25 Июл

Сравнение критериев, предложенных зарубежными авторами для оценки психологических теорий личности, и параметров, входящих в состав разработанной нами системы конструктивно-критического метанаучного психологического анализа теорий личности




Номер части:
Оглавление
Содержание
Журнал
Выходные данные


Науки и перечень статей вошедших в журнал:

В наших, опубликованных ранее работах, статьях и монографиях, была подробно изложена разработанная на определенной методологической основе система конструктивно-критического метанаучного анализа научных и практических разработок в области психологии личности [4, 5, 6, 7, 8]. В дальнейшем возникла необходимость проведения дополнительной ее экспертной проверки на валидность. Настоящее сообщение содержит одно из таких проверочных исследований. Оно предполагало прямое сравнение выделенных нами параметров (показателей и признаков) с теми критериями и признаками, которые были заданы некоторыми зарубежными специалистами – авторами переведенных на русский язык книг по психологическим теориям личности. Здесь мы воспользовались данными, которые нашли отражение в содержании переведенных на русский язык научных изданий, посвященных теориям личности [1, 2, 3].

В ходе исследования были проведены сравнение и содержательный анализ всех критериев, названных перечисленными зарубежными авторами, с теми параметрами, которыми были выделены нами. Представим кратко результаты проведенного анализа.

Критерий «свойства, характеризующие человека как личность», по С. Мадди, не имеет аналога в нашей системе метанаучного анализа, но, тем не менее, по содержанию пересекается с параметром «завершенность теории», так как под завершенной научной теорией личности понимается такая теория, которая включает в себя описание и объяснение всех или большинства известных феноменов личности. С метанаучной точки зрения не имеет смысла сравнивать между собой теории личности по включаемой в них совокупности свойств, характеризующих человека как личность. Во-первых, потому, что в разных теориях личности эти свойства называются по-разному и не всегда точно и однозначно определены. Во-вторых, по причине того, что подобное сравнение имеет не столько методологический (оценочно-критический), сколько констатирующий характер, и на его основе вряд ли можно делать какие-либо ценностные выводы относительно научной состоятельности той или иной теории личности.

Критерий «описание типов личностей» представляется примерно таким, как предыдущий. Он также не имеет прямого аналога в предложенной нами системе анализа. Однако косвенно он может быть соотнесен с параметром «завершенность теории» в нашей системе, поскольку под завершенной может пониматься такая теория личности, которая включает определенную типологию личностей.

Пользуясь этим критерием, следует иметь в виду то, что в отношении возможности и целесообразности построения типологий личностей в современной психологии не существуют удовлетворительного решения. Данный вопрос неоднократно обсуждался в литературе в связи, например, с типологиями темпераментов и характеров. Проведенные еще в первой половине прошлого века опытные проверки «классических» типологий темпераментов и характеров по Гиппократу и Э. Кречмеру показали, что они являются научно несостоятельными.

Любая научно обоснованная типология должна допускать классификацию и разделение большинство касающихся её феноменов. Это правило очевидным образом нарушается применительно к указанным выше типологиям темпераментов и характеров людей. Проведенные их проверки убедили в том, что в типологию темпераментов по Гиппократу четко укладывается не большинство, а меньшинство, и, как правило, не более четверти людей, к которым она относятся. Остальные имеют или смешанные, или никак не выраженные типы темпераментов. По причине отсутствия опытного подтверждения типологии темпераментов по Гиппократу (а также, по-видимому, и по И. Канту, типология которого в обобщенной форме повторяет типологию Гиппократа), отечественный психолог В. С. Мерлин предложил в свое время отказаться от попыток построения каких бы то ни было типологий темпераментов, справедливо полагая, что четко выраженных типов темпераментов не существует. Ученый предложил заменить само понятие «тип темперамента» на понятие «интегральная индивидуальность», которая, в свою очередь, не предполагает существования четко выраженных типов.

