителей на основе кластеров
  • Увеличение эффективности использования бюджетных средств
  • Совершенствование структуры местного государственного управления, повышение ответственности акимов всех уровней за счет внедрения системы ежегодной оценки эффективности деятельности местных исполнительных органов
  • Наличие базы для подготовки медицинских специалистов (единственной в Западном Казахстане) и производства медицинского оборудования, развитие рынка медицинских услуг по схеме «подготовка кадров – производство оборудования – оказание услуг».
  • Наличие базы для подготовки летного состава и ремонта летательных аппаратов, развитие услуг по обслуживанию летательных аппаратов с последующей организацией производства средств малой авиации для различных отраслей экономики.

Выводы

Ухудшение финансовой ситуации в мире не могло не отразиться на социальном и экономическом развитие Актюбинской области, что в частности привело к количественным изменениям показателей экономического роста и социального положения населения.

Интенсивная миграция населения в области отражается в динамике численности региона, причиной которого является отток населения в республиканские центры, города Астана и Алматы, и внутренние миграции в основные точки экономического роста региона (г.Актобе и Мугалжарский район). В связи со сложившейся ситуацией в регионе определяются такие тенденции как «старение населения» и отток трудовых ресурсов.

В сфере здравоохранения также отмечены слабые стороны высокими ценами на медикаменты и обеспеченностью населения лекартсвенными средствами.

В сфере дошкольного образования выявлена положительная динамика связанная с полным обеспечением детей образованием и кадровой достаточностью в учебных завадениях. Но следует отметить что в регионе наблюдается дефицит дошкольных учреждений и переполненность учебных групп.

Ситуация спортивной инфраструктуры в области характеризуется достаточным колличеством спортивных комплексов. Дефицит квалифицированных специалистов и низкий уровень материально-технической базы являются преградой развития спорта в области.

Проблемы в сфере электроэнергетики и теплоснабжения также связаны с высокой степенью изношенности основных средств и с необходимостью проведения ремотно-востановительных работ. В связи со сложившейся ситуацией в области наблюдается высокая аварийность водопроводов, способствующая вторичному загрязнению водопроводов и потерям воды.

С точки зрения экономической привлекательности и экологической безопасности утилизация твердых бытовых отходов является перспективным направлением в Казахстане. Но на данный момент ситуация по переработке ТБО в регионе составляет наименьшую долю из возможного.

Население области распростаранено не равномерно, таким образом образуют точки концентрации вокруг г.Актобе и в районах с выгодным геоэкономическим положением. Следовательно, нужно отметить что области характерны различия по уровню развития территорий. В результате процесса миграции населения расселение территории преобразуется в «пятнистое», когда заселенные пространства разделяются не заселенными пространствами.

Несмотря на процесс концентрации населения в области протекает процесс формирования опорного каркаса расселения, который сложился вдоль городов области и активирующий процесс перераспределения между различными типами населенных пунктов. Таким образом, ранги каркасса являются точками притяжения населения и их дальнейшее совершенствование повлияет на всю структуру территориальной организации области.

На основе сделанного анализа текущей ситуации в регионе можно сказать что основной сильной стороной области является его географическое положение и минеральные ресурсы находящиеся на территории области. Также важно отметить, что демографическое состояние и величина экономически активного населения имеет особо важную роль в стратегии развития региона.

К слабым сторонам, требующих скорейшего внимания, относятся отраслевая несбалансированность, зависимость сырьевого сектора от мировых цен, диспропорции в распределении экономических ресурсов, неразвитость транспортной инфраструктуры и несоответствие квалификационно-профессиональной структуры трудовых ресурсов.

Следует отметить что, несмотря на слабые стороны в развитии региона область имеет высокий потенциал возможностей для экономического роста при правильном использовании. Использование модели кластерного развития экономики и государственной поддержки, реализация инфраструктурных проектов и развитие малого и среднего бизнеса, жилищное строительство и строительство новых энергогенерирующих мощностей, а также увеличение обьемов переработки ТБО и сельскохозяйственного сырья приведет к экономическому росту и развитию области.

