30 Апр

РЕФОРМЫ В СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СФЕРЕ В РОССИИ ПОСТСОВЕТСКОГО ПЕРИОДА




Номер части:
Оглавление
Содержание
Журнал
Выходные данные


Науки и перечень статей вошедших в журнал:

Успешность осуществляемого политического курса, в том числе проведение социально-экономических реформ зависит во многом от способности, умения субъекта управления овладеть механизмом действия социальных законов, использовать этот механизм в интересах общества.

Законы общественного развития (социальные законы) не проявляются столь одномерно, прямолинейно, как законы природы. Социальные законы — это, прежде всего законы тенденции, на результаты которых влияет множество самых разных факторов. Социальные законы проявляются посредством деятельности людей, через различные формы их взаимодействия, на разных уровнях. Успешность любого социального действия, в том числе и реформирования социально-экономической сферы как наиболее сложного, комплексного вида социального управления, возможна лишь при учете и научном анализе механизма действия социальных законов, сложной системы их взаимовлияния и взаимообусловленности.

С января 1992 г. в России начался переход к рыночной экономике, то есть рыночные реформы в социально-экономической сфере. Методом вхождения экономики в рынок была избрана «шоковая терапия», исходившая из веры в чудотворную, универсальную способность рынка быстро изменить положение в обществе, достичь экономической свободы. Радикально настроенные политические лидеры (Б. Ельцин, Е. Гайдар, А. Чубайс и др.) обещали быстрое общественное переустройство на рыночных началах, превращение большинства населения в «средний класс» с достойным уровнем жизни.

Первая мера правительства — введение свободных цен должна была определить рыночную стоимость товаров, ликвидировать товарный дефицит, открыть простор конкуренции между отраслями и предприятиями. Другая мера — либерализация торговли была призвана ускорить товарооборот, создать инфраструктуру по сбыту отечественной и импортной продукции. Следующая мера — приватизация жилья, госпредприятий ставила целью превратить массы населения в собственников, привить чувство хозяина, создать мотивацию трудовой и в целом предпринимательской деятельности.

Гайдар и его сподвижники предлагали положиться на рынок как универсальное средство и орудие структурных изменений в экономике: свободные цены были призваны выделить те товары и тех товаропроизводителей, которые были в тот момент востребованы обществом, отказаться от тех, которые были не нужны. В целом предложенная формула экономических реформ соответствовала классической модели экономического либерализма А. Смита.

Из проводившихся в 1990-х годах социально-экономических реформ исчезло главное, основное структурное звено, ради которого и проводятся социально-экономические преобразования, — человек труда, производитель, его социальное положение. Ведущей мотивацией труда стала исключительно ориентация на сугубо денежное выражение, а сами деньги, возведенные в абсолют, абсолютную общественную ценность, оказались оторванными от содержания и результатов труда.

В обстановке ослабления тоталитарной системы в СССР сложились объективные предпосылки для крушения самой общественной системы, основанной на внеэкономических принципах организации и функционирования, что и произошло в начале 1990-х годов. Возможность распада СССР коренилась в тех принципах, на которых была основана советская общественная система.

Россия вновь обозначила собственное положение в мировом цивилизационном         пространстве      в        качестве     «догоняющей» модели общественного развития (по отношению к западной цивилизации).

Само общество в абсолютном своем большинстве, включая субъекты управления — государство, хозяйственно-экономические структуры, не было готово к рыночным реформам, плохо представляло их суть не только в масштабах страны, но и на собственном предприятии.

Как часто бывает, в условиях теоретической неразработанности модели социально-экономического развития, отсутствия четко определенных критериев, ориентиров перехода крынку, наличия времени для подготовительных мероприятий общество от тотальной системы, господствовавшей в течение десятилетий, осуществило переход к собственной противоположности — к системе безо всяких ограничений, к абсолютной свободе.

Содержание политического курса 1990-х годов (а во многих чертах и в последующие годы) было основано сугубо на большевистских подходах, перенесенных в формировавшийся рыночный механизм.

Во-первых, рыночные большевики игнорировали интересы и первостепенные нужды народа, оказывались неспособными принимать эффективные меры по улучшению материального благосостояния общества.

Во-вторых, в 1990-е годы произошло тотальное разрушение прежних социальных отношений, как это сделали ортодоксальные большевики в 1917 г. Полностью отбрасывал ось созидательное начало социальной конструкции и на передний план выходили деструктивные тенденции. Отсутствовала и до сих пор отсутствует рассчитанная на перспективу социально-экономическая стратегическая программа, основанная на началах реальной экономики, объективных экономических законов.

В-третьих,   рыночные большевики        продолжили       начатую     их предшественниками политику отчуждения трудящихся от экономической, социально-политической, духовной жизни. Простой человек, трудящийся по-прежнему играет роль «винтика» в громоздкой машине рыночно большевистского бюрократизма.

В-четвертых, рыночному большевизму свойственна утонченная социальная демагогия, прикрываемая лозунгами благосостояния, демократии, свободы, своеобразная игра в демократию. Выборы как один из элементов демократии превращены в политический фарс.

