28 Июл

ПАРАДИГМАТИКА И ПРАГМАТИКА ФЕМИНИТИВОВ В РУССКОМ И АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКАХ




Номер части:
Оглавление
Содержание
Журнал
Выходные данные


Науки и перечень статей вошедших в журнал:

В последние десятилетия появился особый интерес лингвистов к изучению дифференциации языков в зависимости от пола говорящих. В конце XX в. сформировалось особое направление социолингвистических исследований — гендерная лингвистика, традиционно изучающая все виды языкового и речевого варьирования, обусловленное полом носителей языка.

Активизация интереса к гендерным исследованиям связана, в первую очередь, с тем, что речевое поведение индивидов в связи с их принадлежностью к тому или иному полу имеет свою представленность в языке, которая репрезентирована гендерной асимметрией.  Сам язык – это инструмент, который создаёт картину окружающего мира, и исторически в русской, английской и других языковых средах сложился андроцентризм языка.

Если обратиться к справочной литературе, то можно обнаружить достаточно подробное определение андроцентризма.    Андроцентризм (от др.-греч. aner — мужчина, kentron — остриё (циркуля), средоточие) — глубинная культурная традиция, сводящая общечеловеческую субъективность (общечеловеческие субъективности) к единой мужской норме, репрезентируемой как универсальная объективность, в то время как иные субъективности, и прежде всего женская, репрезентируются как собственно субъективности, как отклонение от нормы, как маргиналия. Таким образом, андроцентризм — это не просто взгляд на мир с мужской точки зрения, а выдача мужских нормативных представлений и жизненных моделей за единые универсальные социальные нормы и жизненные модели [6].

Таким образом, андроцентризм – это глубинная культурная традиция, вводящая общечеловеческую субъективность к единой мужской норме [3]. Андроцентризм языка означает, что подобный язык фиксирует картину мира с мужской точки зрения и от лица мужского субъекта, где женское обычно нивелируется и уничижается. Целью данной статьи является анализ функционирования феминитивов в русском и английском языках  с  позиции существования конкретных признаков андроцентризма.

 Выделяются следующие признаки андроцентризма:

  1. Отождествление понятий человек и мужчина. Во многих языках Европы они обозначаются одним словом: man в английском, homme во французском, Mann в немецком.
  2. Имена существительные женского рода являются, как правило, производными от мужских, а не наоборот. Им часто сопутствует негативная оценочность. Применение мужского обозначения к референту-женщине допустимо и повышает ее статус. Наоборот, номинация мужчины женским обозначением несет в себе негативную оценку.
  3. Существительные мужского рода могут употребляться неспецифицированно, то есть для обозначения лиц любого пола. Действует механизм «включенности» в грамматический мужской род. Язык предпочитает мужские формы для обозначения лиц любого пола или группы лиц разного пола. Так, если имеются в виду учителя и учительницы, достаточно сказать «учителя». Таким образом, в массе случаев женщины вообще игнорируются языком.
  4. Согласование на синтаксическом уровне происходит по форме грамматического рода соответствующей части речи, а не по реальному полу референта.
  5. Фемининность и маскулинность разграничены резко и противопоставлены друг другу, в качественном (положительная и отрицательная оценка) и в количественном (доминирование мужского как общечеловеческого) отношении, что ведет к образованию гендерных асимметрий.

Подобная социальная, гендерная и лингвистическая проблема напрямую связана с феминитивами.

Феминитивы – это слова женского рода, альтернативные или парные аналогичным понятиям мужского рода. Проблематика отсутствия употребления феминитивов или их негативного использования в речи и в письменности набирает обороты в последнее время среди определённых социальных и профессиональных групп в русском и английском обществе.

Феминитивы существуют как в русском, так и в английском языке и закреплены в словарях и учебниках. Однако, несмотря на это, большая часть из них не используется ни в устной, ни в письменной речи.

В русском языке для составления феминитивов от слов изначально мужского рода образуют соотносительно имена женского рода посредством различных суффиксов:

  1. Образование с суффиксами -иц(а), -к(а), -ниц(а), -овк(а), -чиц(а), -щиц(а): однофамилец – однофамилица, динамовец – динамовка, председатель — председательница, плут — плутовка, разметчик — разметчица, крановщик – крановщица и др.
  2. Образования с суффиксами -их(а) и -ш(а) продуктивны в профессиональной, разговорной речи и просторечии: пловец — пловчиха, бригадир – бригадирша и др.
  3. Слова с суффиксом –их(а), -иц(а), -ш(а) со значением «жена лица, названного производящей основой» употребительны в просторечии: дворник – дворничиха, полковник – полковница, профессор – профессорша и др.
  4. Другие образования с суффиксами -есс(а), -ин(а), -ин(я), -ис(а) продуктивны в художественной речи: автор — авторесса, кузен – кузина, геолог – геологиня, актёр – актриса и др. [2].

