31 Окт

СОЦИАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВО (ГОСУДАРСТВО ВСЕОБЩЕГО БЛАГОСОСТОЯНИЯ) В ДИСКУРСЕ ВСЕСТОРОННЕЙ МОДЕРНИЗАЦИИ РОССИИ




Номер части:
Оглавление
Содержание
Журнал
Выходные данные


Науки и перечень статей вошедших в журнал:
Авторы:
DOI:

В «повестке дня» развития России в качестве центральной и наиболее общей задачи выступает всесторонняя модернизация общества. С этой центральной задачей объективно связаны также многие другие задачи. В том, — какие это задачи, как они связаны друг с другом, как эти задачи решать, —  есть и дискуссионные моменты, требующие к себе определённого внимания.

При изучении и решении проблем всесторонней модернизации общества, конечно, необходимо учитывать, что «процветание современных динамичных сообществ в значительной степени зависит от эффективного социального управления, достижение которого невозможно без знания реального положения дел в обществе, без всестороннего понимания происходящих в нем процессов» [4, с. 23]. Всесторонняя модернизация общества, на наш взгляд, требует особого внимания исследователей и политиков к таким актуальным задачам, как развитие современного социального государства (государства всеобщего благосостояния) и совершенствование социального управления на всех уровнях и во всех сферах жизнедеятельности общества и государства.

При указанном подходе образуется своеобразный «треугольник задач». В этом случае в качестве «вершины» треугольника (генеральной, стратегической задачи — цели) объективно выдвигается всесторонняя модернизация общества; а в качестве опорных углов (реперных точек) этого треугольника оказываются, с одной стороны, — утверждение и развитие социального государства, с другой стороны, — совершенствование социального управления.

Существует немало различных концептуальных представлений о модернизации. Но в любом случае важно, что «модернизация есть переход цивилизованного общества к новым способам создания основных средств жизнедеятельности с новыми их качествами. Переход осуществляется под воздействием новых социокультурных потребностей людей и влечет новые дифференциации их отношений» [7, с. 6]. Вполне логично при этом говорить о том, что социальное государство – естественная адекватная форма модернизации общества.

Уместно подчеркнуть, что вовсе не случайно «социальное государство» и «государство всеобщего благосостояния» рассматриваются в качестве синонимов, так как речь о государстве с высоким уровнем социально-экономического благосостояния населения при высоком уровне реализации демократических прав и свобод граждан.

Можно также смело утверждать, что именно на реализацию новых (в духе «модернизации») способов жизнедеятельности и социокультурных потребностей людей и должно быть направлено социальное управление, — прежде всего, со стороны государства, которое должно стремиться быть одновременно «современным» и «социальным».

Попутно полезно остановиться на характеристике такого понятия, как «социальное» в связи с понятием «социальное государство». При этом используем рассуждение Н.И. Лапина: «Человек есть деятельное био-социо-культурное существо, а общество – не просто социальное, но социокультурное образование. Поэтому мы предпочитаем более емкие термины: социокультурный индикатор, социокультурное благополучие, социокультурное благо и т.д. Однако, учитывая распространенность в научной литературе термина социальный в широком его смысле (фактически все общество, включая культуру), будем для краткости использовать и этот термин» [8, с. 9]. Мы солидарны с таким подходом к сути и использованию понятия «социальное».

Как известно, социальное управление подразумевает систематическое воздействие социального субъекта управления (управляющей системы) на социальный объект управления (управляемую подсистему)  по тому или иному поводу (предмету, социальной проблеме) и с определённой целью (ради какого-то социального интереса, решения какой-то социальной проблемы). В принципе, социальное управление предполагает целенаправленную организацию людей, их общностей, групп для оптимального решения социально значимых проблем во всех сферах жизнедеятельности людей и общества. Это касается и государственных и муниципальных органов и учреждений, и локальных организаций самых различных сфер.

В современных условиях России социальное управление призвано выполнять диалектическую связь между процессом модернизации общества и развитием социального государства. То есть, социальное управление должно направляться на осуществление модернизации общества в качестве глобальной стратегической задачи; и, одновременно, социальное управление должно направляться на утверждение и развитие социального государства как задачи институционально-организационного и деятельностного характера. В свою очередь, именно социальное государство в современных условиях является адекватной формой социально-политической организации общества и управленческим инструментом модернизации общества.

