28 Ноя

ОФОРМЛЕНИЕ ВОПРОСИТЕЛЬНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ В ИНГУШСКОМ ЯЗЫКЕ




Номер части:
Оглавление
Содержание
Журнал
Выходные данные


Науки и перечень статей вошедших в журнал:

В научной литературе наличествует довольно большое количество различных трактовок предложения. Среди них в первую очередь приведем определение А.М.Пешковского: «Слово или сочетание слов, выражающее мысль, есть предложение» [4].  В справочнике лингвистических терминов отмечается: «Будучи единицей общения, предложение вместе с тем является единицей формирования и выражения мысли…Предложение может выражать вопрос, побуждение и т. д» [5] и др.

Ингушский лингвист И.А.Оздоев считает, что «С научной точки зрения, более полным определением является определение, данное в академической грамматике русского языка: «Предложение-это грамматически оформленная по законам данного языка целостная единица речи, являющаяся главным средством формирования и сообщения мысли». Это определение в полной мере подходит и к ингушскому предложению» [2].  Общеизвестно, что современная ингушская письменность появилась сравнительно недавно, что грамматика ингушского языка строилась на основе русской грамматики. Это является причиной того, что общие определения словообразования, лексикологии, морфологии и синтаксиса ингушского языка не особо отличаются от других языков, в частности от русского языка (отличие выражается лишь в грамматическом оформлении и в выражении отношений между членами предложений, например, наличие эргативного строя и др.).  «То, что разные языки имеют и черты сходства, говорит о том, что языковед в исследовании того или иного языка должен учитывать этот фактор и рассматривать свойства и категории изучаемого языка на фоне других языков»[1].Основными определяющими грамматическими признаками предложения И.А.Оздоев считает предикативность и интонацию. Различием интонации определяются основные типы предложений – повествовательные, вопросительные и побудительные. «Вопросительными  мы называем предложения, выражающие вопросы, которые мы задаем друг другу в процессе общения» [3].  Вопросительные предложения выражают  желание говорящего получить ответ (информацию) от собеседника, узнать то, что существует или отсутствует в действительности.  В ингушском языке существуют  формы вопросительных предложений, которые совпадают с невопросительными предложениями или строятся по своим собственным синтаксическим образцам.

Невопросительные предложения могут быть преобразованы в  вопросительные (порядок слов в таких предложениях может изменяться) 1) при помощи изменения их интонации: Вира хьоа биаб 1а. – Вира хьоа биаб 1а?(Ослиных мозгов объелся ты. Ослиных мозгов объелся ты?); 2) при помощи изменения интонации и введения вопросительных частиц: Иштта да из. – Иштта да-хьог1 из? (Это так. — Это так разве? ); Цхьа г1алат доаллаш я яр. – Г1алат доаллаш йий – хьог1 ер?(В ней есть какой-то изъян. – Есть ли в ней какой-то изъян?); 3) при помощи изменения интонации и замены невопросительного слова вопросительным местоименным словом: Цхьан х1амах тамаш ю цо. – Сенах тамаш ю цо? (Одно его удивляет. – Что его удивляет?); Корах ара ух уж. – Х1ана ух уж корах ара? (Они вылезают через окно. – Почему они вылезают через окно?)

«При образовании вопросительных предложений на основе невопросительных вопросительные частицы присоединяются к предложениям разной синтаксической структуры» [6].

Частица «хьог1»  оформляет предложения, требующие утвердительного или отрицательного ответа: Хьо вий – хьог1 из кизга дохадаьр? (Не ты ли разбил оконное стекло?); Воаг1аргвий – хьог1 из цига? (Не приедет ли он туда?) При выражении вопроса, осложненного значением неуверенности, сомнения частица (хьог1) взаимодействует с интонацией и контекстом: Ч1агаргаша б1енаш мича хана ду-хьог1? Сенах ду – хьог1 цар уж? (Где гнездятся ласточки? Из чего же они вьют гнезда?)

С помощью частицы «хьог1» оформляются предложения с переспросом: Кхыча бераша фу ду т1аккха каникулех? Фу ду-хьог1 каникулех кхыча бераша? Ловзаш, сакъердаш д1алел-кха. (Что делают на каникулах другие дети? Что же делают другие дети на каникулах? Ходят, играя и веселясь.)

