25 Авг

МЕСТО ИГРУШКИ В ИГРОВОЙ КУЛЬТУРЕ СОВРЕМЕННОГО ОБЩЕСТВА НА ПРИМЕРЕ МАЗЫКСКОЙ ИГРУШКИ




Номер части:
Оглавление
Содержание
Журнал
Выходные данные


Науки и перечень статей вошедших в журнал:

На протяжении всей истории игровая культура являлась неотъемлемым аспектом жизни человека. В различных областях науки отношения исследователей к игре неоднозначны. Концепция игры рассмотрена в трудах Й. Хейзинга, Э. Финка, Ортега-и-Гассета и других ученых [10].

Если Й. Хейзинг считает, что игра старше культуры и берет свое начало с игр животных, то философ Э. Финк определяет игру как неотъемлемый способ существования, характерный только для человека и не свойственный животному миру. Это утверждение вытекает из понимания им фантазии: «проницая все  сферы человеческой  жизни,  фантазия  все же  обладает  особым  местом, которое можно счесть ее домом: это игра, что присуща лишь человеку». (Э. Финк) [9, с. 357 – 402].

В трудах испанского философа и социолога Х. Ортега-и-Гассет представлена концепция массовой игры,  где ученый противопоставляет массовую культуру игры игре отдельного человека. По его мнению, масса портит индивидуальность [5, с. 352]. Данное утверждение весьма спорно, поскольку масса может влиять как отрицательно, так и положительно на индивидуума, в зависимости от направленности субкультуры массы и  направленности отдельного человека. Вместе с тем, очевидна зависимость между индивидуальной и массовой игровыми культурами. Для нашего времени размышления Х. Ортега-и-Гассета особенно актуальны в связи с расширением форм и видов субкультур, как позитивно направленных (добродетельных, волонтерских, экологических и т.д.), так и негативного (сектантского, военизированного, террористического  и др.)  толка.

Некоторые известные психологи, такие, как Э. Берн, С. Миллер, 3. Фрейд считают, что игра является одним из компонентов человеческой психики, где сама мотивация не всегда влияет на развитие человека положительно [1].  Так, современные психологи считают, что, несмотря на огромные удобства интернет пользования, при задействовании различных субкультур в единое поле пространственного мышления, виртуальная игра может привести к деградации сознания всего человечества. В спорах о роли виртуальных компьютерных технологий обнаруживаются не только положительные факторы создания мирового интегрального виртуального пространства, но в большей степени и негативные тенденции  [8].

В биологии игра относится к теории избытка сил. Так в трудах Ч. Спенсера и В. Вильгельма игра предстает как объект анализа на различных этапах фило — и онтогенеза [7]. В педагогике игра рассматривается в качестве элемента воспитания личности, что отражено в работах Л.С. Выготского, Н.П. Аникеевой, С.А. Макаренко и др. [2] Социологический взгляд на феномен игры обусловлен его функционированием в общественной жизни и ярко содержится в концепции  С.А. Кравченко [4].

Поскольку игра является моделью, прообразом человеческого существования, а чаще – самой бесконечно многообразной жизнью, игра так же,  как и жизнь – полифункциональна. Игра несет в себе несколько функций, таких, как игровая, познавательная (исследовательская), воспитательная, аксиологическая, развивающая и др. Исследованию функций игры посвятили свои труды Г. Спенсер и К. Гросс [6]. Впоследствии появились аналогичные работы и отечественных исследователей – Д.Б. Эльконина,  Л.С. Выготского и пр. [11].

Из всех функций, свойственных деревянной игрушке, выделяется воспитательная, основанная на прививании культурных ценностей. Как культура неотделима от человека, так и игра нераздельна с игрушками! Поколения людей воспитываются на игрушках. Но какую пользу приносят современные игры, можно лишь догадываться по видам игровой деятельности современного поколения: виртуальная реальность, мультипликационные герои, аттракционы, боевой интерактив и т. д.

