30 Янв

ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ИНСТИТУТА ОГРАНИЧЕНИЯ ОБОРОТОСПОСОБНОСТИ ЗЕМЕЛЬНЫХ УЧАСТКОВ




Номер части:
Оглавление
Содержание
Журнал
Выходные данные


Науки и перечень статей вошедших в журнал:

Конец восьмидесятых и начало девяностых годов XX века ознаменовались наступлением перестройки и переходом к рыночной экономике. Основы законодательства Союза ССР «Об аренде» 1989 г. [2], Основы законодательства СССР и союзных республик «О земле» 1990 г.[3], Закон СССР 1990 г. «О собственности»[4] и Закон РСФСР 1990г. «О крестьянском (фермерском) хозяйстве»[5], указы Президента РФ и постановления Правительства РФ, регулировавшие порядок и условия осуществления земельной и аграрной реформы, создали необходимую нормативную базу для развития гражданского оборота земельных участков; одновременно с этим получили дальнейшее развитие нормы, регламентирующие ограничение оборотоспособности земли.

Как справедливо отмечает Румянцев Ф.П., организующая роль государства при осуществлении современной земельной реформы 1990-х годов проявилась не в полной мере, законодательство о реформе было неполным и противоречивым, в нем не уделялось должного внимания надлежащему оформлению прав новых земельных собственников, землеустроительным действиям, их государственному финансированию, вследствие чего земельный оборот не получил ожидаемого развития [10, с. 10].

В период земельной реформы пробельностью характеризовались также нормы, ограничивающие оборотоспособность земельных участков. В Земельном кодексе РСФСР 1991 г. [6] четко не выделялись земельные участки, изъятые и ограниченные в обороте. Вместе с тем, ст. 76 Кодекса упоминала об участках общего пользования, к которым относились земли, используемые в качестве путей сообщения, для удовлетворения культурно-бытовых потребностей населения, полигонов для захоронения неутилизированных промышленных отходов, полигонов бытовых отходов и мусороперерабатывающих предприятий. В то же время, несмотря на отсутствие в Земельном кодексе РСФСР 1991 г. прямого указания на изъятые из оборота и ограниченные в обороте земельные участки, Кодекс содержал положения о целевого назначения участков общего пользования [7], предоставление которых  гражданам и юридическим лицам для индивидуального использования не допускалось. Следовательно, в силу указанных характеристик правовой режим земельных участков общего пользования соответствовал режиму участков, ограниченных в обороте.

Согласно ст. 1 Земельного кодекса Российской Федерации от 25 октября 2001 г. № 136-ФЗ [11] (далее – ЗК РФ, Земельный кодекс РФ) регулирование земельных отношений осуществляется исходя из представлений о земле как о природном объекте и одновременно как о недвижимом имуществе, об объекте права собственности и иных прав на землю.

Специфика земли как объекта правового регулирования нашла свое отра­жение в Конституции РФ, согласно ст. 9 которой земля и другие природные ресурсы используются и охраняются в Российской Федерации как основа жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующей территории. Положения ст. 9 Конституции РФ также допускают вовлечение земли в гражданский оборот, определяя, что земля и другие природные ресурсы могут находиться в частной, государственной, муниципальной и иных формах собственности. Но при этом возникает вопрос, каким образом регулировать такой оборот земли? В Конституции РФ заложены основы для дальнейшего развития земельного и гражданского законодательства, регулирующего пределы оборотоспособности земельных участков. Согласно статье 36 Конституции РФ владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами осуществляются их собственниками свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов иных лиц; условия и порядок пользования землей определяются на основе федерального закона [8].

В развитие приведенных конституционных положений ст. 1 Земельного кодекса РФ в числе основных принципов земельного законодательства закрепляет принцип учета значения земли как основы жизни и деятельности человека, принцип приоритета охраны земли как важнейшего компонента окружающей среды и средства производства в сельском хозяйстве и лесном хозяйстве перед использованием земли в качестве недвижимого имущества, принцип охраны жизни и здоровья человека и принцип приоритета сохранения особо ценных земель и земель особо охраняемых территорий, согласно которому изменение целевого назначения таких земель ограничивается или запрещается в порядке, установленном федеральными законами (подпункты 2 и 6 пункта 1 статьи 1).