В предложениях такого типа  частица «хьог1»  ставится после слова, обозначающего  то, о чем спрашивается:  Мишта ткъамалдаха йиш я-хьог1 кема, чархаш а ткъамаш а цун ца хилча?(Как же может взлететь космический корабль, если у него нет ни крыльев, ни колес?); Т1аккха 1а алалахь, Г1апур, е из а, е вож а доацаш дола е кема мишта леларгдолаш да-хьог1? (Тогда скажи мне, пожалуйста, Гапур, как же будет летать этот корабль, если у него нет ни того, ни другого?);  «Мискинг я1 – кха, са йи1иг хьо! – йоахар цун дего. – Фу дергдол – хьог1 1а? Со – м тахан – кхоана д1аярг ма  йий. Мискинг я1!» («Бедная моя девочка, — говорило ее сердце. — Что же ты будешь делать? Я-то сегодня-завтра умру. Бедняжка!)

 В вопросительных предложениях, осложненных значениями совета, предложения, просьбы частица «хьог1» выделяет  глаголы в вопросительном и вопросительно-отрицательном  наклонении: Бакъахьа деций (вопр.-отриц.накл.глаг.)-хьог1, Хьасан, ах хьонеи ах шийнеи хургдолаш?.. Х1ай? (Не лучше ли будет, Хасан, если ему половину и тебе половину?.. А?)

Вопросительные местоимения «фу», «фуд т1аккха» 1) подчеркивают вопросительность, а также вносят оттенок непринужденности: Фу ях 1а, са хьаьша?; 2) употребляется для выражения сомнения, предположения: «Фу баьри ва – хьог1 ах бийса яьлча воаг1ар?» аьлар цо ше – шийца («Кто это может ехать в полночь?» — сказал он про себя).

Сочетание вопросительного местоимения и частицы «фуд-хьог1» (их обычная позиция – в начале предложения или после словоформы, начинающей собою предложение), могут употребляться: 1)  для выражения недоумения, удивления, возмущения: Фуд-хьог1 ер, мишта мегар Деникина Кавказе кхача, малав-теш цунна бехке? (Что же это, как смог Деникин дойти до Кавказа, кто же виноват в этом?); 2) для выражения неуверенного предположения или подчеркивают это значение,  если оно выражено другими средствами: Фуд-хьог1 цо леладер, цамогаш вий – хьог1 из? (Что же он делает, вдруг он заболел?)

 Частица со значением противоположности «е» (или) служит для установления альтернативных отношений между предполагаемым  (в вопросе) и тем, о чем говорится перед этим: Мичахьа лелаш ва – хьог1 из? Сел дукха ха хьан йоакх – те цо ше вахача? Е вай т1ехьдахкарга сатувсаш ва из? (Где же он ходит? Почему он так долго ходит там, куда он поехал? Или он ждет, что мы приедем за ним?); 1алаьлой, ма й1айха я укхаза! Е со я из й1охъеннар?(Ой, как же здесь жарко! Или это я перегрелась?)

Частицы «кха», «боккъал» (разве, неужели) осложняют вопрос оттенками недоверия, неуверенности, сомнения, удивления, недоумения. Они  показывают, что вопрос вызван несоответствием между представлением говорящего о чем – либо и тем, что этому представлению так или иначе противопоставляется: Тамаш я – кха, к1аьнк. Из дистан мукъаг1а аьхаяларе ца1 хургдар. Х1анз сенах эцаргъя из? (Сомневаюсь я, мальчик. Если бы мы вспахали хотя бы эту десятину. Сейчас на что мы его купим?); Фу дарба да из – хила товнаш тувсилга? Дош доацар да-кх. (Что это за лечение – бросать угли в воду? Ерунда — это.); Боккъал лув хьо? Аз х1ана хьо гали дизза долча сай к1их шовзткъа кила хьоара? (Неужели,     ты серьезно? Почему я должна взять сорок килограммов муки   за полный мешок зерна?); Боккъал, со вайзанзарий хьона? (Неужели, ты не узнал меня?)          Все эти частицы обычно начинают собою вопросительное предложение. В разговорной речи частица «кха» (разве) нередко ставится также в середине или в конце  предложения – непосредственно перед словом, называющим то,  о чем спрашивается (при этом частица находится в конце предложения): Хьо ц1аяха хиннай-кха? (Разве ты уезжала домой?); Фусам-нана хьаянзар-кха? (Разве хозяйка не приехала?) (В ингушском и русском языках предложения грамматически оформляются по-разному. Вышеназванные частицы, которые в ингушском языке находятся в конце предложения, при переводе на русский язык, оказываются в начале предложения.) Частица «боккъал» (неужели) может находиться в середине предложения: Бокъонца ишта дий из, боккъал алалахь сога? (Скажи мне, пожалуйста, неужели это правда?)

