30 Ноя

БИОЭМПАТИЯ ВМЕСТО БИОФИЛИИ Э. ФРОММА




Номер части:
Оглавление
Содержание
Журнал
Выходные данные


Науки и перечень статей вошедших в журнал:

Подлинной ценностью человека Э. Фромм считал способность к любви: любовь служит критерием бытия и дает ответ на проблему человеческого существования [4]. Биофилия по Э. Фромму — свойство личности, ориентированное на любовь к живому и на созидание; это — стремление любить, творить добро и созидать. Любовь ко всему живому приводит, по Э. Фромму, к уважению к жизни, к потребности в привязанности к миру, к переходу от эгоизма к альтруизму, от обладания к бытию. Но далеко не все в живой природе может быть объектом любви (огромное число падальщиков, паразитов, насекомых, микроорганизмов, и пр.), и созидание не является единственной направленностью деятельности: возможно и разрушение, например, при противостоянии стихийным бедствиям, рубке леса, добыче природных ископаемых, реконструкции, и пр. Биофилия –интересное, но упрощенное, ограниченное направление экологической этики.

Гуманизация отношения человека к природной среде развивалась во многих направлениях, – от «мягких» идей экологизации, не требующих принципиальных изменений в мышлении и деятельности, и до наиболее радикальных, обращающих внимание на невежественность и самонадеянность человечества и призывающих снизить потребление. В этой бинарной множественности экологических этик присутствуют крайние этики. С одной стороны — это прагматическая этика, поддерживающая рост удовлетворения потребностей и непрерывное технологическое развитие, и возлагающая надежды на технологическое решение всех экологических проблем. Прагматическая этика интересна тем, что она удовлетворяется реальными людьми с их достоинствами и недостатками. Вместе с тем она поддерживает экологические действия, которые приносят позитивные плоды (очистка Великих озер в США, очистка Рейна в ФРГ, и пр.).

С другой крайней стороны располагаются наиболее радикальные экологические этики, основанные на экоцентризме, биоцентризме, глубокой (глубинной) экологии. Эти этики требуют быстрых и принципиальных изменений отношения человека к природе, в первую очередь основанных на отказе от удовлетворения растущих потребностей, которое, как известно, является основным стимулом развития человечества [3]. Между тем мозг человека, в котором закреплены потребности, является наиболее консервативным органом, подверженным только медленным эволюционным изменениям.

Для появления и широкого проявления экологических этик необходим был негативный импульс в виде экологических кризисов, начавшихся в конце XIX и начале XX веков. Первым этапом эволюции этик был консервационизм, утверждавший необходимость сохранения ресурсов для будущих поколений. Затем в «русском космизме» была высказана идея о том, что человек – это часть природы, и цивилизация должна перейти к развитию, восстанавливающему природную среду. Следующим этапом было учение В.И. Вернадского о ноосфере, построенной на коэволюции человека и природы. Экологисты (О. Леопольд и др.) выдвинули новые идеи экологической этики: нужно нормы человеческой морали перенести на все другие элементы экосистем, и создать новую этику, учитывающую природу человека и законы природы; разумно только то, что стремится к сохранению целостности и совершенства природы. Углубление экологической этики привело к «универсальной этике» Г. Торо, А. Швейцера и др. В ней признается равноценность и равноправие всех живых существ. Наиболее радикальное направление — биоцентризм (следующим этапом должно быть сокращение прав человека и его отдаление от природы). Природа в биоцентризме — наиболее совершенное и наделенное духовными качествами сущее. Мир – единое целое, все живое имеет равные права на жизнь и равную ценность, независимую от оценки человека, человек должен снизить материальное потребление и не повышать жизненные стандарты. Будучи поддержаны некоторым количеством сторонников, эти взгляды не стали всеобщими. Тем не менее, отношение людей к живой природе постепенно меняется. Оно проходит противоречивый путь, когда возникают гуманные идеи, начинаются экологические действия, но природа все быстрее гибнет и отступает. Основные экологические учения таковы: 1. Антропоцентризм. Переход от чувства неразделимости человека с природой к представлению о природе как объекте удовлетворения потребностей; прагматическое взаимодействие. 2. Учение о ноосфере. Единство и взаимосвязь человека и природы; предполагается идеализированный переход к сфере разума – ноосфере, к коэволюции человека и природы (?); превращение человека в основную геологическую силу, формирующую облик Земли. 3. Инвайронментализм: утилитарный взгляд на природу антиэкологичен, человек – это часть природы; экологизация на всех уровнях, биосферное мышление, отказ от навязанного обществом экологически необоснованного потребления, экотехнологии. 4. Глубинная экология. Любая жизнь самоценна сама по себе, независимо от пользы для человека; все живое требует нашей защиты, важно невмешательство в природу. Предполагается восстановление природы при отсутствии воздействий человека. 5. Универсальная экологическая этика, биоцентризм, экоцентризм. Мир – единое целое, все живое имеет одинаковую ценность, человек – органичная часть природы без искусственной границы между ними; возможно только не прагматичное взаимодействие человека и природы.