В английском языке феминитивы можно образовать двумя способами:

  1. Путём добавления соответствующего суффикса к существительному мужского рода или замены суффикса, обозначающего принадлежность к мужскому роду на женский:

а) -ess (actor – actress, poet – poetess) [1];

б) -stress (song – songstress, seam — seamstress);

в) -ine/ina (hero – heroine, ballet-master – ballerina);

г) -trix (progenitor – progenitrix, administrator – administratrix);

д) -ette (astronaut – astronette, cosmonaut – cosmonette). Интересно, что именно этот суффикс, генетически связанный с семантикой уменьшительного размера, используется для образования имен существительных, которые служат для обозначения названий вещей, предназначенных для женщин: mockinette, flatterettes, jamarettes.

  1. Замена существительного мужского рода соответствующим существительным женского рода (в составных существительных): grandfather – grandmother, landlord – landlady, salesman – saleswoman).

Русские суффиксы -иц(а), -к(а), -ниц(а), -овк(а), -чиц(а), -щиц(а), -их(а), -ш(а), -ис(а) особенно часто употребляются в разговорной речи, и по своей продуктивности могут соответствовать английскому суффиксу -ess или английскому составному существительному.

В русском языке существует больше суффиксов для обозначения женского рода, чем в английском, но не используются составные существительные. Феминитивы наиболее часто употребляются в русском, чем в английском языке, хотя в последнее время можно отметить повышения уровня заинтересованности в феминитивах в английской языковой среде.

Мы уже выяснили, что одна из проблем феминитивов заключается в их нечастом употреблении, но вторая является не менее важной – это их негативная коннотация. Данная проблема хорошо видна по изобилию разных русских феминитивов с ироническим, фамильярным или уничижительным оттенком: чертовка, сердцеедка, нахалка, паразитка, скандалистка, хохотушка, трусиха и др. Широкоупотребительные и профессиональные феминитивы как консьержка, санитарка, официантка, домработница, гардеробщица, библиотекарша, продавщица, уборщица, секретарша и т.д. имеют один общий признак, который заключается в обозначении людей, занятых непрестижным, низкостатусным обслуживающим трудом. Обычно, если женщина хочет как-то настоять, что в ее работе есть достоинство и повод для гордости, то она скорее использует слово мужского рода: «я продавец», «я секретарь», «я библиотекарь». Всем известный пример подобного явления это Марина Цветаева и Анна Ахматова, называвшие себя исключительно поэтами и отвергающие понятие «поэтессы». Есть еще такой ряд: артистка, балерина, актриса, певица, танцовщица (плюс много музыкальных специализаций: виолончелистка, пианистка, арфистка, скрипачка и т. п.). Нам было бы непривычно сказать «певец Земфира» или «актёр Рената Литвинова», потому что эти профессии стали доступны женщинам ещё тогда, когда они были не престижными, а были такими же низкостатусными и обслуживающими, как, например, продавщица или официантка (в сегрегированном обществе Российской империи), но при этом Рената Литвинова — «режиссёр». И иначе просто никак, нет феминитива. Существует ещё огромное количество названий профессий и видов деятельности, у которых нет кодифицированных феминитивов. От того же режиссёра и инженера до профессора и учёного (и конкретные научные и академические специальности: философ, математик, химик, а также все -веды и -логи). Феминитивы у некоторых из этих слов бывают, но только разговорные, фамильярные и обычно с негативным оттенком: директриса, физичка, химичка (заметьте: физичка или химичка — это только учительница, но не та, кто занимается фундаментальной наукой, — для неё слова нет).

В безличных обращения также применяется только мужской род. Когда человек пишет или говорит в пространство, как правило, он как-то называет людей, к которым обращается. Все распространённые обращения мужского рода и, как правило, обозначают только мужчин. Например, существуют слова гражданин и гражданка. Слово гражданка вполне устойчивое и прижившееся, отдельную женщину не называют «гражданин». Однако когда идёт безличное обращение, всегда используется слово «граждане». Или, например, более тёплый, дружественный аналог – братья и сёстры. Опять же, слово «сёстры» выбрасывается (оно употребляется крайне редко), остаётся слово «братья», которое совершенно очевидно относится исключительно к мужчинам. Тут речь идёт не только об обращении, но и о таких словах, как «братство», «братия», подразумевающее сплочённость, дружественность, взаимовыручку и прочие прекрасные чувств. Известный лозунг «свобода, равенство и братство», возникший во время французской революции конца 18-о века, исключал женщин, и это наглядно доказывается историей – женщинам не дали равных прав с мужчинами, а Олимпию де Гуж, которая их требовала и написала декларацию прав женщины и гражданки – казнили.

В английском языке коннотация феминитивов не отличается от коннотации в русском. Гендерно маркированные существительные выявляют несерьезное или презрительное отношение к женщине. Лица мужского пола, как правило, занимают более высокое положение по сравнению с лицами женского пола: manager «управляющий» – manageress «женщина, которая владеет небольшим магазином», master «специалист, знаток своего дела» mistress «рукоделица, хозяйка дома» и др. В сложном слове «lady» в качестве первого элемента содержит указание на женщину в необычной для нее роли или неудачливую женщину: lady-bullfighter, lady-president. Однако, стоит отметить, что составные существительные воспринимаются не настолько негативно, как феминитивы, образованные при помощи суффиксов.