Между модернизацией (как целью и процессом) и социальным государством (как формой и инструментом общества, как социальным институтом и организацией) существуют объективные взаимосвязи, взаимные «требования». Прежде всего, в условиях нынешних реалий (и с учётом исторического опыта и традиций) России в политике государства особенно важен приоритет социальных («социокультурных») целей модернизации. Это обстоятельство нашло адекватное отражение в ряде важных государственных решений и документов. Так, в «Стратегии инновационного развития Российской Федерации на период до 2020 года» именно в русле модернизации поставлены стратегические цели, «заключающиеся в обеспечении высокого уровня благосостояния населения и закреплении геополитической роли страны как одного из лидеров, определяющих мировую политическую повестку дня». При этом «единственным возможным способом достижения этих целей» указывается «переход экономики на инновационную социально ориентированную модель развития» [13].

Но именно в аспекте приоритетности социальных («социокультурных») целей модернизации, как показывают разнообразные исследования, в том числе социологические «замеры» общественного мнения и социального самочувствия населения, существуют определённые несоответствия в теории и практике модернизации России. По этому поводу приходится согласиться с тезисом, что в научном плане имеет место «декларируемый, но не операционализированный приоритет социальных целей модернизации» и что существует «необходимость сформировать совокупность человеческих измерений таких целей» [8, с. 9].

При этом не вызывает сомнений, что основная цель модернизации и социально-экономического развития России – становление социально ориентированного государства, обеспечивающего своим гражданам высокий уровень и качество жизни, а также воспроизводство человеческого капитала [см. 11, с. 712]. В практическом плане, однако, существует «несовместимость инновационного содержания модернизации с рутинными действиями чиновников, обязанных следовать бюрократическим инструкциям» [8, с. 9]. Получается, что и в деле модернизации не обходится без бюрократизма!

В коллективной монографии, посвящённой  социальной политике развитых стран, проблема бюрократизма отмечается в таком актуальном ракурсе: «Прежде чем социальная помощь, выделяемая государством, просочится до каждого конечного получателя, она должна пройти через множество регулирующих, контролирующих, управляющих цепочек, в каждой из которых накапливаются свои потери. Поэтому и при социализме, и в социальном государстве многие потери связаны с дорогостоящей, зачастую неповоротливой бюрократической системой распределения помощи» [3, с. 31]. Проблема бюрократизма в жизнедеятельности российского государства, как известно, — одна из самых давних, животрепещущих и болезненных для общества. Думается, что целенаправленная борьба с бюрократизмом должна быть и будет «на видном месте» в комплексе конкретных задач в русле утверждения социального государства и социального управления в общем процессе модернизации в России.

Особо необходимо признать «нелинейность модернизации как цивилизационного процесса», что порождает «необычные взаимосвязи, нетрадиционные приоритеты компонент ее структуры» [8, с. 9]. Именно поэтому нельзя просто «скопировать» опыт каких-то других стран в модернизационном развитии и опыт других «социальных» государств.

Таким образом, в России необходимо прокладывать собственный курс модернизации, идти своей дорогой – но в общецивилизационном направлении, причём это относится и к общегосударственному аспекту, и к региональному аспекту управления и развития. Естественно, что для понимания общего в цивилизационном развитии разных стран необходимо анализировать и учитывать также опыт других («передовых» в том или ином отношении) стран. Попутно, однако, следует признать и необходимость дальнейших дискуссий о сути и характеристиках «общего в цивилизационном развитии» разных стран.

Модернизация, как «самоповышающаяся эволюция цивилизации и благополучия людей», по определению Н.И. Лапина, включает компоненты: технико-технологическую, социоэкономическую, социокультурную, институционально-регулятивную [7, с. 6]. Социальное государство через социальное управление призвано реализовывать процесс модернизации во всех указанных компонентах. Но речь не о «единоличном» участии государства в процессе модернизации и социальном управлении. Речь о совместном (кооперативном) участии в процессе модернизации и социальном управлении государства и гражданского общества, бизнеса и разнообразных общественно-политических, экономических, социально-культурных сил и организаций.