 Еще сложнее дело обстоит с известными типологиями характеров. Ни одна из них не прошла соответствующей экспериментальной проверки и опытного подтверждения ее научной состоятельности, за исключением только предложенного К. Юнгом разделения людей на интровертов и экстравертов, подтвержденного факторно-аналитическими исследованиями Г. Ю Айзенка и других психологов. Кроме того, почти все существующие типологии характеров оказались разными как по названиям, так и по количеству выделяемых в них типов характера (сравни, например, типологии характеров по Теофрасту, А. Ф. Лазурскому, Э. Кречмеру, У. Шелдону, К. Юнгу, Э. Фромму, К. Леонгарду и другим). В свете этих фактов теряют методологический смысл рассмотрение и оценка психологических теорий личности с точки зрения того, присутствует или отсутствует в них определенная типология. Даже, если бы она тамбыла, то к ней, наверное, можно было бы отнести все высказанные выше замечания, касающиеся недостатков психологических типологий  темпераментов и характеров людей.

Критерий «характеристика законов развития личности» по содержанию соотносится с нашим параметром «круг явлений, объясняемых с помощью данной теории личности». Дело в том, что законы формирования и развития человека, как личности, входят в соответствующий круг психологических явлений, представляя собой частные случаи феноменов, относящихся к законам развития личности. Последний, четвертый критерий, выделенный С. Мадди – «способы объяснения личностных феноменов» — также примерно соответствует указанному выше параметру в нашей системе метанаучного анализа.

Таким образом, проведя сравнение между собой предложенных нами параметров и С. Мадди критериев анализа и оценки психологических теорий личности, можно сделать следующие выводы:

  1. Предложенные нами параметры в основном совпадают с критериями, заданными С. Мадди.
  2. Обе системы анализа отличаются друг от друга, поскольку с их помощью решаются разные методологические (метанаучные) задачи. Система критериев по С. Мадди предназначена для сравнения и безоценочной характеристики теорий личности, в то время как разработанная нами совокупность параметров преследует цель конструктивного критического, оценочного, рейтингового анализа теорий личности, и рассчитана на их дальнейшее совершенствование, исходя из высказанных в ходе анализа критических замечаний.

Следует, признать, что и сам С. Мадди в ходе проведенного им сравнения психологических теорий личности не ограничился только описанием их содержательных различий. Он предложил и определенные критерии соответствия этих теорий некоторому образцу, то есть фактически частично проделал ту же самую работу, которую в свое время предприняли мы, осуществляя конструктивно-критический метанаучный анализа теорий личности (см. указанные в списке литературы публикации).

В связи с этим, продолжая сравнение между собой предложенных С. Мадди критериев с оценочными параметрами, выделенными нами, можно обнаружить в этих двух системах еще больше общих моментов. Например, критерию «существенность (нетривиальность) теории личности», по С. Мадди, соответствует наш параметр «круг явлений, объясняемых с помощью данной теории личности». Критерий «рациональность» в системе С. Мадди содержательно пересекается с нашим параметром «определенность и точность формулировок понятий, используемых в теории». «Точность» в ряду оценочных критериев С. Мадди более или менее соответствует параметру «определенность и точность формулировок понятий» в нашей системе анализа.

Имеется, кроме того, соответствие между критерием «эмпирическая валидность», по С. Мадди, и двумя нашими параметрами:  «источники знаний о личности, на базе которых разработана теория личности» и «достоверность фактов, на основе которых путем их анализа и обобщения создана теория личности». Наконец, критерий «стимулирующий характер» С. Мадди непосредственно коррелирует (если воспользоваться этим термином в его образном, а не строгом научном, математико-статистическом значении) с содержанием параметра «круг явлений, объясняемых с помощью данной теории». И только критерию С. Мадди «экономность» в нашей системе параметров ни один из них напрямую не соответствует, хотя связанное с ним требование, передаваемое словами «иметь в теории простые и понятные утверждения», согласуется с содержанием предлагаемого нами параметра «определенность и точность формулировок понятий».

Все это позволяет нам несколько видоизменить и уточнить сформулированный выше вывод о наличии общего в системе параметров, по С. Мадди, и совокупности критериев, по нашей системе, изложить его следующим образом. В том случае, когда С. Мадди переходит от простого, безоценочного сравнения и описания психологических теорий личности к их анализу и оценке, к выявлению имеющихся в них недостатков, наш подход к решению данной задачи и подход С. Мадди практически совпадают.

Обратимся далее к сравнению параметров, заданных нашей системой конструктивно-критического анализа, с теми критериями, которые предлагаются в работе Л. Хьелла и Д. Зиглера. Проведем этот анализ по отдельным критериям, выделенным и описанным названными авторами, и сравним, как и предыдущем случае, эти критерии с параметрами, присутствующими в нашей системе метанаучного анализа.