Список литературы

  1. Прогнозная схема территориально-пространственного развития страны до 2020 года (Утвержден Указом Президента Республики Казахстан от 21 июля 2011 года №118)
  2. Программа развития моногородов на 2012–2020 годы (Утверждено постановлением Правительства Республики Казахстан от 25 мая 2012 года №683)
  3. Карта индустриализации Казахстана на 2010 – 2014 годы (Утверждено постановлением Правительства Республики Казахстан от 14 апреля 2010 года №303)
  4. Дорожная карта бизнеса 2020 (Утверждена постановлением Правительства Республики Казахстан от 13 апреля 2010 года № 301)
  5. Программа по развитию строительной индустрии и производства строительных материалов в Республике Казахстан на 2010 — 2014 годы (Утверждена постановлением Правительства Республики Казахстан от 30 сентября 2010 года № 1004)
  6. Программа «Доступное жилье – 2020» (Утверждена постановлением Правительства Республики Казахстан от 21июня 2012 года № 821)
  7. Программы модернизации жилищно-коммунального хозяйства Республики Казахстан на 2011 — 2020 годы (Утверждена постановлением Правительства Республики Казахстан от 30 апреля 2011 года № 473)
  8. Программа «Ақ бұлақ» на 2011 – 2020 годы (Утверждена постановлением Правительства Республики Казахстан от 4 мая 2010 года № 570)
  9. Программа по развитию транспортной инфраструктуры в Республике Казахстан на 2010 — 2014 годы (Утверждена постановлением Правительства Республики Казахстан от 30 сентября 2010 года № 1006)
  10. Программа занятости – 2020 (Утверждена постановлением Правительства Республики Казахстан от «31» марта 2011 года № 316)
  11. Стратегический план развития Республики Казахстан до 2020 года (Утвержден Указом Президента Республики Казахстан от 1 февраля 2010 года № 922)
  12. Государственная программа развития образования Республики Казахстан на 2011-2020 годы (Утверждена Указом Президента Республики Казахстан от 7 декабря 2010 года № 1118)
  13. Государственной программы развития здравоохранения Республики Казахстан «Саламатты Қазақстан» на 2011-2015 годы (Утверждена Указом Президента Республики Казахстан от 29 ноября 2010 года № 1113)
  14. Государственная программа «Здоровый образ жизни» на 2008 — 2016 годы (Утверждена постановлением Правительства Республики Казахстан от 21 декабря 2007 года № 1260)
  15. Государственная программа «Нұрлы көш» на 2009 – 2011 годы (Утверждена постановлением Правительства Республики Казахстан от 2 декабря 2008 года № 1126)
  16. Закон Республики Казахстан «О государственном регулировании развития агропромышленного комплекса и сельских территорий»;
  17. Указ Президента Республики Казахстан от 10 июля 2003 года № 1149 «О Государственной программе развития сельских территорий Республики Казахстан на 2004-2010 годы»;
  18. Постановление Правительства Республики Казахстан от 30 июня 2005 года № 654 «О Плане мероприятий по реализации Концепции устойчивого развития агропромышленного комплекса Республики Казахстан на 2006-2010 годы»;
  19. Постановление Правительства Республики Казахстан от 06 марта 2006 года № 149 «Об утверждении Программы первоочередных мер на 2006 — 2008 годы по реализации Концепции устойчивого развития агропромышленного комплекса Республики Казахстан на 2006 — 2010 годы»;
  20. Айтаханов К. Современное состояние законодательного обеспечения государственного регулирования развития АПК и сельских территорий Казахстана: Государственная аграрная политика// Евразийское сообщество: общество, политика, культура.- 2008.- № 1.- с. 44.
  21. Ахметов Р. Совершенствование государственного регулирования развития аграрной сферы АПК. // Международный сельскохозяйственный журнал. 2002., №6. с. 20-25.
  22. Габдуалиева Р. Бюджетно-кредитная политика в АПК: Инвестиции и финансы.// Аль Пари.- 2006.- № 3/4.- с. 139.
  23. Габдуалиева Р.С. Сельское хозяйство региона как объект государственного регулирования: Сельское хозяйство.// Вестник КазНУ. Серия экономическая.- 2006. — № 6.- С. 55.
  24. Даниленко Л. Обоснование необходимости государственного регулирования аграрного сектора.//АПК: экономика, управление. — 2006.- № 3. — с. 43 — 46.
  25. Имяреков С. М. Теория и практика развития сельскохозяйственной кооперации в России: монография / Саранский кооперативный институт.- М., Акад. Проект, 2005.- 157 с.: ил.
  26. Кантарбаева Ш. Государственное регулирование сельского хозяйства за рубежом // Основы экономики.- 2007.- № 3.- с. 11.
  27. Кемел М. Государственное регулирование развития АПК и сельских территорий: Агропромышленный комплекс.// Устойчивое развитие KZ.- 2005.- № 9.- с. 37.
  28. Коробейников М. М. Совершенствование протекционистской поддержки сельского хозяйства. // Экономика сельскохозяйственных и перерабатывающих предприятий. — 2005. — №10, с.49.
  29. Коробейников М. Законодательная основа экономического механизма обеспечения устойчивого развития АПК// Международный сельскохозяйственный журнал.- 2008.- № 1. — 3.
  30. Матвеева Е., Суншев А. Основные направления устойчивого развития агропромышленного сектора//Международный сельскохозяйственный журнал.- 2006.-№ 2. — с. 44 — 46
  31. Мерзлов А., Леонова Н. Разработка программ развития сельских территорий в Германии.// АПК: экономика, управление.- 2009.- № 1.- с. 87.
  32. Назаренко В., Папцов А. Государственное регулирование сельского хозяйства в странах с развитой рыночной экономикой. — М.: Информагробиз-нес, 2002.
  33. Шарипов Ш. О тенденциях и структурных сдвигах в сельском хозяйстве мира и России// Международный сельскохозяйственный журнал.- 2006.- № 1. — с. 19.
  34. Шыныбеков Д. Финансовые основы местного хозяйства: взаимоотношения с республиканским бюджетом// Қаржы-Қаражат — 2005.- № 1.- с. 72.
  35. Аграрная политика / А.П, Зинченко, В.И. Назаренко, В.В. Шайкин и др.; Под ред.А.П, Зинченко, — М.: КолосС, 2004.- с: ил. — (Учебники и учебн. Пособия для студентов высш. учебн. заведений) 304 стр.
  36. Артамонов А. Д., Бетин О.И., Богданов И.Я., Гордеев А,В,, Мерзлов А,В, Сергеев И,И, Политика развития сельских территорий России: поселения XXI века, Тамбов Изд-во Юлиус — 2005, — 384 стр с илл.
  37. Баутин В.М., Козлов В.В., Мерзлов А.В. и др. Устойчивое развитие сельских территорий: вопросы стратегии и тактики. М.: ФГНУ Росинформагротех. -2004.-312 с.
  38. Гапоненко А.Л. Стратегия социальпо-экономического развития: страна, регион, город. Учебное пособие. — М.: Изд-во РАГС, 2001. — 224 с.
  39. Козлов В.В., Мерзлов А.В. Методические рекомендации по разработке планов и программ устойчивого развития сельских территорий. М.: ФГНУ Росинформагротех, 2005. — 148 с.
  40. Концепции устойчивого развития сельских территорий (проект РАСХН от 15сент. 2005)
  41. Кузнецова О.В. Экономическое развитие регионов: теоретические и практические аспекты государственного регулирования. — М., 2002
  42. Ларина Н.И., Кисельников А.А. Региональная политика в странах рыночной экономики: Учебное пособие / НГАЭиУ. -М.: ОАО Издательство Экономика. 1998.-172с.
  43. Лексин В.И., Швецов А.Н. Государство и регионы. Теория и практика государственного регулирования территориального развития. — М.: Эдиториал УРСС, 2003 — 368 с.
  44. Мартин Г.-П., Шуман X. Западная глобализация. Атака на процветание и демократию. — М., 2001.-289 с.
  45. Мерзлов А.В., Филиппова А.В. Развитие предпринимательства в сельской местности: институциональная поддержка и финансовое обеспечение.
  46. Сельское предпринимательство — перспективы развития. Сборник материалов Международной конференции проекта Программы развития ООН.-М.: ФГНУ Росинформагротех, 2004. — Стр. 222-229.
  47. Основополагающие припципы устойчивого пространственного развития Европейского континента. Материалы конференции. Совет Европы Ганновер, 7-8 сентября 2000 г
  48. Показатели устойчивого развития: структура и методология ООН. — Тюмень:Изд-во ИПОС СО РАН, 2000. — 359 с.
  49. Стратегия и проблемы устойчивого развития России в XXI веке / Под ред. А.Г.Грандберга, В.И. Данилова — Данильяна, М.М. Циканова, Е.С. Шонхоева. -М.: ЗАО Издательство Экономика. 2002. Стр. 286.
  50. Устойчивое развитие сельского хозяйства и сельских территорий: Зарубежный опыт и проблемы России / Отв. ред. П.Ф. Глазовский, А.В. Гордеев, Г.В. Сдасюк. М.: Т-во научных изданий КМК, 2005.
  51. Чепурных П.В., Мерзлов А.В., Антипов А.П. Устойчивое развитие сельской местности в России. Концепция и рекомендации. — Иркутск: Изд-во ИГ СОРАП, 2000. — 82 с.
  52. Чепурных Н.В., Мерзлов А.В. Новоселов А.Л. Региональная экономика:сельская местность. — М., Наука, 2006.
  53. Черников Г.Н. Экономика Франции: Традиции и новейшие тенденции. — М.: Российская нолитическая энциклонедия, 2002. — 416 с.
  54. Регионы в Европейском Сообществе с точки зрения субсидиарности. Европейский парламент. Генеральный директорат научных исследований и разработок. Рабочие документы.
  55. Романенко Г. «Передовые научные разработки – агропромышленному производству»//АПК -экономика и управление.-2007. — №3. -С. 3-6.
  56. Исходные данные Комитета по сельским территориям Министерства сельского хозяйства по сельским неселенным пунктам.
  57. Официальный сайт Улытауского района Карагандинской области.
  58. Архипов Ю.Р. Моделирование территориальных систем расселения. — Казань: Изд-во Казанского ун-та, 1988. 121 с.
  59. Имяреков С. М. Теория и практика развития сельскохозяйственной кооперации в России: монография / Саранский кооперативный институт.- М., Акад. Проект, 2005.- 157 с.: ил.
  60. Кантарбаева Ш. Государственное регулирование сельского хозяйства за рубежом // Основы экономики.- 2007.- № 3.- с. 11
    СОВРЕМЕННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ И ПЕРСПЕКТИВЫ ЭКОНОМИЧЕСКОГО И СОЦИАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ АКТЮБИНСКОЙ ОБЛАСТИ
    Статья посвящена проблеме экономического и социального развития Актюбинской области, в которой раскрываются проблемы касающиеся разных отраслей экономики региона. На основе анализа текущей ситуации сделана оценка ситуации по разным отраслям. Выявлено, что процесс миграции, система здравоохранения, образования и спорта, тепло- и энергоснабжение, система утилизации бытовых отходов и территориально-пространственная структура области имеет свои слабые стороны. В результате анализе автор впервые доказывает, что экономическое и социальное развитие региона зависит от зависимости цен на сырье. Показано, что отток население с сельских местностей к городским и индустриальным центрам растет в связи с геоэкономическим развитием данных местностей. Особое внимание обращается на нехватку профессионально-квалифицированных трудовых ресурсов и на старение населения в сельских местностях.
    Written by: Ауезова Зауре Танатаровна, Оспан Гаухар Тәшимкызы
    Published by: БАСАРАНОВИЧ ЕКАТЕРИНА
    Date Published: 02/14/2017
    Edition: ЕВРАЗИЙСКИЙ СОЮЗ УЧЕНЫХ_30.01.2017_1(34)
    Available in: Ebook
30 Янв