В процессе формирования нового взаимодействия человека и природы важны экологизация сознания и мышления, экологизация потребностей, невмешательство в значительную часть естественной природы Земли, поддержание экологического равновесия, использование природоподобных экологичных технологий, основанных на биосферном мышлении. Наиболее трудные проблемы — возможность создания негэнтропийной техники, эволюционная неподготовленность человека к согласованным действиям по экологизации.

Пока движущей силой развития человеческого общества остается удовлетворение растущих потребностей, — господствующей этикой будет этика прагматизма. Ее можно условно отнести к экологическим этикам, так как в ней усиливаются тенденции консервационизма, сбережения ресурсов для нужд будущих поколений. Прагматичное, то есть выгодное для человека, отношение к природной среде и ее ресурсам определяется, с одной стороны, древним стремлением к выживанию, и, с другой стороны, — представлением о принципиальном отличии человека от остальных созданий живой природы, что позволяет ему доминировать над ними и управлять природой. Но с самых древних времен многочисленные табу поддерживали бережное отношение первобытного человека к окружающей природной среде, запрещали ее хищническое уничтожение. Современная глубинная экология близка к этим принципам. Хотя в фундаментальных религиях природа была дана во владение человеку, он был предупрежден о необходимости хорошего поведения: «Не должно осквернять землю, на которой вы живете, средь которой обитаю Я» [1].

В современной иерархии отношения к природе человек — собственник располагается на вершине пирамиды как ее высшая ценность, под ним находятся искусственные предметы, созданные им и служащие для удовлетворения его потребностей, ниже — природные объекты, удаляющиеся по мере снижения их полезности. В этой антропоцентрической схеме человек хотел бы исключить ряд природных объектов с лица планеты, — таких, как неприятные или вредные животные, некрасивые или бесполезные ландшафты, вообще все предметы и явления природы, неприятные и не приносящие пользы. Так как основной движущей силой развития человеческого общества является удовлетворение растущих потребностей, то и целью существования природы в этой системе ценностей считается удовлетворение этих потребностей. Прагматичный человек естественно разделяет находящуюся у него в собственности природу на полезную для него, бесполезную, и вредную. Две последних он хотел бы превратить в полезные части природы, например, путем их преобразования, или ликвидации вредных животных и замещения их полезными.

Новые экологические этики, гуманные предложения по взаимодействию человека и природной среды, напоминают заповеди Библии, совершенно правильные и этичные, но не осуществленные до сих пор. «Этика благоговения перед жизнью позволяет нам достигнуть духовного отношения к универсуму…. Фундаментальный факт сознания человека гласит: «Я есть жизнь, которая хочет жить среди жизней, которые хотят жить» (А. Швейцер). «Процветание человеческой и не человеческой жизни на Земле ценно само по себе, и эта ценность не зависит от пользы для человечества. Люди не имеют права уменьшать богатство и разнообразие жизни. Процветание человеческой жизни и культуры совместимо только с существенным сокращением человеческой популяции» (А. Нейс [3]). «Этика земли меняет роль человека, превращая его из завоевателя сообщества, составляющего землю, в рядового и равноправного его члена. Этика земли … расширяет пределы сообщества, включая в него почвы, воды, растения и животных, которые все вместе и объединяются словом «земля» (О. Леопольд [3]). В экологических этиках есть принципиальные предложения по взаимодействию человека с природой: 1. Мир – единое целое, все живое имеет равные права на жизнь и равную ценность, независимую от оценки человека. Человек – рядовой член сообщества природы. 2. Человек не имеет права уменьшать богатство и разнообразие живой природы. 3. Человек должен любить живую природу. Все живое требует нашей защиты. 4. Любая жизнь самоценна сама по себе, независимо от пользы для человека. 5. Человек – это органичная часть природы без какой-либо искусственной границы между ними. 6. Возможно только не прагматичное взаимодействие человека и природы. 7. Важно невмешательство в природу.

