23 Июн

К ХАРАКТЕРИСТИКЕ ОБРАЗА АМИРА ТЕМУРА В ДРАМЕ КРИСТОФЕРА МАРЛО «ТАМЕРЛАН ВЕЛИКИЙ»




Номер части:
Оглавление
Содержание
Журнал
Выходные данные


Науки и перечень статей вошедших в журнал:

Цивилизационные различия между Западом и Востоком во все времена естественным образом продуцировали определенные различия в характере литературного процесса. Главная причина этих различий, на наш взгляд, кроется в огромных расстояниях, разделявших, как плотная завеса, эти два мира. Поэтому художников слова нередко покоряла таинственность политической, экономической и общественной жизни неведомых народов и их лидеров, побуждая их обращаться к соответствующим темам, идеям и образам.

Так, гении восточной литературы Низами Ганджеви и Алишер Навои были вдохновлены личностью великого западного завоевателя Александра Македонского. Известные европейские писатели, такие как Кристофер Марло, Чарльз Сандерс и Николас Роу,  в свою очередь, избрали темой своих произведений историческую личность Востока, великого полководца Азии Амира Темура. Военные походы великого завоевателя и его жизнь, богатая тайнами и секретами, служили для многих западных писателей объектом изображения. В известном смысле, этот процесс продолжается до сих пор.

В 1402 году Амир Темур одержал победу над двухсоттысячной турецкой армией под предводительством султана Баязида Молниеносного, фактически  предотвратив капитуляцию одного из центров христианского мира Константинополя и отсрочив на полстолетия установление турецкого гнета над народами Южной Европы. Примерно с этого времени историческая правда и различные легенды о жизни и деятельности завоевателя Амира Темура стали привлекаать к себе внимание европейцев. Со временем историческое лицо превратилось в легендарную фигуру.

Путешественники с Запада на Восток, торговцы и пленники, приходишие с Востока на Запад, распространяли предания и легенды о великом правителе. Таким образом, историческая действительность, приукрашенная иногда выдумками, создала фигуру, во многом далекую от жизни и исторической действительности.

Образ Амира Темура и его окруженная легендами биография проникли в литературы разных народов, распространившись по всему миру, каждый раз трактуясь то с положительной, то с отрицательной стороны, в зависимости от различных исторических и субъективных факторов. Также нужно принимать во внимание, что «в большинстве случаев первичный литературный компонент доходит до реципиента через переводы с различных языков. Кроме того, в процессе устной передачи информация подвергается изменениям» [3,с.23]. Естественно, в процессе перевода и устной передачи могут быть искажены факты оригинального источника. К сожалению, в различных культурных ареалах при сильно различающихся языках это явление, как правило, неизбежно. Тем не менее, изучение трактовки образа Темура имеет огромное значение в межлитературном процессе и открывает возможности для понимания исторической основы легенды.

Необходимо отметить, что в Узбекистане с достижением независимости стали доступны многие источники о жизни и деятельности Амира Темура. В настоящее время наши люди чувствуют потребность в достоверной истории. Для удовлетворения этой потребности необходимо научно обосновывать все исторические события, уточнять, из каких источников взяты описываемые исторические факты.

К примеру, естественным является любопытство узбекских учащихся относительно  достоверности событий, описываемых автором в драме «Тамерлан Великий» Кристофера Марло, а также источников, на которые опирался автор при написании драмы. Поэтому целесообразной и закономерной является постановка вопроса  о степени соответствия описываемого в драме хода событий историческим реалиям.

Некоторые западные литературоведы утверждают, что события в драме описаны на основе подлинных исторических событий. При этом выдвигаемая ими гипотеза о том, что Кристофер Марло опирался при написании драмы на произведение Ибн Арабшаха «Ажоиб ал-макдур фи тарихи Таймур», представляется неправомерной. Указанная книга Ибн Арабшаха впервые была переведена на французский в 1658 году Р.Вотье  и издана в Париже, т.е. фактически через 65 лет после смерти Марло. Сведений же о том, что Марло был известен арабский язык нет.

