30 Янв

СОБЛЮДЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ ПРИ ПРОФИЛАКТИКЕ БЕЗНАДЗОРНОСТИ И ПРАВОНАРУШЕНИЙ




Номер части:
Оглавление
Содержание
Журнал
Выходные данные


Науки и перечень статей вошедших в журнал:

Согласно части 2 статьи 17 Конституции РФ: «Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения» [1]. Из этого следует, что несовершеннолетним принадлежат права человека и гражданина, содержащиеся в главе 2 Конституции РФ, включая право на достоинство личности, свободу и личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни и другие права.

При этом согласно статье 60 Конституции: «Гражданин Российской Федерации может самостоятельно осуществлять в полном объеме свои права и обязанности с 18 лет», что означает обязанность родителей и лиц, их заменяющих, а также должностных лиц защищать права и законные интересы несовершеннолетних до достижения ими совершеннолетия, то есть до того времени, когда они смогут осуществлять свои права в полном объеме самостоятельно.

Рассматривая конституционные права несовершеннолетних, необходимо учитывать положение части 3 статьи 55 Конституции РФ, согласно которой права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Данные ограничения вполне обоснованы и необходимы, когда речь идет об общественных интересах и государственных устоях, обеспечивающих права каждого человека в государстве.

В то же время ограничение конституционных прав федеральным законом в соответствии с целями, указанными в части 3 статьи 55 Конституции РФ, предполагает правовую определенность и качество федерального законодательства, которое в той или иной степени затрагивает конституционные права каждого человека, включая и несовершеннолетних. Такая определенность предотвращает вольную трактовку законодательства и злоупотребления при его применении.

Характерным примером нарушения принципа правовой определенности в законотворческой деятельности является Федеральный закон от 24.06.1999 г. № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» (далее Закон № 120-ФЗ), в котором, учитывая его вмешательство в семейную жизнь и личную жизнь несовершеннолетних, следовало более тщательно определить не только объект правового регулирования – деятельность по профилактике, но и субъектный состав данных правоотношений, а именно, несовершеннолетнего, который находится в социально опасном положении.

В статье 1 указанного закона дается определение одного из основных понятий: «Несовершеннолетний, находящийся в социально опасном положении, – лицо, которое вследствие безнадзорности или беспризорности находится в обстановке, представляющей опасность для его жизни или здоровья либо не отвечающей требованиям к его воспитанию, обучению и (или) содержанию либо совершает правонарушение или антиобщественные действия» [2].

Сущность данного определяемого понятия раскрывается посредством определяющих понятий, не имеющих своего юридического толкования, что не позволяет, в свою очередь, расценивать понятие в качестве определенного, то есть доступного для понимания и применения.

Такие понятия, как «обстановка, представляющая опасность для жизни и здоровья несовершеннолетнего» либо «обстановка, не отвечающая требованиям к воспитанию, обучению и (или) содержанию несовершеннолетнего» не имеют в отечественном законодательстве своих определений. Подобная ситуация на практике делает весьма затруднительным применение требований Закона № 120-ФЗ, касающихся организации профилактической деятельности среди несовершеннолетних, находящихся в социально опасном положении.

В основном понятии «безнадзорный» указанного закона также содержатся юридически неопределенные понятия «ненадлежащее исполнение обязанностей по воспитанию, обучению и (или) содержанию несовершеннолетних», что изначально делает невозможным отнесение несовершеннолетнего к категории, находящегося в социально опасном положении, так как безнадзорность является необходимым элементом для признания того, что несовершеннолетний находится в социально опасном положении.

Правовой статус несовершеннолетнего, находящегося в социально опасном положении, связан с другим основным понятием Закона № 120-ФЗ: «индивидуальная профилактическая работа – деятельность по своевременному выявлению несовершеннолетних и семей, находящихся в социально опасном положении, а также по их социально-педагогической реабилитации и (или) предупреждению совершения ими правонарушений и антиобщественных действий».

Можно констатировать, что юридическая неопределенность в одних понятиях порождает ещё большую неопределенность в других понятиях, в которых неопределенные понятия используются в качестве определяющих. При этом совершенно непонятно: кого конкретно необходимо выявлять и подвергать социально-педагогической реабилитации.

Кроме того, основное понятие «индивидуальная профилактическая работа» страдает юридическими и лингвистическими несоответствиями: семья не может являться объектом предупреждения правонарушений, так как не является субъектом правонарушения, тем более что понятие «антиобщественные действия» касается только несовершеннолетних, а не семьи в целом.