Актуальным является вопрос о соотношении земельного и гражданского законодательства при регулировании оборотоспособности земельных участков. В соответствии со ст. 27 ЗК РФ оборот земельных участков осуществляется в соответствии с гражданским законодательством и Земельным кодексом РФ. Согласно ст. 129 ГК РФ оборотоспособность земельного участка можно определить как свойство участка как объекта права и как установленную законом возможность участка свободно отчуждаться или переходить от одного лица к другому в порядке универсального правопреемства либо иным способом, кроме случаев, когда участок не изъят из оборота или не ограничен в обороте. Применительно к регулированию оборота земельных участков п. 3 ст. 129 ГК РФ специально предусматривает, что земля и другие природные ресурсы могут отчуждаться или переходить от одного лица к другому иными способами в той мере, в какой их оборот допускается законами о земле и других природных ресурсах. Это положение получило развитие в п. 3 ст. 209 ГК РФ, согласно которой владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами в той мере, в какой их оборот допускается законом, осуществляются их собственником свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов других лиц. Аналогичное положение содержится в ст. ст. 13 Федерального закона от 25 октября 2001 г. № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» [12], предусматривающей, что нормы, касающиеся сделок с земельными участками, применяются в той мере, в какой их оборот допускается земельным законодательством.

В литературе справедливо подчеркивалось, что при регулировании оборота земельных участков нормы гражданского законодательства носят общий характер, а земельного – специальный [9, СПС «Гарант»]; а определение степени оборотоспособности земельных участков относится к предмету регулирования земельного права [14, с. 3 – 10]. В то же время, по этому вопросу высказывалась и другая позиция, согласно которой нормы гражданского законодательства при регулировании отношений оборота земельных участков и иных природных ресурсов имеют приоритет над нормами земельного законодательства. Например, авторы Концепции развития гражданского законодательства Российской Федерации, разработанной в соответствии с Указом Президента РФ от 18 июля 2008 года №1108 «О совершенствовании Гражданского кодекса Российской Федерации», пришли к тому, что все гражданско-правовые нормы, касающиеся прав на земельные участки и сделок с ними, должны быть исключены из земельного законодательства и перенесены в Гражданский кодекс РФ. С.А. Боголюбов не разделяет подобную позицию, указывая на то, что включение специфических требований к осуществлению права собственности на земельные, лесные участки, водные объекты, участки недр в ГК РФ лишь утяжелит и расширит и без того объемный ГК РФ, а перевод норм из природоресурсных законов в Гражданский кодекс РФ приведет к ослаблению публичной составляющей их охраны, подчеркнет их, прежде всего, имущественный, а не экологический характер, что поколеблет устоявшиеся вышеназванные формулы Конституции РФ, Земельного, Водного, Лесного кодексов РФ, да и самого ГК РФ [1, с. 38-46].

В.В. Устюкова обоснованно критикует проект Федерального закона №47586-6 «О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (принят ГД ФС РФ в первом чтении 27 апреля 2012 года), поскольку «перемещение норм» земельного права осуществлено выборочно, несистемно, что может в случае принятия ГК РФ в редакции, предлагаемой Проектом указанного Федерального закона, привести к трудностям в применении на практике как Земельного, так и Гражданского кодексов. В частности, В.В. Устюкова приводит в обоснование своей позиции то, что в п. 1 ст. 129 Гражданского кодекса РФ в отдельную группу не выделены земельные участки, изъятые из оборота, а п. 3 ст. 129 ГК РФ, на котором, базировались   специальные   нормы   земельного   законодательства в части оборота земельных участков, планируется признать утратившим силу.

Федеральным законом от 2 июля 2013 г. № 142-ФЗ «О внесении изменений в подраздел 3 раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» [13], вступающим в силу 01 октября 2013 г., пункт 2 статьи 129 Гражданского кодекса РФ изложен в новой редакции, в которой объекты гражданских прав, изъятые из оборота, не упоминаются, но предусматривается возможность законодательного введения ограничения оборотоспособности объектов гражданских прав, в частности, определяется, что законом могут быть предусмотрены виды объектов гражданских прав, принадлежащие лишь определенным участникам либо объекты, совершение сделок с которыми допускается по специальному разрешению. В то же время, не претерпел каких-либо изменений п. 3 ст. 129 Гражданского кодекса РФ, устанавливающий, что отчуждение или переход иными способами прав на землю и иные природные ресурсы допускается в пределах установленных специальными законами о земле и других природных ресурсах.