На протяжении последних двух столетий лингвисты, предлагающие псевдоисторическое толкование категории рода в английском языке, настаивали на том, что женский коммуникативный код является производным от мужского и не может служить образцом для подражания в силу своего подчиненного по отношению к языку мужчин статуса. В качестве аргумента “производности” использовались теоретические рассуждения о первоначальном значении слов в английском языке, ложные этимологические дефиниции, утверждения об излишней говорливости английских женщин, упреки в слишком отчетливом и громком произношении ими звуков, даже обвинения в излишней детализации и точности в выборе языковых единиц или приторной вежливости. Этимологические разыскания в области изучения лингвистических универсалий, которые служат для обозначения категории рода в английском языке, подтверждают, что в эволюции английской гендерной парадигмы на протяжении нескольких столетий доминировали исследования, ориентированные на доказательство преимуществ мужского рода по сравнению с женским на самых разных уровнях. Аналогичным образом создатели искусственных или философских языков предлагают рассматривать диапазон лингвистических характеристик женского рода как производный, находящийся в подчинении у маркеров мужского рода. Так, начиная с семнадцатого века, в ряде искусственных языков система маркеров женского рода обретала смысловую ценность и целостность только в сопоставлении, а вернее, — в противопоставлении мужскому роду.

В системе же искусственно созданных местоимений женского рода они считались лингвистически маркированными по контрасту с немаркированными местоимениями мужского рода, либо их категориальные родовые признаки вообще не фиксировались. В эсперанто, например, его создатели оба рода маркировали с помощью суффикса, хотя при обозначении женского рода этот суффикс дополнительно ассоциируется с ласкательно-уменьшительной семантикой: «la knab» – мальчик, «la knabino» – девочка. В работах по этимологии достаточно очевидно отражаются социально закрепленные по половому признаку функции мужчин и женщин. По мнению Джона Раскина, исконные английские слова зеркально отражают объективно существующие референты, а референт английского существительного ‘woman’ неразрывно связан с понятием “дома”: “What do you think the beautiful word ‘wife’ cоmes from?… It is the great word in which the English and Latin languages conquer the French and Greek. I hope the French will some daу get a word for it, yet, instead of their dreadful ‘femme’. But what do yоu think it comes from? …the great good of Saxon words is, that they usually do mean something. Wifе means ‘weaver’…You must either be house-Wives or house-Мoths; remember that. In the deep sense you must either weave men’s fortunes, and embroider them; or feed upon, and bring them to decay.”

Итак, учитывая всё вышесказанное, мы приходим к выводу о том, что в русском и в английском языке существуют различные способы образования феминитивов, однако феминитивы используются довольно редко, а также имеют уничижительную коннотацию. Несмотря на это, феминитивы не должны исчезать из речи и письменности, потому что использование лишь «общего мужского рода» означает невидимость женщин, замалчивание их труда и достижений [4]. Например, если мы видим фамилию без привычного гендерного окончания – например, Ковальчук С.В. – мы тоже представляем мужчину, и удивляемся, когда узнаём, что Ковальчук на самом деле зовут Светлана Викторовна.   Например, что касается генетиков и биохимиков: сплошь и рядом — «Э. Виткин обнаружил связь между репарацией и мутагенезом» (Эвелин Виткин, обнаружила), «уравнение Михаэлиса — Ментена» (Михаэлиса — Ментен), «теломераза открыта Грейдером и Блекберном» (Грейдер и Блекберн — женщины) [5].

На наш взгляд, решение проблематики данной темы заключается в частом употреблении феминитивов с искоренением их отрицательной коннотации.

Таким образом, гендерные исследования как достаточно новое направление лингвистики расширяется за счет других языков, пополняется его эмпирическая база, позволяющая по-новому взглянуть на различные явления как в русском языке, так и в других языках.

Список литературы:

  1. Блох М.Я. Теоретическая грамматика английского языка. М.: Высшая школа, 1983 г. — 383 с.
  2. Современный русский язык. Э. Розенталь, И. Б. Голуб, М. А. Теленкова. М.: 1994 г. — 560 с.
  3. Хачак Б.М. Система функциональных проявлений полоролевых различий в языке. Вестник Адыгейского государственного университета. Сер. Филология и искусствоведение. Майкоп, 2013 г. — 6 с.
  4. http://aloevrukava.tumblr.com/post/79880149179/ (дата обращения 25.04.2016)
  5. http://shagirt.livejournal.com/94638.html (дата обращения 25.04.2016)
  6. https://ru.wikipedia.org/wiki/(дата обращения 19.07.2016)
    ПАРАДИГМАТИКА И ПРАГМАТИКА ФЕМИНИТИВОВ В РУССКОМ И АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКАХ
    В статье анализируются формы функционирования феминитивов в русском и английском языках в аспекте выделения конкретных признаков андроцентризма. Рассматривается параллель образования феминитивов в русском и английском языках.
    Written by: Федотова Татьяна Васильевна, Кулик Инна Валерьевна
    Published by: Басаранович Екатерина
    Date Published: 12/13/2016
    Edition: euroasia-science_28_28.07.2016
    Available in: Ebook