В статье 5 Закона № 120-ФЗ «Категории лиц, в отношении которых проводится индивидуальная профилактическая работа» перечисляются пятнадцать категорий несовершеннолетних, которые по юридической логике должны соответствовать понятию «несовершеннолетний, находящийся в социально-опасном положении», так как согласно понятию «индивидуальная профилактическая работа», именно в отношении них такая работа должна проводиться.

Пятнадцать категорий несовершеннолетних, перечисленных в статье 5 Закона № 120-ФЗ, должны соответствовать и не выходить за границы понятий: 1) «безнадзорный»; 2) «беспризорный»; 3) «обстановка, представляющая опасность для жизни или здоровья несовершеннолетнего»; 4) «обстановка, не отвечающая требованиям к воспитанию или содержанию несовершеннолетних»; 5) «совершение несовершеннолетним правонарушения»; 6) «совершение несовершеннолетним антиобщественных действий».

Из перечисленных определяющих понятий, составляющих основу определяемого понятия «несовершеннолетний, находящийся в социально опасном положении» вполне определенным можно признать лишь понятие «совершение несовершеннолетним правонарушения», подразумевая под ним совершение несовершеннолетним административного правонарушения или преступления.

Основное понятие Закона № 120-ФЗ «антиобщественные действия – действия несовершеннолетнего, выражающиеся в систематическом употреблении наркотических средств, психотропных и (или) одурманивающих веществ, алкогольной и спиртосодержащей продукции, пива и напитков, изготавливаемых на его основе, занятии проституцией, бродяжничеством или попрошайничеством, а также иные действия, нарушающие права и законные интересы других лиц» также страдает логическими несоответствиями.

Например, занятие проституцией является административным правонарушением, предусмотренным ст. 6.11 Кодекса РФ об административных правонарушениях (КоАП РФ) [3], и не может квалифицироваться в качестве антиобщественного действия, что является подменой понятий.

В законах об административных правонарушениях субъектов РФ также предусматривается административная ответственность за попрошайничество, например, статья 41 Закона Свердловской области от 14.06.2005 г. № 52-ОЗ «Об административных правонарушениях на территории Свердловской области» [4].

Иные действия, нарушающие права и законные интересы других лиц, о которых говорится в анализируемом понятии, также являются правонарушениями, а не антиобщественными действиями, поскольку права и законные интересы других лиц могут содержаться только в нормативно-правовых актах, и их нарушение не может считаться антиобщественным действием, так как является правонарушением.

Можно предположить, что антиобщественным действием квалифицируется правонарушающее поведение несовершеннолетних, не достигших возраста привлечения к административной или уголовной ответственности, но в подпунктах 6 и 8 пункта 1 статьи 5 «Категории лиц, в отношении которых проводится индивидуальная профилактическая работа» Закона № 120-ФЗ такие категории несовершеннолетних выделены особо.

Определяя в правовом поле понятие «антиобщественные действия» законодатель попадает в логический круг, так как под антиобщественным поведением следует понимать нарушения норм морали, а не права. Но при юридическом определении понятия «антиобщественные действия» нормы морали, перечисленные в понятии, автоматически переходят в разряд норм права.

В подпункте 4 пункта 1 статьи 5 указанного закона содержится категория несовершеннолетних, употребляющих наркотические средства или психотропные вещества без назначения врача либо употребляющих одурманивающие вещества, алкогольную и спиртосодержащую продукцию, пиво и напитки, изготавливаемые на его основе. При этом по сравнению с понятием «антиобщественные действия» круг несовершеннолетних, в отношении которых проводится индивидуальная профилактическая работа, расширяется, так как уже не требуется системности при употреблении указанных веществ, алкогольной и спиртосодержащей продукции, достаточно одноразового упоребления.

В подпункте 5 пункта 1 статьи 5 упоминается категория несовершеннолетних, совершивших правонарушение, повлекшее применение меры административного взыскания. При этом не учитывается положение части 2 статьи 2.3 КоАП РФ о том, что с учетом конкретных обстоятельств дела и данных о лице, совершившем административное правонарушение в возрасте от шестнадцати до восемнадцати лет, комиссией по делам несовершеннолетних и защите их прав указанное лицо может быть освобождено от административной ответственности с применением к нему меры воздействия, предусмотренной федеральным законодательством о защите прав несовершеннолетних.

Применение подобных мер воздействия не является мерами административного взыскания и не позволяет относить таких несовершеннолетних к категории подпункта 5 пункта 1 статьи 5 рассматриваемого закона.

