30 Апр

ПАРАДИГМАЛЬНЫЙ ПОДХОД К ИЗУЧЕНИЮ КУЛЬТУРЫ (НА ПРИМЕРЕ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIX ВЕКА)




Номер части:
Оглавление
Содержание
Журнал
Выходные данные


Науки и перечень статей вошедших в журнал:

Многообразие подходов к изучению культуры ставит перед исследователем задачу выбора метода, который соответствует сущности самого феномена. В современной культурологии этому критерию отвечает антропологический подход, но не в традициях культурантропологии и социальной антропологии, а тогда, когда он имеет всеобъемлющий характер и возведен в ранг парадигмы.

Термин «парадигма» происходит от греческого  paradeigma — «пример», «образец». Этимология слова как нельзя лучше отражает сущность того, чем является парадигма – образцом мышления, характерного для той или иной культурно-исторической эпохи. В широком смысле парадигма определяется как набор убеждений, ценностей, образцов решения конкретных задач, исследования конкретных вопросов. В целом, она задает тот круг проблем, которые имеют смысл и принципиально решаемы. Некоторые из парадигм имеют философскую природу, они общи и всеохватны, другие – руководят научным мышлением в довольно специфических областях. На этой основе  в современных философских теориях строится «парадигмальный» [10] подход к исследованию явлений разного порядка.

История введения в науку термина «парадигма» насчитывает уже около пятидесяти лет. Приемлемым теоретическим концептом систематизации философско-антропологических учений является внесенное Т.Куном в философию науки понятие «парадигма» для характеристики общепризнанных научных достижений. Современный исследователь сталкивается с поливариантностью этого понятия, применение которого можно встретить в как в естественных науках, так и в философии, культурологии, психологии, социологии и др.

Вклад в развитие методологии философских парадигм внесли такие отечественные исследователи,  как Н.Б.Бакач [1], В.А.Конев [6],  Н.С.Розов [9],   В.С.Степин [10,11] и другие. В их трудах обосновывается правомерность  использования «парадигм» не только в научном, но и философском знании,  что значительно расширяет рамки применения понятия «парадигма» и актуализирует его для гуманитарных исследований.

Концепция философских парадигм, развивавшихся в западной философии, выработанная В.А. Коневым, выступает в качестве одного из основных  методологических  постулатов для обоснования антропологической парадигмы. «Антропологическая парадигма, обращаясь к проблемам человеческой сущности, делает основанием новой философской парадигмы размышление над проблематикой человеческого мира» [6, с. 29].  Важность  антропологической парадигмы для исследователя культуры вытекает из следующего положения:  «Парадигма existenz повернула философскую мысль к человеку. А неуловимость для рационального мышления неповторимого и единственного бытия человека как личности заставила философию искать этому индивидуальному бытию замещающий объект, который был бы объективным бытием человека, репрезентировал бы его и одновременно был бы доступен рациональному размышлению. Таким бытием выступает культура. Она объективирует в себе человека как возможность становления его бытия и его судьбы — его индивидуальности. Культура является необходимым условием и пространством существования, жизни и деятельности человека. Философская мысль, стремящаяся постигнуть человеческое бытие через культуру, должна стать философией культуры и сделать культуру объектом своих размышлений» [6, с. 63].

Идеи того, что философия представляет собой рефлексию над основаниями культуры выдвигают многие отечественные философы, среди которых В.С.Библер [3], П.С.Гуревич [5], М.К.Мамардашвили [8]. Под основаниями культуры понимается обобщенная система мировоззренческих представлений и установок, которые формируют целостный образ человеческого мира. Речь идет о так называемых, «культурных, мировоззренческих универсалиях» [11, с. 9], систематизирующих и аккумулирующих человеческий опыт. Культурные универсалии являются онтологическими и экзистенциальными константами человеческого существования. Каркас антропологической парадигмы  строится именно на  универсалиях культуры, что наглядно подтверждается обращением к широкому философскому и художественному контексту.

Применение обозначенных теоретических обоснований к исследованию русской культуры второй половины XIX века позволяет отчетливо выявить существование «особой антропологической парадигмы» [7, с. 55], принципиальным отличием которой является то, что она разворачивается на всем поле русской культуры исследуемого периода, охватывая и философию, и искусство.