ОСОБЕННОСТИ РЕКУЛЬТИВАЦИИ ТЕХНОГЕННО РАЗРУШЕННЫХ ЗЕМЕЛЬ ПРИ ОТКРЫТОЙ ДОБЫЧЕ УГЛЯ В ЗАСУШЛИВЫХ УСЛОВИЯХ ЮГА СРЕДНЕЙ СИБИРИ




Номер части:
Оглавление
Содержание
Журнал
Выходные данные


Науки и перечень статей вошедших в журнал:
Авторы:
DOI:

Республика Хакасия – один из старейших горнорудных районов на юге Средней Сибири. Проведение работ по рекультивации нарушенных земель в степных засушливых районах Хакасии имеет свои особенности. Климат района резко континентальный, с сухим жарким летом и холодной малоснежной зимой. Среднегодовое количество осадков 245-295 мм, из них в летний период 221-258 мм. Почвенный покров, в большей степени, представлен обыкновенными и южными слабогумусированными средне- и легкосуглинистыми черноземами, имеющими низкое почвенное плодородие.

В этих условиях традиционные технологии рекультивации малоэффективны. В частности это относится к технологии, предусматривающей предварительное снятие, складирование и хранение плодородного слоя почвы (ПСП) в буртах, до времени проведения рекультивации в сельскохозяйственном направлении на отработанных территориях. Региональные агроклиматические и геологические условия Хакасии при использовании таких высокозатратных технологий не дают возможности создать условия для устойчивого развития растительного покрова. В районах разработки угольных месторождений Хакасии запасов ПСП чрезвычайно мало и при нанесении его на поверхность отвалов происходит иссушение рекультивированной поверхности, что приводит к деградации и дефляции нанесенного корнеобитаемого горизонта. Для разработки экологически обоснованных и экономически эффективных технологий рекультивации отвалов, сотрудниками НИИ аграрных проблем Хакасии проведены научные и экспериментальные исследования на угольных разрезах ООО «СУЭК-Хакасия», результаты которых защищены патентами РФ [3, 4, 5]. В отличие от традиционных методов, техническую рекультивацию ведут в процессе отсыпки отвалов частично выположенной или гребневой формой. Сущность данной технологии заключается в накоплении запаса влаги в понижениях искусственно созданных форм микрорельефа на поверхности отвалов. На этапе биологической рекультивации осуществляется подбор особо устойчивого ассортимента семян многолетних трав и саженцев древесных и кустарниковых пород, адаптированных для региона, с целью создания очагов разрастания в этих понижениях с использованием биопрепаратов.

Научные исследования, проводимые в 2014-2016 гг. на отвалах разреза «Черногорский» ООО «СУЭК-Хакасия», наглядно показывают, что предложенные технологии являются наиболее оптимальными.

Объектами исследований были выбраны:

  • участок № 1 – отвал с насыпным слоем ППС (потенциально-плодородный слой почвы толщиной 40 см) и ПСП (20 см), выположенным по ГОСТ 17.4.3.02-85 рельефом, на котором в 2008 г. проведена биологическая рекультивация сплошным посевом и посадкой растений;
  • участок № 2 – отвал валовой отсыпки гребнями в разной степени расчлененными, сложенными смесью ПСП, ППС и вмещающих, преимущественно, углистых аргиллитов, где также в 2008 г. выполнена биологическая рекультивация очаговым способом.