В драме Марло «Тамерлан Великий» хронологическая последовательность исторических событий, некоторые явления и лица представлены в измененном виде, географические наименования также недостоверны. Описанные в драме «исторические» события можно принимать как легенды, противоречащие исторической правде.

Рассмотрим один эпизод из первой сцены четвертого акта первой части драмы. Здесь глашатай сообщает о событии:

 Но ведомо ли славному султану,

 Как страшен разъяренный Тамерлан?

 Когда раскидывает он свой лагерь,

 Его шатер как снег на скалах бел;

 Из серебра доспехи, шлем увенчан

 Пером молочно-белым: это значит,

 Что местью сыт и хочет мира скиф.

 Когда ж на небо вновь взойдет Аврора,

 Багрец и пурпур надевает вождь:

 Его снедает гнев, он жаждет крови

 И милосердия тогда не знает

 К врагам, поднявшим на него мечи.

 Но коль и тут упорствует противник,

 На третий день выходит Тамерлан

 Весь в черном: конь, доспехи, щит, копье

 И траурные перья смерть вещают,

 И нет тогда пощады никому —

 Ни старикам, ни женщинам, ни детям.

        О символичной смене цвета в первом действии пятого акта драмы говорится еще в двух местах. Что любопытно, о легенде, рассказываемой Марло нет сведений в письменных источниках восточных и западных авторов средневековья. Даже в произведении Ибн Арабшаха об этой легенде нет ни слова. Об этом упоминает лишь американский ученый-востоковед Гарольд Лэмб в своей книге «Тамерлан. Потрясатель вселенной». Но и он утверждает: «Это сообщение не подтверждается авторитетными источниками, но для Тимура такой образ действия характерен» [5,с.319]. Очевидно, что теоретические выкладки, сделанные в книге Г.Лэмба, основаны на самой драме Марло, воспринимая ее как некий первоисточник. В действительности же, это предание относится к бродячим сюжетам, легендам, передающимся изустно. В частности, известно, что Амир Темур никогда не отдавал приказа о тотальной казни простого народа, тем более, стариков, женщин и детей, чем кардинально отличался, например, от монголо-татарских полководцев. Об этом свидетельствуют не только восточные авторы, такие как Низамиддин Шами и Шарафиддин Али Язди, но и многие современные западные историки. Например, французский востоковед  Жан Поль Ру пишет: «Тамерлан предпочитал захватывать города не разрушенными, и надо было доводить это до их сведения. Когда они соглашались платить дань, наступал черед выработки процедуры капитуляции, и тут начинала действовать служба пропаганды, оперируя вперемежку уведомлениями и угрозами. <…> Первые шаги делались дипломатами, однако чаще всего исход дела зависел от герольдов, монахов и сановников» [7, с.244]. Поэтому при приближении к каждому городу, даже учитывая преимущество внезапного наступления, Темур никогда не нападал неожиданно, но в надежде на то, что горожане сами откроют ворота, осаждал город, так что иногда осада длилась до месяца. Амир Темур очень хорошо понимал, что экономика государства зиждется на состоянии дехканства (крестьянства), ремесленничества, торговли и других отраслей. Именно поэтому, перед тем, как передавать город воинам, Темур нередко приказывал населению покинуть город. Главная цель таких приказов – держать население подальше от армии в стремлении сохранить жизни. Таким образом, сельскому хозяйству и ремесленничеству не наносилось неприемлемого ущерба, и экономическое состояние населения быстро восстанавливалось. Из этого следует, что простой народ никогда не рассматривался Тимуром как враг.

По нашему мнению, рассуждая о «характере Темура», Г.Лэмб должен был все же уточнить, о каких именно качествах идет речь, и на чем именно основаны делаемые заключения.

