29 Авг

Фразеологизмы, связанные с легендами и преданиями в якутском языке




Номер части:
Оглавление
Содержание
Журнал
Выходные данные


Науки и перечень статей вошедших в журнал:

Исключительную память народа саха отмечали многие путешественники и исследователи. Так, Н.А.Костров писал: «Якут рассказывает друзьям и детям историю своей жизни, не упуская ни малейшей подробности, с такой ясностью и точностью, что кажется, будто    рассказываемые    происшествия    совершались    на    днях». [2, с. 78].

Легенды и предания содержат повествование о реальных событиях, связанных с деятельностью конкретных лиц, отражают хозяйственные и культурные моменты народа. Это подтверждается, начиная с середины XVII в. архивными источниками, донесениями казаков, списками плательщиков ясака и показаниями переписей населения.

Таким образом, исторические предания, рассказы и легенды в целом, в отличие от собственно художественных жанров устно-поэтического творчества, можно назвать историческим фольклором якутов, основанным на реальных событиях и явлениях прошлого. [1, с. 15].

Выражение Эллэй (Омоҕой) <эһэбит> саҕаттан в своем полном варианте употребляется как зачин осохая — якутского национального танца, сопровождающегося хоровым пением.
Например:

Омоҕой эһэбит саҕаттан

Олохтоммут оонньууттан

Ойо тардан ыламмыт

Оонньоомохтоон биэриэҕиҥ!

Эллэй эһэбит саҕаттан

Этиллибит оонньууттан

Эһэ тардан ыламмыт

Этэн-тыынан биэриэҕиҥ!

Как фразеологизм в разговорном языке оно обычно употребляется в сокращенном варианте Эллэй саҕаттан или Омоҕой саҕаттан и имеет значение ‘с древнейших времен’ или ‘со времен предков’. Букв. ‘со времен Элляя’ или ‘со времен Омогоя’.

В памяти народа Омогой и Элляй остались как легендарные прародители якутов, переселившихся с юга на север. Многочисленные предания о предках народа саха, имея различные варианты в деталях, в основном имеют устойчивый сюжет, согласно которому, живший на юге, где-то в стране бурят, человек по имени Омогой от возникших там опустошительных войн переселился с людьми и стадами на Среднюю Лену и стал здесь родоначальником.

Считается, что Эллэй прибыл позднее совершенно один и поступил к Омогою в работники, женился на одной из его дочерей и оставил после себя большое потомство [1, с. 17].

Омоллоон олоҕо, Дьэргэстэй ыһыаҕа ‘веселая и расточительная жизнь; пир горой’. Букв. ‘жизнь Омоллоона, ысыах Джергестяя‘.

Ол түүн дэриэбинэҕэ Омоллоон олоҕун, Дьэргэстэй ыһыаҕын түһэрэн, нөҥүө күн сарсыардатыгар баарсалаах дьон ахсын төбөтө суох куурусса, куулунан хортуоппуй дэлэйбит этэ. И.Никифоров. ‘Той ночью было такое обильное угощение, такой пир горой, что утром у каждого на барже оказалось много куриц без головы и мешками картофеля’.

Фразеологизм часто встречается в художественных произведениях, общее значение хорошо известно, но происхождение его не совсем ясно. Прежде всего, про Джергестяе ничего не известно. Ни в архивных документах, ни в устной памяти народа о нем ничего не осталось. Можно лишь догадываться, что это был богатый человек, устраивавший ежегодно ысыах — весенне-летний праздник, сопровождавшийся кумысным пиршеством. В старину после совершения обряда обращения к божествам и возлияния в их честь кумыса в огонь собравшиеся садились на траве кругами. Устроители угощали их кумысом, обильным мясом и пр.

Что касается Омоллоона, то про него имеются различные варианты легенд. По преданиям он был предком бологурцев и славился как дерзкий, воинственный человек, жаждущий состязаний, чтобы показать свое превосходство. Он пребывал во многих землях, поселялся во многих местностях и был таким богатырем, который, разъезжая по Вилюю, Учуру, узнавал, где могут быть знаменитые люди и вступал с ними в драку-бой.

Был он очень богатым, особенно лошадьми и коровами, и позволял себе жить растительно [1, с. 185-188].

Хохумай Бас үбүгэр киирбит. Этот устаревший фразеологизм ныне вышел из активного употребления, очень редко его используют в своей речи люди старшего поколения. А.Е.Кулаковский определяет его значение как ‘унаследовать все богатство богатого и бездетного старика {о воспитаннике богатого и бездетного старика)’ [4, с. 198]. Букв. ‘вошел [как собственник] в имущество [старика] Хохумай Бас’.