Изучалось почвенно-экологическое состояние данных техногенных ландшафтов, главной характеристикой которого является биологическая продуктивность, т.е. способность обеспечивать фитопродукционный процесс [1]. Биологическая продуктивность отражает биологический потенциал экосистем и характеризуется запасом фитомассы. Чем больше зеленой фитомассы, тем больше органического вещества продуцируется фитоценозом в единицу времени [6].

Надземная масса растений учитывалась методом укосов на площадках 1 м2 в 10 кратной повторности. Сравнительные данные по этому показателю представлены на рис. 1. По всем анализируемым годам средний показатель запаса зелёной массы (воздушно-сухой) по значению на участке № 2 больше, чем на первом. Более низкая биологическая продуктивность травянистой растительной группировки на участке № 1, скорее всего, обусловлена дефицитом влаги в корнеобитаемом слое из-за его уплотнения.

По визуальным наблюдениям в 2016 г. на обеих площадях сформировался довольно густой травяной покров. Вострецово-вейниково-солянковая с вязом мелколистным сложная растительная группировка, представленная на участке № 1, имеет проективное покрытие 98 %. Господствуют колосняк ветвистый (Leymus ramosus (C.Richt.) Tzvelev) и вейник наземный (Calamagrostis epigejos). Список видов – 17 наименований, в том числе степных — 5 (29,4 %). Это при том, что при проведении биологической рекультивации были высеяны семена 24 видов травянистых растений.

Рисунок 1. Изменение запаса надземной массы травостоя на исследуемых участках в 2014-2016 гг.

На гребневом рельефе преимущество имеют полынь однолетняя (Artemisia annua L.) и полынь Сиверса (Artemisia sieversiana Willd.). Видовой состав на участке № 2 представлен 15 видами, из них только 4 адвентивных видов, остальные появились естественным путем. Распределяется травянистая растительность по профилю гребней следующим образом: впадина – 100 %, северный склон – 100 %, южный склон – 53 %, вершина – 12 %. Из древесных видов доминирует вяз мелколистный, сомкнутость кустарникого яруса составляет 30-35%.

Особенно важно обратить внимание на способность почвы техногенного ландшафта накапливать биогенное органическое вещество [2]. На выположенном и гребневом рельефе образовался активный потенциально-плодородный слой 0-20 см, характеризующийся высоким содержанием органического углерода (16,9% и 11,8 % соответственно). Мелкозем минеральных субстратов обладает вполне благоприятными физико-химическими свойствами, его процентное содержание (частиц < 0,01 мм) составляет 35,4 — 43,1% на первом участке и 33,84 — 55,34% на втором. Более интенсивное накопление мелкозема происходит во впадинах технологических гребней.

Таким образом, создание условий для быстрого восстановления почвенно-экологических функций на рекультивированных землях определяется не столько мощностью насыпного слоя и содержанием в нем органического углерода, сколько степенью его уплотнения, содержанием физической глины и формой поверхности отвалов.

Проведенные исследования и практические работы по рекультивации земель на угольных отвалах показали возможность использования и эффективность применения предложенных технологий рекультивации. Основными преимуществами данных технологий являются – начало проведения рекультивационных работ в процессе отработки угольных месторождений, значительное сокращение затрат на рекультивационные мероприятия и рациональное использование ресурсов рекультивации.

Список литературы:

  1. Гаджиев И.М., Курачев В.М., Андроханов В.А. Стратегия и перспективы решения проблем рекультивации нарушенных земель. — Новосибирск: ЦЭРИС, 2001. – 37 с.
  2. Курачев В.М., Батурина В.Б. Темпы разложения растительных остатков в почвах техногенных ландшафтов. Новосибирск: Сибирский экологический журнал, №5, 2005. –С.789-793.
  3. Патент RU № 2343286, 10.11.2009.
  4. Патент RU № 2388912, 10.05.2010.
  5. Патент RU № 2498069, 10.11.2013.
  6. Семенов В.М. Роль растительной биомассы в формировании активного пула органического вещества почвы / В.М. Семенов, Л.А. Иванникова, Т.В. Кузнецова, Н.А. Семенова // Почвоведение. — 2004.-№11. — С. 1350-1359.
    ОСОБЕННОСТИ РЕКУЛЬТИВАЦИИ ТЕХНОГЕННО РАЗРУШЕННЫХ ЗЕМЕЛЬ ПРИ ОТКРЫТОЙ ДОБЫЧЕ УГЛЯ В ЗАСУШЛИВЫХ УСЛОВИЯХ ЮГА СРЕДНЕЙ СИБИРИ
    Предложены усовершенствованные технологии рекультивации земель, которые в кратчайшие сроки позволяют создать условия для восстановления почвенно-экологического состояния нарушенных земель с минимальными затратами на рекультивационные мероприятия.
    Written by: Лавриненко Алексей Тимофеевич, Остапова Наталья Анатольевна, Евсеева Ирина Николаевна
    Published by: БАСАРАНОВИЧ ЕКАТЕРИНА
    Date Published: 02/14/2017
    Edition: ЕВРАЗИЙСКИЙ СОЮЗ УЧЕНЫХ_30.01.2017_1(34)
    Available in: Ebook
22 Сен

ИЗУЧЕНИЕ МАГНИТНЫХ СВОЙСТВ ПОРОД УРАЛЬСКОЙ СГ-4 ПО ДАННЫМ СКВАЖИННОЙ МАГНИТОМЕТРИИ




Номер части:
Оглавление
Содержание
Журнал
Выходные данные


Науки и перечень статей вошедших в журнал:
Авторы:
DOI:

ВВЕДЕНИЕ

Скважинная магнитометрия, включающая измерение магнитной восприимчивости и магнитного поля, применяется в сверхглубоких скважинах с 1973 года. Создание новых способов и методик интерпретации магнитных полей позволило эффективно решить сложные геологические задачи и перейти от качественного  истолкования измеренных магнитных параметров к их количественному анализу. Разработка магнитометров-инклинометров, способных с высокой точностью проводить одновременно и непрерывно измерение магнитного поля, магнитной восприимчивости, магнитного азимута и зенитного угла скважины позволила повысить возможности метода при исследовании слабомагнитных разрезов глубоких и сверхглубоких скважин.