В связи с этими предложениями интересны недавно сформулированные «права животных», основанные на равноценности ряда потребностей людей и животных — право на жизнь, защиту от боли и нанесения телесных повреждений, и пр.; животные не могут быть в частной собственности, использоваться для получения пищи, одежды, для развлечений и научных экспериментов [2]. Эти права во многом условны и ограничены по применению: так, природный гомеостаз основан на всеобщем поедании; боль – это обычное чувство в живой природе; лишение жизни – это основа гомеостаза. Кажется, множество исследований прав животных посвящено только крупным животным; огромное количество насекомых и пр. животных не учитывается в массе исследований.

В концепции прав животных получила развитие идея справедливости в отношении животных, согласно которой этичным подходом считается справедливое отношение ко всем живым существам со стороны человека. Но животные, находясь в глобальной сети жизни, подвержены действию далеко не только человека; их действия определяют законы эволюции, биологии и экологии, участие в круговороте веществ и в пищевой цепи, поддержание гомеостаза. Отметим условность и невыполнимость большинства указанных выше идеализированных предложений. 1. Можно ли говорить о правах на жизнь всего многообразия животных? Они находятся в глобальной сети жизни, их «права» обеспечиваются, как правило, не человеком, а эволюцией, ограничиваются выполнением функций в этой сети, то есть у них есть биологические обязанности – выполнение своих широких или узких функций. При выполнении же этого условия человек должен прекратить любые техногенные воздействия, занять небольшую экологическую нишу, и пр. (что невыполнимо). 2. Чтобы не уменьшать богатство и разнообразие живой природы, человек должен остановить свою экспансию, научно-техническое развитие, занять небольшую нишу, и пр. Это – глубоко идеализированные представления о поведении человека. 3. Человек не может благоговеть перед всеми формами жизни, многообразие живого содержит множество негативных форм (паразиты, и пр.). 4. Ценность любой жизни определяется законами эволюции, а не человеком. 5. Искусственные границы между человеком и природой введены с самого начала осознания себя человеком: человек живет в искусственных поселениях. 6. Не прагматичное взаимодействие человека и природы возможно только в сказке: на первом месте у человека- удовлетворение потребностей за счет природы. 7. Говорить о невмешательстве в природу в условиях глобального экологического кризиса и техногенного освоения большей части природы бессмысленно. Интересно, что вопрос о правах животных решается без их участия, и предполагается его универсальное решение для всего бинарного множества животных – и крупных, и мельчайших, и позитивных, и негативных, и нейтральных (с точки зрения человека), и т.д.; есть огромный круг животных, которым не нужно какое-либо решение человека (ибо оно нелепо) об их правах и обязанностях – например, микроорганизмы, паразиты, деструкторы, и пр.

Введенные в моделях идеализированных экологических этик понятия «благоговения», «любви» носят человеческий, антропоморфный характер и потому неприменимы для объективной оценки взаимодействия с природой. Можно любить всю природу или только ее красивую часть, можно благоговеть перед природой, но, очевидно, не перед всей, – есть и негативные объекты, перед которыми нельзя благоговеть. Зачем признавать равноправие всех живых организмов, — например, вредных насекомых, вампиров, паразитов, болезнетворных бактерий, микробов, и пр.? Известно, что они незаменимы в глобальной сети жизни. Не лучше ли воспитывать понимание (с позиции человеческой морали и жизни) всей сложности и трудности жизни живых существ в естественной природе, сочувствие к жизни природы? Сочувствие к жизни Божьих созданий природы, – это сочувствие к жизни червя, мотылька – однодневки, муравья, газели, настигаемой львицей, моллюска, планктона, поедаемого китами, волка в морозном лесу, того же «страшного» паука, и т.д. Они, эти миллиарды живых существ, постоянно, целесообразно для круговорота веществ, для обеспечения жизни и гомеостаза, вызываются в мир абсолютно независимо от их желания и так же постоянно исчезают. Они выполняют маленькие или крупные функции, одинаково незаменимые и потому исключительно ценные для природы. Никто не выполнит за них этих функций: особенно незавидна (с человеческой точки зрения) жизнь множества животных в почвенно-растительном слое, которые перерабатывают все органические отходы и разделяют их на элементы, чтобы снова включить в кругооборот. Эти мелкие животные выполняют исключительную по ценности, «Божественную» функцию, не претендуя на какое-либо понимание или сочувствие со стороны кого бы то ни было. При этом они некрасивы или отвратительны с точки зрения человека, питаются падалью, прячутся в земле и стараются не показываться на глаза. Какова с позиции человеческих ценностей жизнь многих животных? У многих крупных животных жизнь – это постоянный поиск пищи, тревога за себя и за своих детенышей, борьба за их выращивание и сохранение, боль от их утрат. Животные подвержены всем климатическим воздействиям: дождь, холод, жара, снег, засуха, и пр. Они живут либо непосредственно на природе, либо устраивают простейшие логова, гнезда, укрытия. При этом они надеются на защиту от климатических воздействий только с помощью собственной шкуры. Иногда они почти не спят (например, жирафы), чтобы не стать жертвой хищника. Они подвержены многим болезням, и способ лечения выбирают сами, им негде лечиться, кроме природы.