Такая ситуация входит в противоречие с подпунктом 6 пункта 1 статьи 5, в котором предусмотрена категория несовершеннолетних, совершивших правонарушение до достижения возраста, с которого наступает административная ответственность. В результате сравнения содержания подпунктов 5 и 6 можно сделать вывод, что к несовершеннолетним до 16 лет (возраст привлечения к административной ответственности) закон более строг, чем к несовершеннолетним от 16 до 18 лет, что нарушает логику установления юридической ответственности несовершеннолетних.

Отсутствует логика и в подпункте 9 пункта 1 статьи 5 Закона № 120-ФЗ, где упоминается категория несовершеннолетних, обвиняемых и подозреваемых в совершении преступлений, в отношении которых избраны меры пресечения, предусмотренные Уголовно-процессуальным кодексом РФ (УПК РФ).

Подобное положение противоречит понятию «несовершеннолетний, находящийся в социально опасном положении», в котором совершение несовершеннолетним правонарушения, не обусловлено обязательным избранием в отношении него меры пресечения.

Согласно статье 97 УПК РФ «Основания для избрания меры пресечения» избрание меры пресечения является правом, а не обязанностью дознавателя, следователя и суда и применяется при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый, подозреваемый: 1) скроется от дознания, предварительного следствия или суда; 2) может продолжать заниматься преступной деятельностью; 3) может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. Мера пресечения может избираться также для обеспечения исполнения приговора или возможной выдачи лица в порядке, предусмотренном статьей 466 УПК РФ.

Кроме того к несовершеннолетнему могут быть применены иные меры процессуального принуждения в соответствии с главой 14 УПК РФ, например, обязательство о явке, что не охватывается по содержанию юридическим понятием «меры пресечения» [5].

Следует остановиться и на содержании пункта 3 статьи 5 Закона № 120-ФЗ, в котором сказано, что индивидуальная профилактическая работа с лицами, которые не указаны в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, может проводиться в случае необходимости предупреждения правонарушений либо для оказания социальной помощи и (или) реабилитации несовершеннолетних с согласия руководителя органа или учреждения системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних.

Данный пункт также противоречит понятию «индивидуальная профилактическая работа», так как в нем в качестве объектов воздействия фигурируют только несовершеннолетние и семьи, находящиеся в социально опасном положении, а об иных лицах ничего не сказано.

Из вышеизложенного видно, что в Федеральном законе от 24.06.1999 г. № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» содержатся юридические коллизии норм, не позволяющие точно определить границы объекта профилактического воздействия.

Другая проблема указанного закона заключается в его понятийном аппарате, который в основном состоит из неопределенных понятий, затрудняющих, а порой и делающих невозможным эффективное применение данного нормативно-правового акта.

Проблемы Закона № 120-ФЗ характерны для законодательства в сфере профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних. В данных проблемах отражается несовершенство и неопределенность используемых юридических понятий, связанных с педагогикой. Это, с одной стороны, объясняется недостаточной теоретической разработанностью деятельности по определению педагогических и юридических понятий, отсутствием специалистов в этой области, а, с другой стороны, – с недостаточным привлечением к законотворческому процессу ученых и практиков из соответствующих сфер правового регулирования.

Такое положение, обусловленное отсутствием правовой определенности, негативно влияет на соблюдение конституционных прав несовершеннолетних и иных лиц, в отношении которых может проводиться и проводится индивидуальная профилактическая работа, поэтому решение указанных проблем представляет актуальную научную задачу и вполне достижимо при помощи научных знаний педагогики и юриспруденции.

Список литературы

  1. Конституция РФ (ред. от 21.07.2014). URL:http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=2875.
  2. Федеральный закон от 24.06.1999 г. № 120-ФЗ (ред. от 31.12.2014) «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних». URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW; n=173298.
  3. Кодекс РФ об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. № 195-ФЗ (ред. от 31.12.2014). URL:http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=173455.
  4. Закон Свердловской области от 14.06.2005 г. № 52-ОЗ «Об административных правонарушениях на территории Свердловской области». Издательский дом «Ажур» .2013.
  5. Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ (ред. от 31.12.2014). URL:http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=173436.
    СОБЛЮДЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ ПРИ ПРОФИЛАКТИКЕ БЕЗНАДЗОРНОСТИ И ПРАВОНАРУШЕНИЙ
    В статье рассматриваются актуальные проблемы соблюдения конституционных прав несовершеннолетних и иных граждан при правовом регулировании профилактики безнадзорности и правонарушений.
    Written by: Ветошкин Сергей Александрович
    Published by: БАСАРАНОВИЧ ЕКАТЕРИНА
    Date Published: 05/29/2017
    Edition: ЕВРАЗИЙСКИЙ СОЮЗ УЧЕНЫХ_ 30.01.2015_01(10)
    Available in: Ebook