Бурение Уральской сверхглубокой скважины (СГ-4) продолжает начатые глубинные исследования недр России методом научного глубокого и сверхглубокого бурения. Таким образом, цель бурения Уральской сверхглубокой скважины – изучение глубинного строения и особенностей формирования земной коры и рудоносных комплексов Тагильского прогиба Уральского складчатого пояса. Сверхглубокое  и глубокое бурение призвано осветить глубинное строение разнотипных и разновозрастных геотектонических структур континентальной земной коры и обеспечить решение конкретных для каждой из сверхглубоких скважин задач, которые в обобщенном виде можно сформулировать следующим образом [12, с.3-7].

В отличие от других подобных скважин, пробуренных в пределах древних кратонов, молодых плит и глубокопогруженных осадочных бассейнов, бурение СГ-4 направлено на изучение глубинного строения Уральского складчатого пояса, являющегося, мировым эталоном палеозойских складчатых областей и одновременно выдающейся рудной провинцией с широким спектром металлогенической специализации.

Уральская сверхглубокая скважина СГ-4 была заложена на Среднем Урале в 170 км к северу от г. Екатеринбурга, в 5 км к западу от г.Верхняя Тура, в западном борту Тагильского прогиба.

Вскрытый разрез скважины представлен силурийскими вулканогенными и вулкано-осадочными образованиями именновской свиты. По литолого-петрографическим признакам и фациальным особенностям выделено четыре толщи: эффузивная (0–430 м), вулкано-кластическая (430–2640 м), переходная вулкано-осадочная (2640–3487 м), флишоидная (3487–4064 м). Выделено пять мегаритмов, геологические границы которых близки к границам толщ: 3487, 2640, 1919, 430 м, и которые характеризуются резким изменением литологии пород. До глубины 5072 м вскрыт пологонаслоенный вулканогенный разрез риолит-андезит-базальтовой формации островодужного типа, залегающий на базальтовых вулканитах офиолитового основания (5072–5350 м) [4, с.25-36; 5,с.89-101].

Рудная минерализация в разрезе СГ-4 представлена пиритом, пирротином, марказитом, пентландитом, магнетитом, титаномагнетитом, ильменитом, гематитом, медью и т.д. [10, с.100-112]. Сульфидная минерализация наиболее сильно проявлена в нижней вулкано-осадочной части разреза в интервале глубин 2640–4064 м. Зоны сульфидной вкрапленности и кварцевых прожилков, в основном, приурочены к экзо- и эндоконтактам даек микродиоритов [4,с.25;10,с.100; 11, с.16].

Использование методики, разработанной в Институте геофизики УрО РАН, позволило расширить круг решаемых геологических и технологических задач на Уральской сверхглубокой скважине [7; 8,с.25; 1- 2;15]. Предложенный комплекс признаков корреляции по магнитным параметрам позволяет с достаточной степенью достоверности провести идентификацию и корреляцию магнитных пород по стволам сверхглубоких скважин [6-8].

МЕТОДИКА

Для проведения магнитометрических исследований в Институте геофизики УрО РАН разработаны магнитометры-инклинометры. Приборы позволяют производить непрерывные измерения магнитной восприимчивости горных пород (c), вертикальной составляющей (Za) и модуля горизонтальной составляющей (Нa) геомагнитного поля, магнитного азимута (Am) и зенитного угла (j) скважины. Разработанное программное обеспечение позволяет реализовать процесс измерений с автоматическим вводом коррекции и выдачу результатов измерений на дисплей. Прибор магнитометр-инклинометр МИ-6404 обладает термобаростойкостью (250 оС, 220 МПа), весь комплекс измерений проводит за две спуско-подъемные операции с использованием трехжильного каротажного кабеля [1,2].

Методика интерпретации результатов скважинной магнитометрии при исследовании сверхглубоких скважин была рассмотрена в работе Г.В. Иголкиной [7].

В комплексе с результатами скважинной магнитометрии используются результаты кавернометрии, инклинометрии, метода электронных потенциалов и другие методы ГИС, а также геологические разрезы по скважине, результаты палеомагнитных и петромагнитных исследований керна, другая петрофизическая информация, предоставляемые геологическими службами на скважинах и другими исследователями.

Методика интерпретации в Уральской сверхглубокой СГ-4 состоит в следующей последовательности действий:

  1. Проводится литологическое расчленение разреза скважины по магнитным свойствам, оценка мощности магнитных пород.
  2. Расчет и анализ намагниченности горных пород в естественном залегании по результатам скважинной магнитометрии позволяет: оценить особенности и изменение магнитных свойств; выделить и изучить генетические типы магнитной минерализации как по вариационным кривым магнитных параметров, так и по результатам интерпретации корреляционных зависимостей между магнитной восприимчивостью и магнитным полем. Позволяет провести сравнение оценки типов магнитной минерализации с петромагнитными, палеомагнитными исследованиями керна сверхглубокой скважины и с данными по петрографическому и петрохимическому описанию пород необходимо для дополнения и подтверждения интерпретации.
  3. Интерпретация полного вектора геомагнитного поля Та и вектора На как в плоскости разреза скважины, так и в любой плоскости геологического разреза позволяет определить пространственное положение магнитных масс, оценить азимут и угол падения.
  4. Комплекс признаков корреляции по магнитным характеристикам (КПКМ) включает определение магнитных свойств пород: магнитной восприимчивости, величины и знака магнитного поля; величины и знака намагниченности пород, а также определение элементов залегания магнитных тел и распределения векторов магнитного поля.
  5. Построение геолого-геофизического разреза скважины и объемной геологической модели по нескольким стволам или нескольким скважинам, которые являются графическим выражением геологической интерпретации данных скважинной магнитометрии, которая проводится на основе разработанного КПКМ и геологических данных.
  6. Интерпретация векторной картины и магнитных характеристик с целью определения местоположения металлических предметов в стволе и околоскважинном пространстве, отбраковки ложных аномалий и оценки зон раздробленности и трещиноватости пород.

РЕЗУЛЬТАТЫ  ИССЛЕДОВАНИЙ И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ

Скважинная магнитометрия в Уральской сверхглубокой скважине проводилась с измерением вертикальной (Za) и горизонтальных (На) составляющих магнитного поля и магнитной восприимчивости пород (c) по основному и опережающему стволам. До глубины 3920 м в скважине СГ-4 выполнены измерения магнитной восприимчивости c и вертикальной составляющей геомагнитного поля Za, с глубины 3920 и до 5000 м, выполнен полный комплекс исследований (рис. 1).