В-пятых, с 1990-х годов общество вновь оказалось в состоянии раскола на демократов и коммунистов.

В-шестых, незащищенность человека от произвола власти, государства, беззаконие, переходящее в политико-правовой беспредел.

В-седьмых, уравнительный характер отношений в обществе, начало которому положила ваучеризация страны. В результате так и не появился слой собственников средний класс, придающий обществу социальную устойчивость, стабильность.

В-восьмых, рыночные большевики, как и их предшественники, не заинтересованы в развитии производства, а занимаются в первую очередь совершенствованием системы распределения. Пример тому — мизерные добавки к зарплатам бюджетников, которые тут же съедаются инфляцией; отсутствие в стране современного производства, современных технологий; нарастание лежащего без движения Стабилизационного фонда и т.п. Денежное производство и обращение действуют автономно от товарного производства: банковская система фактически оторвалась от производства и функционирует самостоятельно.

В-девятых, для рыночных большевиков характерно игнорирование таких непреходящих ценностей, как культура и образование, которые всегда финансировались по остаточному принципу.

В-десятых, полная безответственность, безнаказанность за проступки, ошибки, преступления режима против народа — своеобразная вакханалия власти, обеспечившей громадные привилегии для правящей верхушки и нищету для абсолютного большинства общества.

Вышеперечисленные признаки составляют содержание современного рыночного большевизма, основанного на прежних, хорошо известных социальных и нравственных ценностях. Большевизм как радикальная идеология изменил свою форму, но не изменил базовых ценностей, продолжая оставаться господствующей идеологией социально­-экономических преобразований.

С определенной степенью условности можно утверждать, что начавшиеся в 1990-е годы социально-экономические реформы с доминирующей тенденцией первоначального накопления капитала, с социальными проблемами раннего капитализма, отбросили страну к рубежу XIX-XX вв., когда подобные процессы набирали силу в России. Передовые страны Запада прошли этот этап гораздо раньше.

Сам процесс первоначального накопления капитала и его конечная и в то же время бесконечная, постоянно возобновляемая цель — умножение прибыли, капитала, представляется тяжелой социальной и нравственной болезнью, поражающей человека. На определенном этапе, после удовлетворения насущных потребностей, личное обогащение утрачивает всякий смысл, превращается в самоцель, единственный источник и интерес жизни, затмевающий все иные потребности и интересы. Разложение от уровня отдельной личности захватывает целые социальные слои, в конечном счете и все общество, не способное поставить разумные преграды на этом пути. Происходит мощная деградация населения, постоянно заражаемого накопительством, идеей обогащения любыми даже преступными средствами.

Вместе с тем либерализация цен позволила решить ряд тактических задач — финансовую несбалансированность в экономике; ликвидировать излишнюю денежную массу, образовавшуюся в результате инфляционной денежно-кредитной политики прошлых лет; создать предпосылки для более эффективного, распределения производственных ресурсов; ввести конкурентные начата в поведение и взаимодействие предприятий; устранить товарный дефицит и резко уменьшить ажиотажный спрос населения.

Одной из ведущих сторон правительственной идеологии рыночных реформ стала концепция превращения широких масс в слой собственников, в «средний класс» путем про ведения приватизации. Однако вскоре после начала ваучерной приватизации стал очевиден провал широко разрекламированной кампании «народной приватизации».

В итоге приватизации не удалось создать конкурентоспособную среду в сфере производства, содействовать демонополизации экономики. Не оправдались надежды на денежную приватизацию как источник доходов государственного бюджета. Произошло резкое усиление социальной дифференциации не только по доходам, но и по имуществу.

Феномен монополизма в современной России отличает и такое явление, как формирование государственно-монополистического капитализма, социально-экономическую основу которого составляет сращивание государственной бюрократии с коммерческими и бизнес — структурами. Такая форма взаимодействия бизнеса и бюрократии делает экономику неэффективной мешает преодолению монополизма.

Конкурентоспособность как феномен социально-экономического развития в условиях рынка неизбежно порождает отношения собственности. Одной из стратегических задач рыночного реформирования стала задача формирования частной собственности и собственника, а на этой основе обеспечения максимально благоприятных условий для конкурентоспособности как средства преодоления монополизма.

Современная Россия опирается на традиционные, исторически сложившиеся ресурсные факторы конкурентоспособности полезные ископаемые, лес, территорию.

Необходимым условием эффективности осуществляемых преобразований является рациональное сочетание национальных социально-экономических традиций и зарубежного опыта. Речь идет о соотношении ценностных систем в структуре социально-экономических отношений. Каждая общественная система опирается на национальные традиции, ценности и социальные идеалы. Российские реформаторы при осуществлении рыночных преобразований исходили из западной модели перехода к рынку, не учитывали российской

специфики. Другой отличительной особенностью русской национальной традиции в социально-экономической сфере было сохранение коллективного характера труда и образа жизни.