Хохумай Бас — собственное имя, буквально означающее ‘одиноко торчащая сухая голова’. По преданию, это был бездетный добрый человек, но очень глупый, был богатым, о чем свидетельствует и другой вариант его имени Хохумай Баай ‘Богач Хохумай’ [5, стлб. 3540].

Между прочим, Э.К.Пекарский, ссылаясь на В.М.Ионова, дает несколько иной, и по лексическому составу и по значению, вариант данного фразеологизма: Хохумай Бас (или Хохумай Баай) үбүн сиэбит киһи ‘кто воспользовался имуществом умершего постороннего человека’ [Пекарский, там же].

По логике, судя по близости к источнику, определение значения данное А.Е.Кулаковским, по-видимому, является первичным. И только вследствие расширения сочетаемости фразеологизма он приобрел более абстрактное от источника значение: ‘воспользоваться имуществом умершего постороннего человека‘.

 (На Северном Вилюе существует легенда об Эллэй-Боотуре и Хохумай-Бае. Но она, кажется, не связана с происхождением данного фразеологизма. В легенде рассказывается, что Эллэй-Боотур происходил из татар, бежал в этот край от притеснений монголов. Поступил работником к тунгусу Хохумай-Баю. Тунгус был богатый и имел двух дочерей. Эллэй-Боотур женился на одной из них. Тунгус предлагал взять любимую дочь, но Эллэй-Боотур отказался. Это обстоятельство огорчило Хохумай-Бая, и он в приданое за дочерью дал одну молодую неотелившуюся корову и двухтравую кобылицу [3, с. 228-229]).

Не совсем прозрачно происхождение выражения Бүөт Бөтүрүөп саҕана ‘давно; давным-давно’. Букв. ‘во времена Петра Петровича’ или во времена Петра Петрова’.

Обычно, когда говорится ‘со времен кого-то’ или ‘во времена кого-то’ имеется в виду человек, оставшийся в памяти народа своим не ординарным действием или исключительной жизнью. Такими людьми могли бы быть три Петра: Петр I Великий, Петр Бекетов и Петр Головин.

Первый российский император, выдающийся политический, военный деятель и реформатор Петр I никогда не был в Якутии. Это во-первых. Во-вторых, его знаменитые реформы: создание регулярной армии, постройка флота, организация мануфактур, оружейных и горных заводов, создание Сената, коллегий, открытие учебных заведений, академии наук и др. проводились в Центре России и не касались окраин, тем более недавно присоединенных. В-третьих,  если бы имелось в виду имя  Петра I  Великого, якут говорил бы не Бүөт Бөтүрүөп, а Бүөт (Бүөтүр) Пиэрибэй или Бүөт (Бүөтүр) Бэлиикэй. Таким образом, «кандидатура» Петра I Великого отпадает.

Гораздо ближе к якутскому народу и знакомее было имя Петра Бекетова, стрелецкого сотника, первым в 1632 г. заложившего Ленский острог, основателя г. Якутска. Однако у Петра Бекетова отчество — Иванович, потому по-якутски никак не может получиться Бүөт Бөтүрүөп.

Остается Петр Петрович Головин, с именем которого скорее всего и связано происхождение данного выражения. Отчество Петрович якуты раньше полностью не выговаривали: говорили упрощенно на якутский лад Бөтүрүөп опуская суффикс — ич.

А Петр Петрович Головин остался в памяти народа как кровавый воевода, сурово расправлявшийся с восставшими якутами. В феврале-марте 1642 г. якуты Бетунской, Кангаласской, Мегинской, Батуминской и других волостей в количестве более 700 человек попытались осадить Якутский острог. Однако восстание потерпело неудачу. Петр Петрович Головин вел следствие с жесточайшей беспощадностью, пытая обвиняемых и свидетелей огнем и мечом, добиваясь показаний против своих товарищей и их мнимых сообщников, и после многочисленных пыток повесил 23 якутов, — «летучих людей и аманатов», других бил кнутом и когда те «померли, и тех мертвых Петр вешал же» [6, с. 25].

Весьма распространенное выражение Кыычыкын оҕуһун баһа буоллаҕа по одной версии связано с именем русского чиновника Егора Кычкина,   работавшего   по   распределению   земли   среди вилюйских якутов в 70-х годах XVIII в. Говорят, у Кычкина был бык, голову которого он съел, разварив в течение семи суток. Якуты очень удивлялись, увидев, как он долго варил голову быка. С тех пор появилось выражение Кыычыкыын оҕуһун баһа буоллаҕа, выражающее бессмысленно долгое ожидание готовности чего-л. Букв. ‘что это у тебя голова быка Кычкина что ли!’ [1, с. 212-213].