В свете произведенных законодателем изменений ст. 129 Гражданского кодекса РФ возникает ряд вопросов, один из которых состоит в том, подлежит ли применению п. 2 указанной статьи к земельным участкам, а именно,  включены ли земельные участки в объекты вещных прав, ограниченные в обороте, или с учетом особого правового режима земель в их отношении применяются положения п. 3 той же статьи. Можно предположить, что поскольку в силу главы 6 Гражданского кодекса РФ земельные участки отнесены к объектам гражданских прав, то к ним применимы положения п. 2 ст. 129 Гражданского кодекса РФ. В таком случае возникает вопрос другого рода: продолжает ли при этом существовать категория земельных участков, изъятых из оборота, или она подлежит включению в категорию земельных участков, ограниченных в обороте. Положения Федерального закона от 2 июля 2013 г. № 142-ФЗ подлежат применению к правоотношениям, возникшим после вступления в силу данного Закона, в связи с чем ранее установленный режим изъятых из оборота земельных участков продолжает действовать, но по смыслу норм ст. 3 рассматриваемого Закона в отношении  вновь образуемых земельных участков решение об отнесении их к участкам изъятым из оборота, не может приниматься и такие участки будут признаваться участками ограниченными в обороте. Данное положение не согласуется со ст. 27 ЗК РФ и, таким образом, возникает коллизия между нормами п. 2 ст. 129 Гражданского кодекса РФ и ст. 27 Земельного кодекса РФ.

По нашему мнению, руководствуясь положениями ст. 9, 36 Конституции РФ, следует сделать вывод о приоритете норм земельного законодательства при регулировании ограничений оборотоспособности земельных участков. Данный вывод не противоречит ГК РФ, п. 3 ст. 129 которого прямо говорит о специальном характере земельно-правовых норм, регулирующих пределы включения земельных участков в оборот, по отношению к соответствующим положениям гражданского законодательства. В связи с изложенным, по нашему мнению, нормы ЗК РФ о земельных участках, изъятых из оборота, сохраняют свою силу, однако данное положение требует четкого закрепления в Гражданском и Земельном кодексах РФ.

Список литературы:

  1. Боголюбов С. А. Земельное законодательство и Концепция развития гражданского законодательства // Журнал российского права. 2010, № 1.
  2. Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1989. № 25. Ст. 481
  3. Ведомости Верховного Совета СССР. 1990. № 10. Ст. 129-130.
  4. Ведомости съезда народных депутатов РСФСР. 1990. № 30. Ст. 416.
  5. Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1990. № 26. Ст. 324.
  6. Ведомости Съезда народных депутатов и Верховного Совета РСФСР. 1991. № 22. Ст. 768.
  7. Имеются в виду земли промышленности, транспорта, связи, радиовещания, телевидения, информатики и космического обеспечения, обороны, природоохранного, природно-заповедного, оздоровительного, рекреационного и историко-культурного назначения, лесного и водного фондов, запаса, указанные в разделах 5-7 Земельном кодексе РСФСР 1991 г.
  8. Конституция Российской Федерации. Российская газета. 25.12.1993. № 237.
  9. Крассов О.И. Право частной собственности на землю. М.: Юристъ, 2000. С. 103; Сделки с земельными участками: Учебное пособие / А.Л. Корнеев. М.: Городец, 2006.
  10. Румянцев Ф.П. Правовое регулирование оборота земель сельскохозяйственного назначения: вопросы теории и практики: Автореф. дис. … докт. юрид. наук. – М., 2011.
  11. Собрание законодательства Российской Федерации. 2001. № 44. Ст. 4147.
  12. Собрание законодательства Российской Федерации. 2001. № 44. Ст. 4148.
  13. Собрание законодательства РФ, 08.07.2013, № 27, ст. 3434.
  14. Устюкова В.В. Оборотоспособность земельных участков в свете проекта Федерального закона о внесении изменений в Гражданский кодекс РФ // Хозяйство и право. 2012. — № 8.
    ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ИНСТИТУТА ОГРАНИЧЕНИЯ ОБОРОТОСПОСОБНОСТИ ЗЕМЕЛЬНЫХ УЧАСТКОВ
    Written by: Корнилова Ульяна Вячеславовна
    Published by: БАСАРАНОВИЧ ЕКАТЕРИНА
    Date Published: 05/29/2017
    Edition: ЕВРАЗИЙСКИЙ СОЮЗ УЧЕНЫХ_ 30.01.2015_01(10)
    Available in: Ebook