Анализ магнитных свойств горных пород показал, что наибольшей намагниченностью обладают субвулканические кварцевые микродиориты, диабазы, мелкозернистые диориты, диоритовые порфириты, плагиоклазовые базальты [9, с.48-57; 15]. Микродиориты характеризуются значениями магнитной восприимчивости c до 6000×10–5 ед. СИ и вертикальной составляющей магнитного поля Za до –2000 нТл, естественной остаточной намагниченностью Jnz до 2 А/м.

Рисунок 1. Результаты измерений и интерпретации данных скважинной магнитометрии  по Уральской СГ-4 в интервале 3942-5000 м.

1- базальты; 2- туфопесчаники; 3- алевролиты; 4- туффиты; 5- микродиориты; 6- лавобрекчии;c-магнитная восприимчивость; Z  и H— вертикальная и горизонтальная составляющие магнитного поля;  Аз и j -магнитный азимут и зенитный угол скважины; Jz ,Jiz  и  Jnz – вертикальные составляющие полной, индуктивной и остаточной намагниченности соответственно; Jh, Jih  и Jnh – горизонтальные составляющие тех же  параметров.

На   — вектор аномальной горизонтальной составляющей магнитного поля  в плане,    Тах – вектор аномального  поля  в плоскости наклона  скважины, Тау – вектор аномального магнитного  поля  в плоскости, перпендикулярной плоскости наклона  скважины.

Последняя имеет обратную полярность. Диоритовые порфириты по сравнению с микродиоритами менее магнитны. Магнитная восприимчивость базальтов не превышает 4000×10–6 ед. СИ, значения Za до –2000 нТл.

Интрузивные породы представлены ультрабазитами и габброидами до кислых пород натриевого и калиево-натриевого рядов. Среди пород ультраосновного состава выделяются дунит-гарцбургитовая и дунит-пироксенитовая формации. Ультрабазиты дунит-пироксенитовой формации образуют некрупные массивы и мелкие тела [11,с.16].

Скважиной встречены лавы андезибазальтов пироксен-плагиоклазовых, мелкопорфировой полифировой структуры, массивной, брекчиевидной, реже миндалекаменной текстуры. Породы характеризуются сильной изрезанностью кривой магнитной восприимчивости c и кривой аномальной вертикальной составляющей магнитного поля Za. Величина магнитной восприимчивости c меняется от 200 до 1000×10–5 ед. СИ, а величина Za меняется от –400 до –800 нТл. Дайка пироксен-плагиоклазовых базальтов, вскрытая на глубине 692–694 м, также характеризуется высокими значениями c до 1000×10–5 ед. СИ и Za до –1500 нТл.

Отмечается различие магнитных свойств диоритов и базальтов, а также пород с различной полярностью намагниченности. В интервале глубин 824–895 м скважина подсекла интрузию кварцевых микродиоритов мощностью 71 м. Текстура породы массивная, вверху и внизу интервала – зона закалки [4, с.25-36]. Порода характеризуется высокими значениями магнитной восприимчивости c до 5500×10–5 ед. СИ, при среднем значении 1000×10–5 ед. СИ. Аномалия Z меняется от –800 до +850 нТл. Кривые c и Za сильно изрезаны, такая дифференцированность магнитных свойств пород может быть объяснена неоднородным распределением магнитных минералов в связи с разными физико-геологическими условиями формирования интрузий и даек: изменение состава диоритов, режим тектонической обстановки, существующей в момент становления интрузива и т.д. По опережающему стволу эта толща микродиоритов встречена на глубинах 771–877 м, мощность ее составляет 106 м, т.е. значительно выше (на 54 м) и мощнее (на 35.6 м). Магнитная восприимчивость c достигает величины 2000×10–5 ед. СИ. Естественная остаточная намагниченность отрицательная и достигает 2 А/м.

В интервале глубин от 1487 до 1494 м скважина подсекла крупнопорфировые меланобазальты (двупироксен-плагиоклазовые базальты) темно-серовато-зеленые, массивные, магнитная восприимчивость которых достигает 2000×10–5 ед. СИ, а аномалия Za знакопеременная и равна ±200 нТл. Намагниченность базальтов знакопеременна и не превышает 1 А/м. Далее, через тонкий немагнитный пропласток (1494–1500 м), а по опережающему (старому) стволу на глубине 1481–1482 м, скважина встретила массивные микродиориты, равнозернистые, местами слабо порфировые, в краевых зонах катаклазированные, которые по сравнению с базальтами более магнитны. Магнитная восприимчивость c около 3000×10–5 ед. СИ, аномалия Za до ‑1500 нТл. Кривые c и Za дифференцированы. Характер кривых c и Zа, величина их аномалий повторяется по обоим стволам (рис. 2). Полная намагниченность Jz прямая для обеих разновидностей породы, причем у микродиоритов она в 1.5-2 раза выше, чем у андезито-базальтов и составляет примерно 0.7–1.3 А/м (по основному стволу немного выше). Jn обратная по опережающему стволу и прямая и обратная по основному (в основном для мощной толщи кварцевых микродиоритов). Сохранность её значительно ниже, чем для диоритовых порфиритов [6, с.244-250]. Возможно, что значительные вариации магнитных параметров кварцевых микродиоритов, а также относительно низкое значение c (по сравнению с диабазовыми порфиритами), обусловлены окислением и разложением магнетита и титаномагнетита в результате процессов диагенеза и метаморфизма [4, с.25] и, вероятно, связано с процессами дифференциации интрузии в момент её становления. Магнитными минералами являются магнетит и титаномагнетит [14, с120-125].

Палеомагнитные и магнитные исследования керна Уральской СГ-4 подтвердили сложную картину намагниченности пород разреза скважины. Эффузивно-вулканогенная толща [10,с.100; 4,с.25] отличается повышенными значениями магнитной восприимчивости c и остаточной намагниченности Jn по сравнению с флишоидной. Магнитная восприимчивость c первой толщи

изменяется в широком диапазоне от 40 до 2670×10–5 ед. СИ, а для флишоидной толщи диапазон изменения c от 10 до 40×10–5 ед. СИ. Для пород эффузивно- вулканогенной толщи Jn меняется от 1.0 до 0.6 А/м, для флишоидной – от 0.26 до 0.02 А/м. По фактору Q заметных отличий не проявляется, и они представлены значениями от 0.02 до 1.1. Лабораторные исследования керна показали,

Рисунок 2. Результаты расчета магнитных характеристик базальтов и кварцевых микродоле-ритов и корреляция магнитных пород по основному и опережающему стволам Уральской сверхглубокой скважины СГ-4.