Краткий анализ проведенных исследований в области игровой культуры наглядно свидетельствует, что место игрушки в современном обществе еще не достаточно определено. Исследователь в области народного искусства Г.Л. Дайн в своих трудах неоднократно обращает внимание на значимость традиционного игрушечного промысла, на потребность развития народного ремесла и в современных условиях. В данной отрасли все же существует «незримый механизм самосохранения традиционной культуры у целого народа», который сохраняет, в том числе, и мастерство отечественного народного промысла русских деревянных игрушек [3, с. 4].

В наше время продолжают работать отдельные мастера,  мастерские и фабрики по изготовлению русской деревянной игрушки, получившие мировую известность – сергиево-посадские, полхов-майдановские, городецкие и семеновские. Но среди известных народных игрушек малоизученной является мазыкская деревянная игрушка. В данном исследовании мы рассмотрим роль этой народной малоизвестной деревянной игрушки, которая представляет собой ценностно-игровой аспект современного Ивановского края.

В ходе данного исследования была организована поездка в «Музей – Заповедник Народного быта» (Ивановская область), а так же состоялась встреча с современным исследователем и мастером по изготовлению традиционной топорной игрушки Игнатием Колтышевым. Мастер полагает, что эти игрушки ведут свои дальние корни от мастеров – мазыков, происходивших из офенской культуры, существовавшей в конце XVIII – начале XIX вв.

Мазыкская игрушка – это топорная игрушка, которая распространялась на территории бывшей Владимирской губернии, в частности, на границе савинской и южской территорий.  В «Музее – Заповеднике Народного быта» Ивановской области представлены сохранившиеся деревянные игрушки мазыкского промысла. «Такие игрушки были малоизвестными, потому как их вырубали (топором или ножом из сучков и кусочков дерева) семьями для своих детей. Получше вырезали в подарок, а так же офени торговали на ярмарках», – говорил И. Колтышев. В ходе сравнительного анализа русских деревянных игрушек наблюдается явное сходство мазыкской игрушки с традиционными изделиями северных, богородских и савинских мастеров.

Игнатий Колтышев сохраняет традиции старинного промысла и передает свои навыки последующему поколению. Мастер участвует на различных ярмарках, а так же в «Музее – Заповеднике Народного Быта» дает свои мастер-классы. По словам И. Колтышева, с  культурой и  богатой историей мазыкского промысла мастер соприкоснулся вплотную на семинарах историка и этнографа А.А. Шевцова.

В 80-х гг., А.А. Шевцов проводил исследование среди коробейников – офеней. Офени, называвшие себя мазыками, являлись потомками скоморохов осевших на землях некогда Владимирской губернии. Сейчас это места находящиеся на территории Савинского и Южского районов Ивановской области. Само название мазыки или масыги произошло от перевернутого слова «сам» – «мас», происходившего из древней культуры масыгов. А.А. Шевцов рос в поселке Савино, где ему посчастливилось общаться со старым плотником – мастером, который вырезал топором эти самые мазыкские игрушки и являлся прямым потомком этих самых мазыков.

«Игрушка рубилась «грубо», и если ребенок отбирал игрушку, значит готово. Это нам, взрослым кажется, что надо все доточить, отшлифовать. Ребенку или маме игрушка нужна для решения жизненных задач: поиграть, занять внимание, обучить», – рассказывал старый плотник – мастер. И действительно, если внимательно изучить народную игрушку северных областей, нижегородской, московской, вологодской губерний, то можно увидеть, что их форма примитивно проста. К примеру, если современная машинка имеет форму трактора, то мазыкская игрушка с едва уловимыми контурами машинки может быть и пожарной, и полицейской, и любой другой, в зависимости от воображения ребенка и придания определенной роли игре.

Кроме того, само изделие было больше, чем игрушка, сама рубка была действом, зрелищем. И сейчас за самобытным процессом интересно наблюдать на мастер-классах в «Музее – Заповеднике Народного Быта», который находится в 18 км от г. Иваново, и на многих выставках ремесленников. Вокруг рубщика собираются дети, взрослые, а некоторые пробуют рубить сами, а затем приходят к мастеру обучаться.

Основные отличия мазыкской игрушки от других деревянных игрушек состоят в том, что она проста, топорная по виду и остается со следами рубки. Игрушка не повторяет исходные завершенные формы, а очерчивает  символическую линию – обобщенную идею птицы, зверя, различных предметов. В результате игрушка выглядит очень выразительно с очерченным характером.