«Верифицируемость теории» по Л. Хьеллу и Д. Зиглеру частично соответствует двум параметрам нашей системы: «определенность и точность формулировок понятий, используемых в теории» и «круг явлений, объясняемых с помощью данной теории». С последним из параметров в нашей системе метанаучного анализа также сочетается критерий, обозначенный Л. Хьеллом и Д. Зиглером как «эвристическая ценность» теории. Критерий «внутренняя согласованность» в системе сравнительного анализа и оценки теорий личности Л. Хьелла и Д. Зиглера не соответствует ни одному из параметров нашей системе метанаучного анализа. То же можно сказать и относительно критерия «экономность»: он также содержательно выпадает из совокупности предложенных нами параметров. Критерий «широта охвата» по своему содержанию практически полностью соответствует параметру «круг явлений, объясняемых с помощью данной теории» в нашей системе анализа. Наконец, критерию «функциональная значимость» в системе методологического анализа по Л. Хьеллу и Д. Зиглеру частично соответствует наш параметр «связь теории с практикой».

Общий вывод, который можно сделать на основе проведенного сравнения критериев анализа и оценки психологических теорий личности, предложенных Л. Хьеллом и Д. Зиглером, с параметрами, определенными в нашей системе метанаучного анализа, можно сформулировать следующим образом. В данной случае, как и в предыдущем, в основном наблюдается их совпадение. Причина некоторых, имеющихся в них расхождений, та же самая, которая выше называлась применительно к критериям С. Мадди. Это – разные методологические предпосылки и конечные целевые установки, лежащие в основе сравниваемых между собой систем анализа.

В заключение части исследования обратимся к сопоставлению критериев, предлагаемых К. С. Холлом и Г. Линдсеем, с параметрами, входящими в состав предложенной нами системы метанаучного анализа психологических теорий личности.

Критерий «допущения» в системе К. С. Холла и Г. Линдсея не вполне ясен по своему содержанию, если воспользоваться для его раскрытия теми словами, которые имеются в переведенной на русский язык работе авторов. Как критерий, он, по-видимому, не соответствует ни одному из выделенных нами параметров, если, конечно его не домысливать и произвольно не интерпретировать. Критерий «эмпирические определения» по содержанию более или менее соотносится с параметром «источники знаний о личности, на базе которых разработана теория». Критерий «операционализация основных теоретических понятий» в системе К. С. Холла и Г. Линдсея в целом соответствует предложенному нами параметру «определенность и  точность формулировок понятий, используемых в теории». Критерий «способность эксплицировать ранее не наблюдавшиеся эмпирические факты и отношения» достаточно близок по своему содержанию к одному из аспектов, касающихся параметра «круг явлений, объясняемых с помощью данной теории». То же можно сказать и относительно критерия «верифицируемость». Он содержательно раскрывается авторами обсуждаемого труда как «способность теории продуцировать предсказания, подтверждаемые при сборе соответствующих эмпирических данных». Он пересекается по своему содержанию с одним из проявлений названного выше параметра в нашей системе метанаучного анализа.

Критерий «широта» также недостаточно ясен по содержанию, отраженному в переведенной на русский язык книге указанных выше авторов, и, кроме того, в существующем его переводе он не вполне соответствует значению русского слова «широта». То же относится и к критерию «интегрируемость». Хотя его реальное научное содержание является более определенным, чем переводное значение термина «широта», тем не менее, в имеющемся в нашем распоряжении переводе оно также не вполне соответствует значению русского слова «интегрируемость». Можно, кроме того, констатировать, что данный критерий сомнителен с методологической точки зрения. Он больше соответствует требованиям, предъявляемым к теориям, разрабатываемым в точных, естественных науках, таких, например, как математика, физика, химия, чем требованиям, характерным для гуманитарных наук, к которым относится психология. Сказанное касается и такого критерия, как «простота, или экономичность», который авторами рассматриваемой работы называется, но содержательно никак не раскрывается.

К. С. Холл и Г. Линдсей, как и С. Мадди, предлагают не только критерии для описания и сравнения между собой теорий личности, но и некоторые формальные признаки, которыми можно воспользоваться для их оценки. Поэтому в заключение сравним с предложенными нами параметрами те формальные признаки, которые К. С. Холл и Г. Линдсей рекомендуют использовать для оценки уровня научной разработанность психологических теорий личности – ясность и точность, связь с эмпирическими феноменами, способность порождать новые исследования и наличие в теории так называемых «сущностных» признаков.