1 – базальты; 2 – кварцевые микродиориты; 3 – агломератовые туффиты.
что магнитные свойства пород обусловлены присутствием гематита и магнетита, и, возможно, пирротина [13, с.88-99; 14,с.120-125].

Подсеченные скважиной СГ-4 агломератовые туфы и туффиты по всему разрезу характеризуются значениями магнитной восприимчивости c от 480 до 1000∙10–5 ед. СИ и величиной Za до –800 нТл. В зонах повышенной трещиноватости уменьшаются значения и магнитной восприимчивости c (до  360∙10–5 ед. СИ), и Za (от –300 до +100 нТл). Крупнопсефитовые туфы имеют магнитную восприимчивость c от 240 до 1000∙10–5 ед. СИ и Za до –1000 нТл. Мелкопсефит-псаммитовые туфы и туффиты имеют невысокую магнитную восприимчивость c (до 125∙10–5 ед. СИ) и значения Za до ‑300 нТл. Зоны трещиноватости и дробления, подсеченные скважиной на разных глубинах с разной степенью трещиноватости пород, хорошо выделяются по магнитным свойствам, дифференцированность которых связана с разными физико-геологическими условиями формирования интрузий и даек, с режимом тектонической обстановки и т.д.

Мощная толща туфов, андезибазальтовых, агломератных, крупно- и мелкопсефитовых с прослоями псаммитовых туфов и псефитовых агломератовых туффитов (в обломках преобладают базальты и андезито-базальты, преобладающий размер обломков 5–7 мм, в глыбах до 60 см) встречена скважиной в интервале глубин 1240–1440 м (рис. 3). Кривая магнитной восприимчивости c очень сильно изрезана, особенно в интервале 1224–1319 м, где c от 0 до 300 до 1000×10–5 ед. СИ, а Za около ±400 нТл. Возможно, что на глубине 1240 м проходит граница двух пачек пород, различных по своим структурно-текстурным особенностям. Крупнопсефитовые туфы в зонах трещиноватости обладают более низкими магнитными свойствами (c не более 360∙10–5 ед. СИ, Za до ‑200 нТл), чем аналогичные породы с ненарушенной текстурой, у которых величина c около 1800∙10–5ед. СИ, а Za до –1000 нТл. Величина магнитной восприимчивости c и величина аномалии магнитного поля Za крупнопсефитовых туфов больше, чем агломератовых. Отмеченная особенность, вероятно, обусловлена неравномерностью распределения тяжелых магнитных минералов (магнетит, гематит) [13, с.88-99; 14,с.120-125].

Изменение магнитной восприимчивости c по глубине для разных туфов и туффитов представлено на рис. 4. Результаты измерения магнитной восприимчивости c по керну (черный квадрат на рис. 4) и данные c по скважинной магнитометрии практически совпадают, погрешность не более 5%. Поэтому, изучение магнитных свойств туфов и туффитов позволило выявить взаимосвязь магнитных параметров с их структурно-текстурными особенностями.

Проведена корреляция магнитных пластов по всему основному и опережающему стволам Уральской сверхглубокой скважины СГ-4 в интервале 380–4005 м (рис. 5). Дайки и силлы интрузивных пород в основном стволе отмечаются ниже, чем в опережающем, а ритмично-слоистые толщи грубо-обломочных вулканогенно-осадочных пород – выше по разрезу. Некоторые магнитные пласты не коррелируются или выклиниваются в межскважинном пространстве. Но, в основном, породы хорошо прослеживаются по обоим стволам.

Рисунок 3. Результаты скважинной магнитометрии по Уральской СГ-4 в интервале глубин 1240–1440 м.

1 – туфы; 2 – туффиты; 3 – диориты; 4 – зоны трещиноватости.

      Для корреляции толщи, сложенной ритмично агломератовыми, агломерато-псефитовыми и псефитовыми туфами (до туффитов) андезито-базальтов, основными магнитными параметрами являются величина и характер кривой магнитной восприимчивости c, знак и величина намагниченности Jz, величина и характер изрезанности аномалии магнитного поля Za. Кривые c, Za, Jz, Jnz сильно дифференцированы, что обусловлено разным содержанием ферримагнетиков. Такая сложная картина распределения типична для пирокластических пород, каковой является вулканогенно-осадочная толща, подсеченная скважиной СГ-4.

Рисунок 4. Изменение магнитной восприимчивости туфов (а) и туффитов (б) разных структур с глубиной по Уральской СГ-4.

1, 2 – туфы и туффиты агломератовые; 3, 4 – туфы и туффиты крупнопсехитовые; 5, 6 – туфы и туффиты мелкопсефитовые; черный квадрат – данные c по керну скважины.

Решение технологической задачи в Уральской СГ-4, связанной с обнаружением металла в стенках скважины и околоскважинном пространстве, позволяет при расширении ствола скважины или изменении его направления, избежать аварийных ситуаций [8, с.32]. Аномалии магнитного поля от металлических предметов очень четкие, хорошо отличаются по величине аномалий Za и Ha (до 6000 нТл), а также по их форме от аномалий, создаваемых подсеченными магнитными породами. Примером может служить аномалия от металлического клина на глубине 4252–4264 м (рис. 6 а) и боковая аномалия от металлического предмета (турбобура), состоящая из двух магнитных интервалов 4339–4338 и 4353–4368 м (рис. 6 б). Векторная картина магнитных полей показывает расположение металла в околоскважинном пространстве (см. рис. 6). Анализ векторов Та показывает, что клин расположен в северо-восточном направлении от

Рисунок 5. Корреляция магнитных пластов по основному и опережающему стволам Уральской сверхглубокой скважины СГ-4 и горизонтальные проекции стволов.

1 – основной ствол; 2 – опережающий ствол; 3 – линии корреляции.

ствола скважины, а турбобур располагается в меридиональной плоскости с падением на юг. Зная величину аномалии магнитного поля, а также вид металлического предмета, можно оценить расстояние до него от ствола исследуемой скважины, что дает возможность определить пространственное положение аварийного ствола скважины и решить практическую задачу обхода компоновок при дальнейшем бурении скважины [8,с.32].

Результаты изучения Уральской сверхглубокой скважины дают возможность уточнить литологическое расчленение разреза скважины и провести оценку магнитных свойств пород в естественном залегании и их изменения с глубиной по всему разрезу скважины (особенно, когда проходка скважин идет без отбора керна и проблемой становится литологическое  расчленение разреза).

