30 Янв

ВНУТРИЯЗЫКОВАЯ ИНТЕРФЕРЕНЦИЯ КАК СТИЛЕОБРАЗУЮЩИЙ ФАКТОР РАЗГОВОРНОЙ РЕЧИ В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ




Номер части:
Оглавление
Содержание
Журнал
Выходные данные


Науки и перечень статей вошедших в журнал:

Внутриязыковой интерференцией можно назвать взаимодействие форм и моделей внутри родного языка, являющееся причиной отклонений от нормы в речи его носителей. Внутриязыковая интерференция носит системный характер и проявляется на всех языковых уровнях. Системность проявлений внутриязыковой интерференции придаёт им характер тенденций в развитии языка [5, с. 75].

Интенсивность внутриязыковой интерференции в последнее время существенно возросла и продолжает возрастать.

Фонетическая интерференция проявляется, в частности, в области словесного ударения, ср.: éлико (вместо елко) возможно; малая тóлика вместо толка; поднять очи гóре вместо горé и т.п.

Лексическая интерференция связана с ошибочным употреблением слов по ложной аналогии. Например, глаголу довлеть по сходству форм неправомерно приписывается значение «давить, оказывать давление», что неверно. Всё меньше ощущается разница в значениях паронимов: оперировать – апеллировать, означать – обозначать, представить – предоставить, сойти – снизойти и т.д.

Ф.П. Филин приводит примеры употреблений слов из текстов современного русского поэта О. Шестинского: «Мой опочивший, полуночный, ласковый Бежецк, проснись». Поэт, по-видимому, хотел сказать «заснувший в полночь», ибо «опочить» в современном русском языке означает только одно: умереть. У того же автора встречаем «расписные брашна». Брашно – это пища, еда, кушанье, а не столовые приборы и не кухонная утварь» [8]. Очевидно интерферирующее влияние лексемы братина. По ТВ слышим: «Поприщев фрондировал, то есть гулял со значением, показывал себя (РТР, «Совершенно секретно», 23.08.1998). Интерферируют слова фрондировать и фланировать. Но фланировать (от фр. flaner) – «прогуливаться, бродить без цели, праздно прохаживаться» [2, с. 841], а фрондировать (от фр. fronder) – «выражать недовольство, главным образом по личным, непринципиальным мотивам, из духа противоречия» [2, с. 856]. Ни у того, ни у другого слова указанного (а точнее, навязываемого ему участниками передачи) значения нет. Из того же источника: «Парижу не уготована роль неприкасаемого. Нет, это живой, развивающийся центр страны». Но «неприкасаемый» в современном русском языке – социально отверженный. А Париж может быть только неприкосновенным (для перестроек). Здесь же священник говорит о браках между гомосексуалистами: Трудно вместить, но это реальность. В это время по нижнему краю телевизионного экрана бежит строка, в которой читаем: Требуются слесари-ростовщики (вместо расточник). Удивительно ли после этого, что наши ученики говорят и пишут на родном для них русском языке поселение вместо население, согласительное наклонение вместо сослагательное и на вопрос: «Что вы знаете из Священного писания?» отвечают: «Хотите я вам про блуждающую женщину расскажу?», имея в виду «женщину, взятую в прелюбодеянии (блудницу)» из известной новозаветной притчи.

В сфере семантической интерференции отметим два основных процесса. Первый состоит в том, что в слове развивается многозначность на основе логических и образных сближений, ассоциаций и сходных функций. Так слово бесталанный, ранее означавшее невезучий, несчастный, ныне стало синонимом слов бездарный, неталантливый; «ностальгия», изначально тоска по родине, приобрело более общее значение тоска по чему-либо вообще а абитуриент – по происхождению уходящий, в современном употреблении переосмыслено как поступающий в вуз. Вторая тенденция состоит в том, что если раньше значения слов сужались определениями: советская справедливость, пролетарское правосудие, революционная законность, социалистическая демократия, то теперь они теряют полный диапазон своей семантики – говорят: выдающийся виртуоз, монументальный памятник, реальная действительность, альтернативные выборы, самый гениальный, самый минимальный уровень, самые непредсказуемые последствия и Мы не разрушили ещё образ врага. В общем-то времени прошло ещё достаточно мало… (учёный секретарь Института США и Канады Б.В. Железов, радио «Россия», 04.08.1997).