Анализ антропологической парадигмы русской культуры второй половины XIX века приводит к следующим выводам:

  1. Антропологическая парадигма русской культуры видится как культурно-национальная, историческая форма парадигмальности, которая является более  широким    понятием  относительно  понятия «парадигма». И  хотя антропологизм изначально  —  западноевропейское явление, именно в культуре России он проявил себя в статусе парадигмы.  Отсюда – всепроявленность антропологической тематики и в философии, и в искусстве.
  2. Антропологическая парадигма – принципиально многомерна, проявляет себя во всем многообразии философских и художественных «текстов» (в самом широком смысле). Различные виды искусства, философия взаимно отражают друг друга, и взаимно отражаются друг в друге.
  3. Антропологическая парадигма принципиально рефлексивна (философия — по своей сути, а литература и живопись – в силу своего материала, особенностей художественного языка).
  4. Назначение антропологической парадигмы состоит в рассмотрении бытия человека с позиции самоценности любого человека, его точки зрения, его голоса в общем «хоре», и вместе с тем,  уникальности бытия каждого индивида [4]. Культурная функция антропологической парадигмы в том, чтобы создать  единый  облик  русской культуры ХIХ века как культуры, основанной на «идее человека» (М.М. Бахтин).
  5. Каркасом антропологической парадигмы выступают такие культурные универсалии, как «народ», «народ как великая личность» [4, с. 95], «человек как высшая ценность», «страна», «национальная идея», «свобода», «правда как истина» и другие.
  6. Антропологическая парадигма ориентирует на саморазвитие, самодетерминацию, индивидуализацию человека, в этом ее ценностно-регулятивный и системный аспект. Культура всегда ориентирована на адресата — потребителя художественных ценностей. Художественная культура – специфическая практика такого личностного и духовного роста, и парадигма фиксирует эту действенно-практическую особенность: практика выращивания и сохранения внутреннего мира индивида.
  7. Антропологическая парадигма организует не только предметное содержание (бытие человека), но и его восприятие. Обязательным элементом являются культурные институты «посредничества»:  феномен критики и самокритики: писатели  — не только писатели, а критики, граждане, общественные деятели; музейная и выставочная деятельность; церковные, учебные заведения, предоставляющие трибуну и кафедры  и многое другое. Все это  выступает показателем того, что  антропологическая парадигма в определенном смысле формировала институты, через которые возможно было осваивать духовные ценности.

Выделенные характеристики не исчерпывают всего методологического и теоретического содержания антропологической парадигмы как формы парадигмального анализа. Но достоверно подтверждают его гуманистическую ценность и перспективность для изучения разных периодов культуры.

Список литературы:

  1. Бакач Н.Б. Культурная парадигма как объект социально-философского анализа: дисс. … канд. философ. наук: 09.00.11 / Волгоградский гос. пед. ун-т. – Волгоград, 1998. – 157 с.
  2. Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М.: Искусство, 1986. – 445 с.
  3. Библер В.С. От наукоучения к логике культуры: Два философских введения в двадцать первый век. М., – 413 с.
  4. Бурлина Е.Я. Межкультурная коммуникация. Толерантность: Избранные статьи, исследования, проекты. 1997-2007. Самара: [Самарское книжное издательство] , 2007. – 304 с. : ил, портр.
  5. Гуревич П.С. Антропологический «ренессанс» как философская проблема // Философия человека: Традиции и современность: сб.обзоров ИНИОН АН СССР. – М., 1991. Вып. 2. – С. 5-25.
  6. Конев В.А. Социальная философия. Самара: Самар. ун-т, 2006. – 283 с.
  7. Конева Л.А. Антропологическая парадигма в русской религиозной философии / Философия культуры: межвуз. сб. науч. ст. – Самара: Изд-во «Самарский университет», 1995. – С. 54-62
  8. Мамардашвили М.К. Проблема человека в философии // О человеческом в человеке. – М., 1991. – С. 8-22.
  9. Розов Н.С. Рациональная философия истории: ценности, сферы бытия и динамические стратегии // Гуманитарные науки в Сибири. – 1997. – № 1. – С. 40-44.
  10. Степин В.С. Парадигмальные образцы решения теоретических задач. – М., 1998
  11. Степин В.С. Философский анализ универсалий культуры // Гуманитарные науки. – 2011. – №1. – С. 8 –15.
    ПАРАДИГМАЛЬНЫЙ ПОДХОД К ИЗУЧЕНИЮ КУЛЬТУРЫ (НА ПРИМЕРЕ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIX ВЕКА)
    В статье рассматривается актуальность применения парадигмального подхода к изучению культуры на примере русской культуры второй половины XIX века. Исследование философского и художественного содержания русской культуры позволило автору статьи выявить существование антропологической парадигмы и выделить ее характерные черты.
    Written by: Скотникова Нина Станиславовна
    Published by: БАСАРАНОВИЧ ЕКАТЕРИНА
    Date Published: 04/03/2017
    Edition: ЕВРАЗИЙСКИЙ СОЮЗ УЧЕНЫХ_30.04.2015_04(13)
    Available in: Ebook