Наряду с упомянутой проблемой бюрократизма, стоящей на пути модернизации в качестве весьма серьёзного препятствия, существуют, конечно, и другие проблемы. Обратим внимание, в частности, на проблему неравенства в обществе – вслед за  XVIII Всемирным социологическим конгрессом, который проходил под девизом: «Сталкиваясь с неравным миром: вызовы глобальной социологии» [см. 6]. При этом необходимо также учитывать, что «современные социокультурные неравенства … становятся иными, более сложными, чем были даже несколько десятилетий назад» [6, с. 29-30]. Не случайно, что в России проблема неравенства (его чрезмерных масштабов) является в числе самых важных, заметных для общественности. В наличии серьёзного неравенства отражается сложность и нелинейность процессов модернизации и утверждения социального государства в России.

На пути модернизации страны, естественно, неизбежны определённые риски – и это общемировая проблема, на которую указали, в частности, У. Бек в книге с символичным названием — «Общество риска. На пути к другому модерну» [1], Э. Гидденс — в работе «Судьба, риск, безопасность» [2]. Концепцию общества риска анализирует также ряд российских учёных, например, в работе с характерным названием — «Концепции общества риска в социологическом дискурсе» [9].

В частности, Э. Гидденс рассматривает риск в качестве результата модернизации: «Понятие риска становится центральным в обществе, которое прощается с прошлым, с традиционными способами деятельности, которое открывается для неизведанного будущего» [цит. по: 9, с. 134]. И об этих рисках нельзя забывать в прогнозах будущего. Но всё же эти риски «прощания с прошлым» и «встречи с будущим» не должны отвлекать наше внимание от рисков, которые оказываются препятствиями на пути самой модернизации.

Среди рисков – препятствий на пути модернизации, конечно, и риск «частичности» и «некомплексности» в реализации процесса и целей модернизации. Как подчеркнул Н.И. Лапин, «все компоненты модернизации как цивилизационного процесса взаимосвязаны. В совокупности они образуют интегрированную целостность. Если та или иная компонента представлена явно недостаточно, или, напротив, доминирует над остальными, то комплексная модернизация может превратиться в частичную квазимодернизацию» [8, с. 14]. То есть, необходимо обеспечить в комплексе все компоненты модернизации — технико-технологическую, социоэкономическую, социокультурную, институционально-регулятивную.

Другое дело, что среди всех указанных четырёх компонентов модернизации одни из них являются преимущественно «базовыми» по своей роли (социокультурная и институционно-регулятивная), а другие – преимущественно «результирующими» (технико-технологическая, социоэкономическая). При этом «социокультурная компонента … тесно связана с институционно-регулятивной, которая нередко рассматривается как часть широко понимаемой социокультурной модернизации. Их опережающее и взаимосвязанное развитие дает старт осуществлению других компонент. Сначала изменяются институционно-регулятивные условия жизнедеятельности людей, благодаря которым люди и осуществляют модернизацию» [8, с. 13]. С учётом данной логики, на наш взгляд, первостепенное значение имеет соответствующее развитие и совершенствование основ социального государства – в рамках институционально-регулятивной компоненты модернизации России.

Следует учитывать также, что все процессы в обществе протекают не «сами по себе», не «в чистом виде», а в обстановке определённой идеологической борьбы различных социально-политических сил по поводу тех или иных экономических, социальных, экологических, культурологических, национально-этнических, религиозных вопросов и коллизий. При этом имеют место и определённые спекуляции и даже мистификации в угоду определённым идеологическим интересам и позициям. На это обращают внимание, например, Ж. Джурич и М. Стоядинович, которые демистифицируют такие понятия, как борьба за права человека, демократия, гуманитарные интервенции [см. 5, с. 107]. Вместе с тем, несомненно, что «борьба с разного рода мистификациями вовсе не должна отвлекать от созидательной работы в русле строительства подлинно социального государства и от реальных проблем на этом пути» [10, с. 153]. А реальных проблем, на самом деле, весьма много.

Актуальные и сложнейшие проблемы – в сфере управления. Так, например, А.В. Тихонов отмечает: «В нашей ментальности «власть» и «управление» – синонимы. Проблема в связи с этим – не столько в «дефиците демократии», сколько в «дефиците управления» в работе органов власти и в низкой социокультурной компетентности кадров…» [14, с. 76]. В этом же духе вывод Г.В. Осипова: «Основным антагонистическим противоречием современного российского общества остается разрыв между реальными возможностями России как единственной самодостаточной страны мира, наличием всех необходимых средств для их реализации, и крайне низким уровнем и качеством жизни народа. Важнейшим условием преодоления этого противоречия является повышение уровня эффективности государственного управления обществом» [12, с. 8].