По другим преданиям, происхождение выражения связано с именем мегинского богача Кычкина, который однажды со своей свитой прибыл в местность Тохтосут-Наахара, где очень славилось рыбой огромное озеро Харыйалаах. Люди, спустив в озеро огромнейший невод, стали тянуть бичеву. Как только мотня невода скрывалось в большой проруби, неизвестно за что зацепившись, невод вдруг дернуло назад, и обе бечевы разом оборвались. Тщетно искали до тех пор, пока не съели приведенный Кычкиным скот, но ничего не нашли. Кычкин говорит: «Ну вот осталась только голова от того нашего большого быка… Пока она будет развариваться, поищите же, прилагая все свое старание». В продолжение пяти суток голова быка будто бы оказывалась неуварившейся. И вот только после того, как нашелся невод, Кычкин вынул голову быка из котла и накормил своих работников  [1, с. 156-157].

Наара су ох киһи — выражение, означающее «проказник, баловень; бедокур». Букв. ‘беспорядочный человек’ или ‘чрезмерно, несоразмерно поступающий человек’.

В «Словаре» Э.К.Пекарского такого выражения нет. Но в определении   содержания сочетания наара суох наряду со знанием чрезвычайный, чрезмерный; чрезвычайно, чрезмерно, несоразмерно (поступать), чересчур (напр., много курить)’ он указывает на то, что оно означает и «мужское прозвище». И, действительно, в его время жил Петр Амосович Охлопков с прозвищем «Наара Суох», житель Соттинского наслега бывшего Борогонского, ныне Усть-Алданского улуса, герой ходячих анекдотов и рассказов. Вот некоторые из них.

Однажды летом отец, идя после мятья кож уставший, крепко уснул в поле, сняв с себя рубаху. Увидев это, дитя Петька нарвал траву чернобыльник и сделал около десятка мокс*. Прилепив моксы к обеим щекам, ушам, к обоим соскам, животу, кончику носа и к другим местам спящего старика, поднес к ним огонь. Бедный старик вскочил с перепугу, когда припекло огнем и поднял крик-вопль: «Люди, спасите! Что за беда приключилась». Лишь потом догадался, что сын посадил ему моксы.

Оставшись сиротой, Наара Суох договорился за плату косить сено к одному болезненно-пугливому старику-емюрэху».

Однажды, когда они сидели и пили чай, к ним подошел староста Хомустахского наслега по прозвищу Бытаһыт (Мышь), очень важничающий старик, и сказал: «Здравствуйте, домохозяева!». Наара Суох быстро вскочил и внезапно крикнул: «О, мышь зашла, мышь зашла, держите кошку! Что стоите, хотите, чтоб она слопала мышь?». На это емюрэх старик, испугавшись, ударяя себя по бокам, стал говорить, все время повторяя: «Э, мышь вошла, мышь вошла, говорю ведь я!» На это князец страшно рассердился, хамначитов своих заставил запороть Наара Суох до бесчувственного состояния. Сам плюнул на пол и ушел.

Список литературы

  1. Исторические предания и рассказы якутов. В двух частях. Часть 1. – М.=Л: Изд-во Ан СССР, 1960.
  2. Костров Н.А. Очерки юридического быта якутов // Записки РГО по отд. Этнографии, 1878, вып. VIII.
  3. Ксенофонтов Г.В. Эллайада. – М.: Наука, 1977.
  4. Кулаковский А.Е. Научные труды. – Якутск: Кн. изд-во, 1979.
  5. Пекарский Э.К. Словарь якутского языка. Т. I-III. / Изд-е 2-е, напечатано фото=механическим способом с 1-го издания. – [б.м.]: АН СССР, 1958-1959.
  6. Якутия: хроника, факты, события. 1632-1917 г.г. – Якутск: Кн. изд-во «Бичик», 2000.

* Мокса (түөн) — конусообразный кусочек трута, сжигаемый на больном месте тела (распространенный прием лечения народных целителей).

** емюрэх (өмүрэх) — нервно больной человек, который, будучи приведен в испуг каким-нибудь внезапным криком, звуком, начинает кривляться и подаражть всем движениям находящихся перед его глазами людей и животных повторяет слова даже непристойного содержания.

Фразеологизмы, связанные с легендами и преданиями в якутском языке
Целью настоящей статьи является выявление в якутском языке фразеологизмов, связанных с преданиями, легендами, что необходимо при изучении источников происхождения якутских фразеологизмов.
Written by: Нелунов Анатолий Гаврильевич
Published by: БАСАРАНОВИЧ ЕКАТЕРИНА
Date Published: 02/17/2017
Edition: ЕВРАЗИЙСКИЙ СОЮЗ УЧЕНЫХ_29.08.2015_08(17)
Available in: Ebook