Наиболее уязвимой для интерференции является сфера фразеологии, которая уходит из языка вместе с привычкой к чтению и интенсивной урбанизацией остатков основного её носителя – сельского населения России. Реконструируя устойчивое выражение работать как волк, старшеклассники интерпретируют его значение как не работать (здесь, по-видимому, интерферирует фразеологическое выражение работа не волк – в лес не убежит), а пребывать в состоянии риз (в оригинале: напиться до положения риз) – как рисковать. Первая тенденция развития интерференционных процессов в области фразеологии состоит в том, что из-за паронимического сходства в составе фразеологизма подменяется одно слово: предпринимать меры, занимает точку зрения, жребий им благоприятствовал; Главное, чтобы вы, радиослушатели, не оказались (вместо остались), в накладе (Леонид Азарх. Попса. Центральное радио, 20.07.1997); Он оставил на меня неизгладимое впечатление; Наши рок-музыканты могут засунуть (вместо заткнуть) за пояс московских (Воронежское радио), Государство будет оказывать (вместо уделять) всё большее внимание заболевшим детям; В числе прочих призыву в армию принадлежат (вместо подлежат) теперь и священнослужители (воронежская газета «Галерея Чижова» № 9 (159), 29 февраля – 6 марта, 2008, с. 12) и Вика Ветрова научилась писать стихи до того как научилась ходить и говорить (Радио «Маяк», 30.10.1997) В данном случае под писать очевидно имеется в виду сочинять. Но здесь писать стихи воспринимается как универб, как единая монолексема; глагол писать утратил лексическое значение – осталось только грамматическое. Вторая тенденция представлена контаминацией двух фразеологизмов: жених на выданье, Чёрт меня дёрнул за язык, Она вписала свою красную строку в сегодняшний рапорт республики и т.п. Намеренная интерференция данного типа используется для достижения комического эффекта, ср.: Это было в доброе старое время – проклятое царское прошлое. Третья тенденция – искажение фразеологизма из-за неверного истолкования его смысла. В публицистической речи стало нормой говорить о власть предержащих, словно речь идёт о тех, кто власть, так сказать, держит. Обратимся, однако же, к церковнославянскому переводу Послания апостола Павла к римлянам, послужившему источником данного словосочетания, где говорится: Всяка душа властемъ предержащимъ да повинуется (13:1). Не вдаваясь в подробности соотношения церковнославянского текста с его греческим оригиналом, отметим лишь, что власти предержащие на современный русский язык переводится как высшие власти, и никакого другого значения у данного словосочетания нет. Ср. также: Рыбкин и Абдулатипов оба курируют Чечню. Не получится ли так, что у семи нянек ребёнок будет не очень хорошо видеть? (радиожурналист В. Ушканов, Московское радио, «Персона грата», 07.03.1998). В исходном: У семи нянек дитя без глазу без глазу означает без присмотра, а не потерю зрения (ср., например: За ним нужен глаз да глаз). Не может быть также никакого вотума недоверия, ибо votum (лат.) – это голосование, голосование о доверии.