Частица «фуд т1аккха» (что если) служит для оформления предложений, которые выражают вопрос о возможности чего – либо, осложняемый оттенками опасения, неожиданности, внезапности:  Фуд т1аккха, сайна дезар аз д1ааьлча? Са сай тракторист хила безам хилча, х1ана г1ерт сох судахо ве? (Что если я выскажу свое желание? Если мне хочется быть трактористом, почему меня заставляют стать судьей?)

Здесь также употребляется сочетание  «х1аьта мишта хургда  т1аккха» (что будет, если):  Х1аьта мишта хургда  т1аккха со укх шера деша ца отташ вусе?  (Что будет, если я не смогу поступить в этом году?;) Т1аккха цо даьр чакх ца доале мишта хургда?  В тех же функциях для разговорной речи обычны частицы «ц1аьхха» (вдруг): Ц1аьхха со цхьа моллаг1а мегаргдоаца х1ама де лерх1аш волча хана, ане кхетадой са дага фуд? (Вдруг я задумаю какую-нибудь шалость, а бабушка догадается о том, что у меня на уме?)

Частица «боккъал аьлча» (правду говоря) употребляются в предложениях с местоименными вопросительными словами: Х1анз-м дехкеваьннавар со селла къахетам боацаш айса уж бегаш баь. Боккъал аьлча фу дергда аз, нагахь Ж1овхьар лайя? Из дагадехача шийла хьацар техар са дег1а…Хьанна хов, х1анз укх сахьате из леш йоаллий а? (Сейчас я сожалел о своей шутке. Правду говоря, что мне делать, если Жовхар умрет? От этой мысли я покрылся холодным потом…Кто знает, вдруг она в эту минуту умирает?)

В одном предложении могут совмещаться вопросительные местоимения и частицы: «фу//фуд» (что) и «те // хьог1 //кха» (же//разве//или//тогда//ли):  Фуд-те цо даьр, ва Хьагоз, х1аний хьо цунна раьза йоацаш? – кхетацар воти Або. Селла хьо раьза хургйоацаш фуд цо даьр? (Что  он сделал, Хагоз, почему вы им так недовольны?- не понимал дядя Або. Что же он сделал, что вы им так недовольны?)

Итак, преобразование невопросительных предложений в вопросительные в ингушском языке происходит по-разному. Это: изменение интонации, введение вопросительных частиц, замена невопросительного слова вопросительным местоименным словом.

Семантическое изменение вопросительных предложений происходит за счет присоединения частиц различной семантики. При этом образуются предложения, имеющие разные значения: неуверенности, сомнения, просьбы, непринужденности, предположения, недоумения, возмущения и удивления.

Литература.

  1. Гандалоева А.З. Актуальные вопросы синтаксиса простого предложения в ингушском языке. Магас: Изд-во ИнгГУ, 2012, с. 5.
  2. Оздоев И.А.Синтаксис ингушского литературного языка. (Простое предложение). Грозный: Чеч.-Инг. кн. изд., 1964, с.5.
  3. Оздоева Э.Г. Невопросительные и вопросительные предложения в ингушском языке.//Материалы Всероссийской научно-практической конференции «Вузовское образование и наука». Магас, 2015, с.161.
  4. Пешковский А.М. Русский синтаксис в научном освещении. 6-е изд. М.,1938. с.29.
  5. Розенталь Д.Э, Теленкова М.А. Справочник лингвистических терминов. — М.: «Просвещение», 1972, с.283.
  6. Русская грамматика. Т. 2, Синтаксис.: Издательство «Наука», М., 1980, с.387.
    ОФОРМЛЕНИЕ ВОПРОСИТЕЛЬНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ В ИНГУШСКОМ ЯЗЫКЕ
    В данной статье рассматривается структурное оформление вопросительных предложений в ингушском языке. Исследуются формы вопросительных предложений, которые совпадают с невопросительными предложениями или строятся по собственным синтаксическим образцам. Отмечается, что невопросительные предложения могут быть преобразованы в вопросительные посредством изменения интонации и заменой вопросительного слова вопросительным местоименным словом и введением вопросительных частиц. Указывается, какие изменения могут происходить в предложении при изменении интонации, при вставке вопросительных частиц и местоименных слов, как меняется семантика предложений при присоединении к ним частиц различной семантики.
    Written by: Оздоева Эсет Герихановна
    Published by: БАСАРАНОВИЧ ЕКАТЕРИНА
    Date Published: 01/23/2017
    Edition: ЕВРАЗИЙСКИЙ СОЮЗ УЧЕНЫХ_28.11.15_11(20)
    Available in: Ebook