Критерий «ясность и точность» в нашей системе метанаучного анализа соответствует параметру «определенность и точность формулировок понятий, используемых в теории». Критерий «связь теории с эмпирическими феноменами» более или менее укладывается в содержание параметра с названием «источники знаний о личности, на базе которых разрабатывается теория» Критерий «порождение новых опытных исследований» по своему содержанию пересекается с тем же параметром в нашей системе анализа. Что касается последнего из указанных выше оценочных критериев К. С. Холла и Г. Линдсея,  то с ним по причине его содержательной неясности нет оснований сравнивать предложенные нами параметры.

Частный вывод, который можно сделать на основе сравнения наших параметров с критериями и формальными признаками К. С. Холла и Г. Линдсея, звучит так: обе системы анализа имеются в своем содержании гораздо больше общего, чем различного.

Подводя итог проведенному сравнению выделенных названными выше зарубежными авторами критериев и оценочных показателей с тем параметрами и признаками, а также конкретными показателями, которые представлены в предложенной нами системе конструктивно-критического метанаучного анализа психологических теорий личности, можно сделать следующие обобщающие выводы:

  1. В сравниваемых между собой системах анализа имеется немало общего, а существующие в них различия касаются главным образом методологических оснований их разработки, целенаправленности и реального содержания оценочных критериев, параметров, показателей и признаков.
  2. Система параметров, признаков и показателей, разработанная и апробированная в наших исследованиях, в отличие от совокупности критериев, заданных зарубежными авторами, является более дифференцированной и точной. В ней использовано единое логическое основание для выделения оцениваемых параметров – соответствие рассматриваемой теории эталонной модели теории личности. Каждый оцениваемый параметр в нашей системе, кроме того, подробно расписан через указание на его конкретные признаки (операционализирован), и для каждого такого признака предложена дифференцированная шкала количественных оценок.

Литература

  1. Мадди С. Теории личности. Сравнительный анализ. – СПб, Изд-во «Речь», 2002. – 539 с.
  2. Холл К. С., Линдсей Г. Теории личности – М., Изд-во АПРЕЛЬ-ПРЕСС, ЭКСМО-ПРЕСС, 1999. – 591 с.
  3. Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности. – СПб, Москва …, Изд-во «Питер», 1998. – 606 с.
  4. Яценко Д. А. Критерии, признаки и процедура методологического анализа психологических теорий личности //Актуальные проблемы психологического знания. Теоретические и практические проблемы психологии, № 1 (26), январь – март 2013. – С. 22-34.
  5. Яценко Д. А. Методологический анализ теории и практики формирования личности. – М., Московский институт психоанализа, 2013. – 220 с.
  6. Яценко Д. А. Основы конструктивно-критического метанаучного (методологического) анализа теорий, экспериментальных исследований и практических методов работы с личностью. — М., Московский институт психоанализа, 2014. — 304 с.
  7. Яценко Д. А. Принципы методологического анализа научных теорий личности // Актуальные проблемы психологического знания. Теоретические и практические проблемы психологии, № 4 (21), октябрь – декабрь 2011. – С. 25-40.
  8. Яценко Д. А. Процедура и техника проведения методологического анализа научных теорий личности. – Вестник ТвГУ. Серия «Педагогика и психология». 2012 г., Выпуск 1. – С. 12-23.
    Сравнение критериев, предложенных зарубежными авторами для оценки психологических теорий личности, и параметров, входящих в состав разработанной нами системы конструктивно-критического метанаучного психологического анализа теорий личности
    Настоящее сообщение включает исследование, направленное на непосредственное сравнение выделенных нами параметров (показателей и признаков), предназначенных для анализа психологических теорий, экспериментальных исследований и методов работы с личностью, с теми критериями и признаками, которые были заданы зарубежными специалистами. В процессе исследования были проведены сравнение и анализ всех критериев, названных перечисленными зарубежными авторами, с теми параметрами, которыми были выделены нами.
    Written by: Яценко Денис Александрович
    Published by: БАСАРАНОВИЧ ЕКАТЕРИНА
    Date Published: 02/28/2017
    Edition: ЕВРАЗИЙСКИЙ СОЮЗ УЧЕНЫХ_25.07.15_07(16)
    Available in: Ebook