В области словообразования первая тенденция – вульгарная этимология, состоящая в том, что верно понимая значение, говорящие изменяют звуковую форму, следуя интуитивно ощущаемой логике языка: значение слова «должно» быть мотивировано его связью с другими словами, в них как бы восстанавливаются корни, заключающие в себе ядро их лексического значения, благодаря чему они приобретают внутреннюю форму, а остающийся за вычетом корня звуковой отрезок осмысливается как суффикс: полуклиника, спинжак, обрывиация (вместо аббревиация), дворушник (вместо двурушник), ссумировать, Особенно плохо, когда для возврата долга приходится прибегать к очередным и всё растущим взаимствованиям (из письменных работ первокурсников воронежских неязыковых вузов). Ср. также следующее мнение: «Я нахожу безобразным ублюдком словцо одинарный, при помощи обыкновенной безграмотности образовавшееся из «ординарный», чуждое русскому языку по своей структуре и звучанию» [3]. Вторая тенденция – самовольно-произвольное использование аффиксов: милосердность, целомудренность, замотивировать, проэкспертировать, Елисеевский (вместо Елисейский) дворец, Надеюсь, что у нас с вами ещё будет время услышаться (ведущая передачи «В рабочий полдень» – корреспонденту) и т.п. Третья тенденция – искажение, под влиянием паронимии, структуры слова: конкурентноспособный, подфрантило, эмоции зашкваливают и В большинстве своём гиды, работающие с русскоязычными туристами… не только слабо знакомы с предметом… но и, зачастую… костноязычны от природы (из статьи в Интернете).

Особый случай представляют собой наложения-«бленды» [1]: индивидуальные окказионализмы типа чарльстонущий (Сельвинский), апрелесть (Северянин), спортсмедный (Цветаева); ср. также экстазм (экстаз + маразм), стервис (стерва + сервис), мэриози, мафиекратия [4, с. 34]; гибридные слова: покупант (покупатель + оккупант) [7], акцентрировать (акцентировать + концентрировать); катастройка (А. Зиновьев), гайдарономика (А. Руцкой), минеральный (вместо генеральный) секретарь (о М. Горбачёве в связи с его компанией по борьбе с пьянством), дерьмократы, прихватизация, пастернакипь [6].

В области грамматики обращают на себя внимание следующие тенденции.

Либерализация в сфере согласования: было день рождения. Употребление во множественном числе существительных singularia tantum: Мои дети очень любят вермишели. Нет ли у тебя ещё таких вкусных вермишелей? и т.д. Навязывание предложного управления глаголам с беспредложным (тенденция к аналитизму): Почти все вопросы были адресованы к младшему члену экипажа (РТР, «Вести», 19.08.1998); Значительно меньше уделяем внимание на духовную сферу и т.п. Экспансия пассивного залога: Пикетчики были заверены в том, что их требования будут удовлетворены (ОРТ, «Новости», 17.07.1997); Все ваши вопросы будут отвечены («Воронежские новости», 12.11.1997); За год покушено собаками 3940 человек (сотрудник отдела коммунального хозяйства Воронежского муниципалитета).

Кроме того, с одной стороны, некий семантико-синтаксический процесс ведёт к опущению прежде необходимых распространителей при глаголах, например, вместо ОБРАТИТЬСЯ С ЧЕМ (с просьбой, с предложением) К КОМУ – ОБРАТИТЬСЯ К КОМУ ЧТО СДЕЛАТЬ: Совет Министров РСФСР обратился к правительству Эстонии принять меры по прекращению подобных незаконных действий со стороны Эстонии (Правда, 04.09.1990); Я хотел бы обратиться к согражданам-россиянам помочь нам в формировании правительства (Силаев И.С., премьер-министр РФ, в интервью программе «Время» 29.06.1990); Мы обращаемся к правительству России не участвовать в политических играх (из выступления депутата С.С. Перуанского на заседании Верховного Совета 21.03.1993); Газета «Труд» обратилась к читателям выяснить своё отношение …; Правительство обратилось отложить … (из речи политического комментатора); Участники переговоров пришли к выводу не предъявлять требований друг к другу; У нас не возникает накалять наши отношения между ними (Н.Г. Дергачёв, начальник отдела коммунального хозяйства администрации Бутурлиновского р-на Воронежской области 07.06.1997) и т.п. С другой стороны, имеют место гибридные образования между простым и сложным предложением типа: Наши люди достойны, чтобы жить лучше (из речи провинциального политика); Мария Миронова была известна и любима всеми зрителями Советского Союза.