Многие отечественные экономисты весьма критично оценивают итоги социально-экономического развития в 1990-е годы, обращая внимание на несостоятельность теоретико-методологических основ реформирования социально-экономической сферы.

В течение 1990-х годов в социально-экономической сфере нарастали негативные явления, вызванные как объективными причинами (ухудшение демографической ситуации, доставшееся в наследство от предыдущих десятилетий), так и ошибками, просчетами в управлении, отсутствием научной методологии развития общества и его подсистем, а как следствие отсутствием стратегических целей и приоритетов общественного развития.

В целом курс реформ к 2000 г. в главных своих характеристиках оказался малоэффективным, привел к ряду негативных последствий в социально-экономической сфере.

Пришедшее в 2000 г. к власти новое политическое руководство России столкнулось с тяжелейшим грузом социально-экономических проблем, накапливавшихся в течение всех 1990-х годов, порожденных про счетами предшественников.

Модель управляемого государства (демократии) появилась в связи с неспособностью субъекта управления организовать жизнедеятельность общества в условиях углубления демократических принципов и норм.

Россия исторически не выработала модели функционирования общественных подсистем в условиях демократии, которая еще в 1990-е годы была сведена к формальным, внешним признакам.

В период с 2000 г. политическое руководство России, стремясь определить наиболее значимые приоритеты социально-экономического развития страны, выдвигало программы борьбы с бедностью, улучшения демографической ситуации, преодоления детской беспризорности и безнадзорности, внедрения здорового образа жизни и др. Большая часть предлагавшихся программ осталась нереализованной, так как в основе их лежала прежняя теоретико-методологическая платформа, не предполагавшая ориентации на решение общественно-значимых задач. Назревшие проблемы и болевые точки общества оставались неразрешенными, противоречия нарастали. Правительство пыталось решать их в лучшем случае полумерами, вне системного подхода к анализу, вне диалектической модели общественного развития.

Итоги социально-экономических преобразований в период 2000- 2005 гг. подводили многие ученые, политики, общественные деятели. Представители правящих кругов (президентские, правительственные структуры, депутаты Государственной Думы из «Единой России» и др.) считали результаты реформирования однозначно успешными.

Итак, состояние российской экономики в условиях отсутствия научно обоснованной стратегической цели и методологии ее реформирования продолжает оставаться крайне сложным. Решения правительства о повышении цен на коммунальные в условиях роста инфляции, сохранения безработицы, низкого уровня оплаты труда большинства работников, особенно бюджетной сферы, ведут к дальнейшему снижению жизненного уровня большей части населения страны. По сравнению с 1990-ми годами практически все наиболее важные показатели, касающиеся «угроз» России, не только не ослабли, а значительно возросли.

Экономика России по-прежнему и во все возрастающей степени зависит от таких случайных, конъюнктурных факторов, как цены на мировых рынках на сырьевые экспортные товары, а эти цены не могут держаться длительное время и обеспечивать стабильность экономического роста.

Переход от плановой экономики к рыночной, как подтвердил опыт российских социально-экономических реформ, не гарантирует процветания. Развитые индустриальные страны добились процветания не только вследствие изменения экономической модели рынка, но и в силу включения в механизм социально-экономических преобразований определенных ценностей культуры, прежде всего продуктивной системы ценностей, ценностных ориентаций.

По мнению многих объективно оценивающих сложившуюся ситуацию экономистов, сфер, специалистов других продолжение прежнего реформаторского курса губительно для страны, необходима кардинально иная стратегия и методология реформ, в которых ведущим критерием стало бы благосостояние населения, прежде всего трудовой ее части, иная система ценностей. Высокие темпы инфляции, низкие производительность и уровень жизни, высокий уровень безработицы являются свидетельство нарушения субъектом управления социально- экономических законов, механизма их действия.

Назрела необходимость крайняя восстановления механизмов государственного регулирования экономики, новой стратегии этого регулирования, исходящей из учета интересов трудящихся, сбережения, а не разбазаривания природных ресурсов и использования природной ренты в интересах общества.

Список литературы:

  1. Каменецкий В.А., Патрикеев В.П. Собственность в ХХI столетии. — М.: Экономика, 2004. — 315 с.
  2. Новикова Л.Н., Сиземская И.Н. Три модели развития России. — М.: ИФРАН, 2000г. — 276 с.
  3. Чистов Л.М. Эффективное управление социально-экономическими системами: теория и практика. — СПБ.: Петрополис, 1998г. – 476 с.
  4. Экономика переходного периода. Сборник избранных работ. 2003—2009. — М.: Издательство «Дело» АНХ, 2010. — 816 с.
    РЕФОРМЫ В СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СФЕРЕ В РОССИИ ПОСТСОВЕТСКОГО ПЕРИОДА
    Written by: Лютых Олег Юрьевич
    Published by: БАСАРАНОВИЧ ЕКАТЕРИНА
    Date Published: 03/31/2017
    Edition: ЕВРАЗИЙСКИЙ СОЮЗ УЧЕНЫХ_30.04.2015_4(13)
    Available in: Ebook