В первой части драмы описаны победа Темура над турецким войском и взятие в плен Баязида. Однако, на наш взгляд, трактовка этих событий в драме необоснованно дискрдитирует того, кого на мусльманском Востоке называли Мечом Ислама. Так, в драме изображается то, как Темур возит с собой Баязида, посадив его в клетку. Этот эпизод, несомненно, протворечит исторической правде и потому уже долгое время является причиной споров между европейскими востоковедами позднего времени. Ими высказывавлись  в корне различные мнения по поводу сходства между сюжетом трагедии Марло и историческими событиями в трактовке Ибн Арабшаха [12, с.255-266]. Первое сходство между сведениями Ибн Арабшаха и Марло о жизни Амира Темура, а также степень их достоверности констатировали историки и антропологи, имея в виду, в частности, приводимые в обоих источниках физические (соматические) характеристики Темура, подтвержденные также в ходе произведенного в  1941 году вскрытия могилы и исследования останков великого полководца. Основываясь на полученных сведениях П.Фрогат в 1962 году в своем труде пишет о правдоподобностях записей Арабшаха и Марло [10, с.328-342]. Действительно, эпизоды захвата Баязида и унижение его Амиром Темуром в трагедии похожи на сведения в книге Ибн Арабшаха. И в произведении Ибн Арабшаха, и в драме Марло Темур сразился с султаном Турции Баязидом. В обоих случаях Темур победил и заключил Баязида в клетку.

В книге Ибн Арабшаха сведения о пребывании Баязида в клетке встречается в двух местах: «Ибн Усман, упустив добычу, попал в плен, как птица в клетку» [2, с.271], «Он был с Темуром и был заключен в железной клетке» [2, с. 286]. А в драме Кристофера Марло в начале второго действия четвертого акта Баязид описывается в клетке.

Некоторые европейские литературоведы высказывают мысль, что слово кафас (клетка) неправильно переведено на европейские языки [12, с. 255-266]. По их мнению, тюркское слово kafes означает не только клетка, но также и носилки, что в процессе перевода могло привести к недоразумению. Американский востоковед Жастин Мароцци также говорит о том, что рассказ Ибн Арабшаха неправильно интерпретирован. Он также утверждает что у тюркского слова kafes два значения  — клетка  и носилки,  и, возможно, раненый в схватке Баязид был помещен не в клетку, а на носилки [6, с.354].

Подобная мысль встречается у узбекского литературоведа Х.Кароматова. «Франческо придал тюркскому слову кафас (клетка) противоположное значение, неправильно истолковав его, и это стало причиной большого расхождения этой легенды на Западе» [4, с.29] — пишет ученый в своей книге « Коран и узбекская литература».

В восточных же источниках есть свидетельства о том, что Амир Темур обращался со своими пленниками, как с придворными.  По словам историка XX века  Грановского, свидетели битвы, произошедшей, в 1402 году, а также восточные и западные историки в один голос утверждают, что Амир Темур уважительно обращался с Баязидом. Современники Темура не оставили сведений об этом, а предположения последующих историков далеки от правды [1, с. 9].

Клавихо в своем дневнике также ничего не говорит об этой клетке. Шильтбергер, захваченый в плен тюрками в Никополе в 1396 году, также ничего об этом не писал. Логично высказывание переводчика Джона Бьюкена Тельфера: «Предание о железной клетке не стоит упоминания. Если бы в нем было хоть немного правды, Шильтбергер обязательно бы об этом знал» [6, с.354]. Эллис-Фермор обвиняет Ибн Арабшаха в приукрашивании исторической правды, особенно настаивая на том, что случай с заключением Баязида в клетку совершенно недостоверен [9, с.16]. Д.Хербелот также говорит о том, что нет ни одного источника о случае с «клеткой», кроме вышедшей в 1588 году на латинском языке книги «Хроника турок-осман» [11, с.2].

На творчество средневековых европейских писателей большое влияние оказали тюркские легенды об Амире Темуре и в результате он «… превратился в легенду — фантастический образ, созданный из недостоверных россказней греков и турок» [5, с. 293]. В литературных контекстах того времени враг Баязида – Тамерлан, тюркский правитель, изображается как скифский вождь. В сознании европейских писателей образ Амира Темура долгое время был связан с тюрками и непонятными событиями, относящимися к завоеваниям Анатолии, Иерусалима, Вавилона, а также к победе над Баязидом. «Нужно отметить, — пишет Гарольд Лэмб, — что европейские описания победы Тимура под Анкарой были в прошлом очень предвзятыми. Их заимствовали главным образом из сообщений турок-османов и греков, редко из документов, почти никогда из татарских документов [5, с.282]. Этой битве придается значение с точки зрения греков и турков, мало обращаясь к историческим источникам и совершенно не принимая во внимание тюркские источники.