ВЫВОДЫ

Рисунок 6. Результаты векторной интерпретации  аномалии пересечения от  металлического клина (а ) и боковой магнитной аномалии от бурового оборудования  ( б)  в  околоскважинном пространстве Уральской СГ-4.

1- базальты; 2- туфопесчаники; 3- трещиноватые туфопесчаники; 4- туффиты.

Магнитометрические исследования позволяют определить пространственное положение подсеченных скважиной СГ-4 магнитных тел и вычислить их элементы залегания.

Работа частично выполнена при поддержке программы фундаментальных исследований по Отделению наук о Земле Уральского отделения РАН, проект № 15-18-5-29.

CПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Астраханцев Ю.Г. Аппаратурно-методический комплекс для магнитометрических исследований сверхглубоких и разведочных скважин: Автореф. дис. … д.т.н. Екатеринбург, Институт геофизики УрО РАН, 2003.- 71 с.
  2. Астраханцев Ю.Г., Белоглазова Н.А. Комплексная магнитометрическая аппаратура для исследований сверхглубоких и разведочных скважин. Екатеринбург, УрО РАН, 2012.- 120 с.
  3. Бахвалов А. Н., Иголкина Г. В. Математическое моделирование внутреннего магнитного поля неоднородно-намагниченных тел с целью определения их намагниченности // Прикладная геофизика. 1988. Вып. 119. M: Недра. С. 88—93.
  4. Башта К.Г., Шахторина Л.Н., Кускова В.Н. Геологический разрез Уральской СГ-4 (0–5354 м) // Результаты бурения и исследований Уральской сверхглубокой скважины (СГ-4) / Под ред. Б.Н. Хахаева, А.Ф. Морозова. Вып. 5. Ярославль, ФГУП НПЦ «Недра», 1999. С. 25–36.
  5. Иванов К.С., Снигирева М.П., Мянник П., Бороздина Г.Н. Конодонты и биостратиграфия вулканогенно-кремнистых отложений раннего палеозоя, вскрытых Уральской сверхглубокой скважиной СГ-4 // Литосфера, 2004, № 4. С. 89–101.
  6. Иголкина Г.В. Изучение намагниченности горных пород в естественном залегании по данным измерений в сверхглубоких и глубоких скважинах // Вестник МГТУ. Труды Мурманского государственного технического университета. 2007, т. 10, № 2. С. 244–250.
  7. Иголкина Г.В. Скважинная магнитометрия при исследовании сверхглубоких и глубоких скважин. Екатеринбург, УрО РАН, 2002.- 215 с.
  8. Иголкина Г.В. Решение технологических задач при исследовании сверхглубоких и нефтегазовых скважин методом магнитометрии // Каротажник, 2013, № 230. С. 25–40.
  9. Иголкина Г.В., Астраханцев Ю.Г., Глухих И.И., Белоглазова Н.А. Результаты скважинной магнитометрии Уральской сверхглубокой скважины // Результаты бурения и исследований Уральской сверхглубокой скважины (СГ-4) / Под ред. Б.Н. Хахаева, А.Ф. Морозова. Вып. 5. Ярославль, ФГУП НПЦ «Недра», 1999.С. 48–57.
  1. Каретин Ю.С. Уральская сверхглубокая скважина: геолого-петрологическая и формационная характеристика вулканогенного разреза, вскрытого до глубины 5350 м // Результаты бурения и исследований Уральской сверхглубокой скважины (СГ-4) / Под ред. Б.Н. Хахаева, А.Ф. Морозова. Вып. 5. Ярославль, ФГУП НПЦ «Недра», 1999. С. 100–112.
  2. Основные результаты глубокого и сверхглубокого бурения в России. СПб., Санкт-Петербургская картографическая фабрика ВСЕГЕИ, 2000. -111 с.
  1. Пельменев М.Д., Кривцов А.И., Хахаев Б.Н. Состояние и задачи глубинных исследований глубокими и сверхглубокими скважинами // Советская геология, 1991, № 8. С. 3–7.
  2. Свяжина И.А., Коптева Р.А., Глухих И.И. Палеомагнетизм и магнитные свойства пород разреза Уральской СГ-4 (интервал 145–3990 м) // Результаты бурения и исследований Уральской сверхглубокой скважины (СГ-4) / Под ред. Б.Н. Хахаева, А.Ф. Морозова. Вып. 5. Ярославль, ФГУП НПЦ «Недра», 1999.С. 88–99.
  1. Шерендо Т.А. Магнитная минерализация в породах глубоких и сверхглубоких скважин // Уральский геофизический вестник, 2000, № 1. С. 120–125.
  2. Igolkina G.V., Astrakhantsev Yu.G. Magnetometry of the Ural Superdeep Borehole // “Annales Geophysical”, Supplement of Volume 13. 1995. Book of abstracts 20th General Assembly of European geophysical Society, Hamburg, 3–7 April, 1995 .
    ИЗУЧЕНИЕ МАГНИТНЫХ СВОЙСТВ ПОРОД УРАЛЬСКОЙ СГ-4 ПО ДАННЫМ СКВАЖИННОЙ МАГНИТОМЕТРИИ
    Уточнено литологическое расчленение разреза сверхглубокой скважины, сделана оценка магнитных свойств пород в естественном залегании и их изменения с глубиной по разрезу скважины. Изучение магнитных свойств туфов и туффитов позволило выявить взаимосвязь магнитных параметров с их структурно-текстурными особенностями. Магнитометрические исследования позволили определить пространственное положение подсеченных скважиной магнитных тел, вычислить их элементы залегания. Использование комплекса признаков идентификации и корреляции горных пород позволило идентифицировать подсечения магнитных пород по основному и опережающему стволам в интервале от 300–4005 м и провести их взаимную корреляцию. Результаты исследования магнитных свойств по данным скважинной магнитометрии подтверждаются исследованиями керна Уральской СГ-4. Зоны трещиноватости и дробления, подсеченные скважиной, хорошо выделяются по магнитным свойствам, дифференцированность которых связана с разными физико-геологическими условиями формирования интрузий и даек, с режимом тектонической обстановки и т.д. Установлено, что применение скважинной магнитометрии повышает достоверность структурных построений по геологическим данным и делает возможным глубинный структурный прогноз.
    Written by: Иголкина Галина Валентиновна, Астраханцев Юрий Геннадьевич, Мезенина Зифа Сабирьяновна
    Published by: Басаранович Екатеринаа
    Date Published: 12/05/2016
    Edition: euroasia-science_30_22.09.2016
    Available in: Ebook