В наше время игрушки выполняют множество социально-культурных функций. Но традиционная игрушка делалась и в качестве оберега, т.е. преобладала сакральная культура. Мазыкские игрушки являлись и оберегами вроде панночек и панков, способными дать здоровье или защиту дома. «Мы точно знали, какие игрушки можно брать руками, а к каким прикасаться нельзя. И не потому, что запрещено, а потому что не полагается…», – рассказывал старый плотник А.А. Шевцову.

Объектами, выраженными в игрушке, является сам человек и окружающий его мир во всех его проявлениях от животных до божественных. Стремление еще раз проиграть историю, повторить мир в образах игры является потребностью человека. В определенном смысле, игрушка, неся воспитательную функцию, отражает дух народа. Она – его мать, хранительница мира. Человек всегда игрушками играет жизнь и творит мир, и если ему что-то не нравится, то он можем и переиграть. И такая традиционная игрушка как мазыкская – отражение мировоззрения, духа того сообщества, в котором она зародилась и развивалась. И не случайно, она не делалась потоком на продажу, так как сама рубка являлось действием, направленным на улучшение жизни семьи.

При анализе исследования игровой культуры современного общества на примере традиционной деревянной игрушки мазыкского промысла была выявлена некая черта двойственности. С одной стороны, современное общество стремится за новейшими разработками, а с другой – к сохранению и развитию традиционной культуры и искусства. Невозможно полностью поменять русский национальный характер на искусственную среду игровой культуры современного общества.

Список литературы

  1. Берн Э. Люди, которые играют в игры. М., 1988.; Миллер С. Психология игры. СПб.; Фрейд об искусстве. Спб., 2005.
  2. Выготский Л.С. Игра и ее роль в психическом развитии ребенка // Во­просыпсихологии. № 6, 1966; Аникеева, Н.П. Психологический климат в коллективе. М., 1989. – 224 с., Макаренко А.С. Коллектив и воспитание личности. М., 1972. – 342 с.
  3. Дайн Г.Л. Игрушка в культуре России. Сергиев Посад – мастерская игрушки, книга 3. Сергиев Посад, 2011. – 232 с. С.4.
  4. Кравченко С.А. Играизация российского общества. // Общественные науки и современность. № 6, 2002. – С. 143-155.
  5. Ортега-и-Гассет Х. Восстание масс. М., 2008. – С. 352
  6. Спенсер Г. Воспитание умственное, моральное и физическое. 1861; Гросс К. Душевная жизнь ребенка. Киев, 1916.
  7. Спенсер Ч. Основания психологии Текст. СПб., 1997. – 431 с.; Вильгельм В. Этика. СПб., 1887.
  8. Ульянов А., Лайтман М. Психологоя интегрального сообщества. М., 2011г. – 256с.
  9. Финк Э. Основные феномены человеческого бытия. // Проблемы человека в западной философии. М., 1988. – С. 357–402.
  10. Хейзинга Й. Человек играющий. СПб., 2011. – 416 с.; Финк Э. Основные феномены человеческого бытия. М., 1988. С. 10; Ортега-и-Гасет Х. Дегуманизация искусства. М., 1991. – С. 218 — 260
  11. Эльконин Д.Б. Теории игры. М., 1997; Выготский Л.С. История развития психических функций. // Сборник. М., 2002. – С. 512-755.
    МЕСТО ИГРУШКИ В ИГРОВОЙ КУЛЬТУРЕ СОВРЕМЕННОГО ОБЩЕСТВА НА ПРИМЕРЕ МАЗЫКСКОЙ ИГРУШКИ
    В статье рассматривается игровая культура современного общества на примере малоизвестного народного промысла деревянной игрушки Ивановского региона. Выделены особенности игровой культуры в наше время методом культурно-исторического анализа. Проведено исследование в области мазыкской деревянной игрушки.
    Written by: Ветрова Людмила Михайловна
    Published by: Басаранович Екатерина
    Date Published: 12/09/2016
    Edition: euroasia-science.ru_#29_25.08.2016
    Available in: Ebook