Мелкие животные, в том числе насекомые, черви и пр., занимают свои экологические ниши в гигантской сети жизни, и выполняют положенные им функции. Они не могут быть более умными, быстро эволюционировать в сторону роста красоты. Сложна жизнь различных паразитов, живущих внутри тела животных и, как правило, весьма непривлекательных на вид. Паразиты не могут стать симпатичными, так же как вампиры и хищники не могут перейти на растительное питание – у них короткий кишечник, переваривающий только кровь и плоть. Наконец, бактерии, микробы, вирусы, — они также находятся в глобальной сети жизни, и без них эта сеть и эволюция невозможны.

Предлагаемая нами новая экологическая этика эмпатии, сочувствия, отличается от других тем, что она более объективна и диалектична. В этике эмпатии не требуется любовь ко всем созданиям живой природы, и тем более благоговение перед всеми формами жизни, — нужно глубокое понимание их незаменимости, необходимости. Их жизнь нужна и бесценна для природы, они не могут быть заменены другими животными. Для них нельзя создавать другие, более благоприятные, щадящие условия жизни. Сочувствие, сопереживание — это глубокие чувства, основанные на понимании других форм жизни, их предназначения, трудностей. Эта этика предполагает глубинное проникновение в законы экологии, в понимание важной роли всего живого в обеспечении жизни на Земле. Животные в процессе эволюции заняли различные экологические ниши, достигли разного уровня развития. Каждое из них выполняет ряд функций, которые никто больше выполнять не может.

Мы не знаем, получают ли все животные какое-то поощрение, удовлетворение от жизни, от хорошего выполнения функций, от достижения цели (подобно человеку). Недаром число положительных эмоций, заимствованных человеком от его предков, в 2 раза меньше отрицательных – такова сложная, полная опасностей, жизнь животных. Видимо, крупные животные получают удовлетворение, они способны к игре, любопытству, даже к шутке. Жизнь животных протекает в сложных условиях: они зависят от погоды и климата, от состояния природной среды, от особенностей взаимоотношений в пищевой цепи, в которой они находятся. Много мелких животных гибнет, не достигнув зрелости. Многие животные гибнут после рождения потомства. Некоторые погибают во время спаривания. Огромные массы животных выполняют функции «санитаров» природы, очищая ее от отходов. Многие животные служат пищей для других животных. Такой опасной, тяжелой, полной невзгод жизни животных можно только сочувствовать. Они очень важные функции зачастую в ужасных условиях (с человеческой точки зрения). Они помогают поддерживать жизнь на Земле. Поэтому нужна не любовь, не благоговение, а эмпатия, сопереживание, понимание.

Заключение. Биоэмпатия – глубинное понимание необходимости всего живого, сочувствие и сопереживание по отношению ко всему живому. Эта новая этика должна заменить более упрощенную биофилию. При ее широком распространении она может помочь человеку восстановить всесторонне обусловленное взаимодействие с живой природой.

Список литературы:

  1. Библия. Германия, «Благая весть», 1992. — 1098 с.
  2. Regan T. The Case for Animal Rights. University of California Press, 1983. — 474 p.
  3. Тетиор А.Н. Множество этик окружающей среды. –М.: Природа, 2000. – 40 с.
  4. Фромм Э. Человек для самого себя. — М.: «АСТ», 2008. — 349 с.
    БИОЭМПАТИЯ ВМЕСТО БИОФИЛИИ Э. ФРОММА
    Биофилия по Э. Фромму - свойство личности, ориентированное на любовь к живому и на созидание. Но далеко не все в живой природе может быть объектом любви (паразиты и пр.), и созидание не может быть единственной направленностью деятельности. Биофилия - следствие упрощенного однополярного мышления; вместо нее предлагается концепция биоэмпатии. Эмпатия не предполагает всеобщей любви; эмпатия - сочувствие, сопереживание, глубокие чувства, основанные на понимании предназначения всего множества живого. Она предполагает глубинное понимание важной роли всего живого в обеспечении жизни на Земле, взаимозависимость всего живого и зависимость человека от природы.
    Written by: Тетиор Александр Никанорович
    Published by: БАСАРАНОВИЧ ЕКАТЕРИНА
    Date Published: 01/05/2017
    Edition: ЕВРАЗИЙСКИЙ СОЮЗ УЧЕНЫХ_30.11.16_31
    Available in: Ebook