Изабель Гортазар утверждает, что случай с железной клеткой также встречается в произведениях Педро Мексиа и Перондини [11, с.3]. Есть основание думать, что Марло пользовался именно этими источниками, что объясняет появление «железной клетки» в его драме.

 На момент смерти Амира Темура Ибн Арабшаху было 14 лет. Юноши в таком возрасте не служили во дворце Темура. Ибн Арабшах покинул Самарканд и в 1408-1412 годах жил в Монголии и Золотой Орде, еще девять лет (1413-1421) был писцом во дворце турецкого султана Мухаммада I, где затаившие обиду на Амира Темура чингизиды и сторонники Баязида Молниеносного распространяли множество выдуманных историй, чернивших Амира Темура, некоторые из них Ибн Арабшах включил в свою книгу.

Итак, в заключение можно сказать, что при написании драмы «Тамерлан Великий» Марло не обращался к заслуживающим доверия историческим источникам, в результате чего драма в целом  не соответствует в достаточной степени исторической правде.

Список литературы:

  1. Грановский Т.Н. Четыре характеристики. — М., 1852.
  2. Ибн Арабшох. Амир Темур тарихи. – Тошкент: Мехнат, 1992.
  3. Караматов.Х. Истоки, оригинал и узбекский перевод трагедии Кристофера Марло “Тамерлан Великий”. Дис. …канд. фил. наук. Академия наук УзССР. — Ташкент, 1990.
  4. Кароматов. Ҳ. Қуръон ва ўзбек адабиёти. – Тошкент: Фан, 1993.
  5. Лемб.Г. Тамерлан. Потрясатель вселенной. – М.: Вече, 2008.
  6. Мароцци Жастин. Тамерлан: Завоеватель мира / пер. с анг. А. Г.Больных.- М.: Полиграфиздат, 2010.
  7. Ру Жан Поль. Тамерлан. – М.: Молодая Гвардия, 2007.
  8. Ahmad ibn Muhammad. L’Histoire du Grand Tamerlan … Nouvellement traduite en francais de l’arabe d’ Acchmed fils de Gverapse, par M.Pierre Vattier. Paris, 1658.
  9. Ellis-Fermor U.M. Introduction// Tamburlane the Great. New York. 1950.
  10. Froggatt, P. ―The Albinism of Timur, Zal, and Edward the Confessor.‖ Med. Hist. 4 (Oct. 6, 1962): 328-342
  11. Gortazar, Isabel. Tamburlaine’s sonnets. The Marlowe Society Research Journal — Volume 06 – 2009. Online Research Journal article.
  12. Miller, Howard. Tamburlaine: Migration and Translation in Marlowe‘s Arabic Sources. In Travel and Translation in the Early Modern Period. Ed. Carmine Di Biase (Amsterdam and New York: Rodopi, 2006), pp. 255-266.
    К ХАРАКТЕРИСТИКЕ ОБРАЗА АМИРА ТЕМУРА В ДРАМЕ КРИСТОФЕРА МАРЛО «ТАМЕРЛАН ВЕЛИКИЙ»
    Статья посвящена проблеме определения степени исторической достоверности образа Амира Темура в драме Кристофера Марло «Тамерлан Великий». Опираясь на целый ряд разнохарактерных источников, автор приходит к выводу о том, что при написании драмы «Тамерлан Великий» Марло не обращался к заслуживающим доверия историческим источникам, в результате чего драма в целом не соответствует исторической правде в достаточной степени.
    Written by: Дадабоев Олим Ортикович
    Published by: Басаранович Екатерина
    Date Published: 12/17/2016
    Edition: euroasia-science_6(27)_23.06.2016
    Available in: Ebook