Проблемы в сфере управления – низкая социокультурная компетентность кадров, широкое распространение бюрократизма, низкий уровень управляемости и социально-экономической эффективности управления… Эти и подобные проблемы в сфере управления образуют определённую «зону» рисков, несущих угрозы для нормального функционирования и развития общества и государства, для оптимальной и всесторонней модернизации России. Все эти проблемы и риски требуют соответствующего внимания и учёта в теории и практике социального управления на пути строительства социального государства в дискурсе всесторонней модернизации России.

Список литературы:

  1. Бек У. Общество риска. На пути к другому модерну / пер. с нем. В. Сидельника, Н. Федоровой. — М.: Прогресс-Традиция, 2000. 384 с.
  2. Гидденс Э. Судьба, риск, безопасность // Тhesis. 1994. № 5. С. 107-135.
  3. Глобализация и социальная политика развитых стран. Сборник / Составитель и редактор С. Веселовский. М.: ИНИОН РАН, 2008. 280 с.
  4. Горшков М. К. Общество — социология – власть: к вопросу о взаимодействии // Социологические исследования. 2012. № 7. С. 23-28.
  5. Джурич Ж., Стоядинович М. Неолиберальная теория и практика в современном обществе // Социологические исследования. 2015. № 3. С. 107-113.
  6. Кравченко С. А. Мосты, соединяющие всевозможные расколы социологии ради более равного мира // Социологические исследования. 2015. № 2. С. 29-38.
  7. Лапин Н. И. Актуальные теоретико-методологические аспекты исследований российской модернизации // Социологические исследования. 2015. № 1. С. 5-10.
  8. Лапин Н. И. Проблемы формирования концепции и человеческих измерений стратегии поэтапной модернизации России и её регионов // Социологические исследования. 2014. № 7. С. 8-19.
  9. Лебедева Л. Г., Ростова А. В., Ургалкин Ю. А. Концепции общества риска в социологическом дискурсе // Вестник Самарского муниципального института управления. 2014. № 2 (29). С. 129-137.
  10. Лебедева Л. Г. Социальное государство как императив гармоничной преемственности поколений в России // Вестник Самарского муниципального института управления. 2015. № 2. С. 147-157.
  11. Наумова Ю. В., Юрьева А. А. Уровень жизни населения: стратегические приоритеты модернизации экономики // Россия в XXI веке: глобальные вызовы и перспективы развития: Материалы Третьего Международного форума. – Москва, ИПР РАН, 2014. С. 712-718.
  12. Осипов Г. В. Проблемы включения социологии в систему научного управления российским обществом // Социологические исследования. 2012. № 7. С. 5-17.
  13. Стратегия инновационного развития Российской Федерации на период до 2020 года. Утверждена распоряжением Правительства Российской Федерации от 8 декабря 2011 г. № 2227-р // Собрание законодательства РФ. Выпуск №1 от 2 января 2012 г. Ст. 216.
  14. Тихонов А. В. Опыт социолого-культурологического исследования проблем реформирования властно-управленческой вертикали // Вестник Института социологии. Сетевой журнал. 2014. № 3(10). С. 66-84.
    СОЦИАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВО (ГОСУДАРСТВО ВСЕОБЩЕГО БЛАГОСОСТОЯНИЯ) В ДИСКУРСЕ ВСЕСТОРОННЕЙ МОДЕРНИЗАЦИИ РОССИИ
    Актуальные задачи развития современного социального государства и совершенствования социального управления в России рассматриваются в дискурсе всесторонней модернизации общества. Анализируются основные проблемы социального управления и риски, несущие угрозы для нормального развития социального государства, для оптимальной и всесторонней модернизации России. Обращается внимание на необходимость комплексности в решении задач модернизации.
    Written by: Дудин Геннадий Алексеевич
    Published by: БАСАРАНОВИЧ ЕКАТЕРИНА
    Date Published: 01/30/2017
    Edition: ЕВРАЗИЙСКИЙ СОЮЗ УЧЕНЫХ_31.10.15_10(19)
    Available in: Ebook