Происходит распространение (перенос) синтаксических свойств метаречевых глаголов на глаголы других лексико-семантических групп. Прежде всего это, конечно, сакраментальное об этом подчеркнул (и в пассиве: об этом было подчёркнуто, а также об этом указывал, разъяснить о порядке, остановиться об отношениях, Вкладчики смогут сделать выбор о переводе своих средств в другой банк; Об его [курса. – В. К.] пагубности уже давно осознали; Вы будете обращаться к руководству страны о замене руководителя Центробанка? (С. Доренко, Время, 04.09.1998); Президент вновь подтвердил о своём намерении посетить Чечню; Стороны согласились о необходимости продлить…; Короленко призывает об отмене смертной казни (М. Короленко на Воронежском радио 01.03.1998); Мы убедительно доказали о том, что социальную рознь разжигают не эти газеты (юрист из Госдумы); Неэтично прогнозировать о том, что скажет премьер (Радио «Маяк», 04.09.1998); Журналисты часто шутят о том, что все французские духи производятся в Польше («Воронежские новости», 26.11.1997); обещал о том, что…; показать о том, что…; убедить о том, что а также: Теперь нам нужно будет определиться вот о чём и даже: Об этом надо бить во все колокола.Управление с предлогом о распространяется и на существительные: Тайна о происхождении Земли; Заветное желание Батурина о полёте в космос может сбыться; Лужков прокомментировал своё отношение о сложившейся ситуации в стране; Серьёзные опасения о том, что Северная Корея располагает ядерным оружием (Радио Россия, Вести, 31.09.1998).

В то же время глаголы, с одной стороны, теряют переходность: Мы тут обменялись… С другой «в русской разговорной речи вызревает новый тип конструкций с навязыванием глаголу переходности и – соответственно – нового каузативного смысла. Такие экономные конструкции расширяют возможности русского глагола» [4]: Я поступала дочку в институт; Это то, что (вместо чего) ждёт народ; голосовать вопрос, задействовать / заволновать кого-л. и т.п. Довольно часто наблюдается и употребление дательного падежа в позиции винительного: Секретариату прошу приступить к работе и под.

Интерференционные процессы имеют объективный характер, в большинстве случаев представляющий угрозу стабильности языковой нормы, и в этом смысле требуют коррекционного вмешательства со стороны её ревнителей – преподавателей-словесников.

Список литературы:

  1. Александрова О.И. О неповторимом в области поэтического словотворчества. Вопросы теории, истории и методики преподавания русского языка. – Куйбышев, 1972.
  2. Большой иллюстрированный словарь иностранных слов. – М.: ООО «Русские словари»: ООО «Из­дательство Астрель»: ООО «Издательство ACT», 2003. – 957 с.
  3. Грекова И. Права живого слова / ЛГ, 1982, № 11.
  4. Костомаров В.Г. Языковой вкус эпохи. Из наблюдений над речевой практикой масс-медиа. – М.: Педагогика-Пресс, 1994. – 320 с.
  5. Корнев В.А. Внутриязыковая интерференция как источник ошибок в речи носителей современного русского языка // Преподавание русского и иностранных языков в неязыковых учебных заведениях. – Воронеж: Научная книга, 2008.
  6. Костюков В.М. Гибридные слова – средство комического // Русская речь, 1987, № 6.
  7. Лев Озеров. Уроки чести и поэзии. Спутник. Дайджест советской прессы. 1989, № 3.
  8. Литературная газета, 1976, № 17.
    ВНУТРИЯЗЫКОВАЯ ИНТЕРФЕРЕНЦИЯ КАК СТИЛЕОБРАЗУЮЩИЙ ФАКТОР РАЗГОВОРНОЙ РЕЧИ В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ
    Written by: Корнев Владимир Александрович, Дедова Ольга Михайловна, Тумакаева Файруза Адгамовна
    Published by: БАСАРАНОВИЧ ЕКАТЕРИНА
    Date Published: 05/25/2017
    Edition: ЕВРАЗИЙСКИЙ СОЮЗ УЧЕНЫХ_ 30.01.2015_01(10)
    Available in: Ebook